Алексей Коряков: на съёмках вывел Говорухина из себя

Актёр театра в Марьиной роще – о том, как парню из Омска удалось покорить Москву

Алексей Коряков 11 лет служит в театре «Сатирикон». Он также снялся во многих фильмах, в том числе в триллере «Закрытая школа», мистическом сериале «Хозяйка горы», сериалах «Невеста комдива» и «Спасская».

 

Требуют продолжения «Закрытой школы»

— Алексей, какой из фильмов считаете своей визитной карточкой?

 — С сериалом «Закрытая школа» продолжается какая-то парадоксальная история. Со дня окончания съёмок прошло уже девять лет, ни я, ни Паша Прилучный давно на школьников не похожи, но мне в «Инстаграм» продолжают писать: «Когда будет продолжение? Когда начнёте снимать?» С одной стороны, это приятно. С другой стороны, не хочется превращаться в артиста одной роли. Мне нравятся разнообразные жанры. Я начинаю сниматься в новом проекте, где буду играть впервые в своей жизни сотрудника НКВД во время Великой Отечественной войны. Мне это очень интересно.

 

Особенно поражали пластические репетиции Райкина

— Доводилось играть в одном спектакле с Константином Райкиным?

— У меня был всего лишь один спектакль с Константином Аркадьевичем — это «Маленькие трагедии» в постановке Виктора Рыжакова. Мы играли этот спектакль совсем недолго, но это было огромное удовольствие. Константин Аркадьевич не во всём был согласен с режиссёром, я видел, как он в чём-то перебарывает себя. На тот момент ему шёл седьмой десяток, и меня особенно поражало, как он проводил с нами пластические репетиции: приходил в спортивной одежде и занимался с нами на равных. Когда я учился в Школе-студии МХАТ, Константин Аркадьевич был педагогом параллельного курса, он смотрел наши спектакли, делал какие-то замечания. Я всегда его слушал, открыв рот и, конечно, не предполагал, что мне повезёт работать с ним.

— А как вам работалось со Станиславом Говорухиным? Вы ведь сыграли одну из главных ролей в его картине «Пассажирка».

— Безумно благодарен Станиславу Сергеевичу за то, что он выбрал меня. Это какое-то чудо из чудес! Для мальчика из Омска оказаться в компании таких актёров, как Сухоруков, Никоненко, Башаров, — это что-то невероятное. Мне казалось, что раз меня утвердил Говорухин, значит, я какой-то особенный и дальше всё само собой случится. К первой репетиции в августе 2007 года я даже не готовился, ничего не учил, думал, что я должен быть как чистый лист, мэтр сам всё сейчас с нами сделает. И вывел Станислава Сергеевича из себя, репетиция закончилась криком: «Кого утвердили?! Он ничего не знает!»

«Акулий» аргумент

 — Что ещё запомнилось на тех съёмках?

— По сюжету мой герой мичман Цветков прыгает с корабля в океан и плывёт. Я плаванием с детства занимался и готов был прыгнуть. Но меня отвели в сторону каскадёры и сказали: «Лёша, ты не будешь прыгать. Будет дублёр». Я было возмутился, но мне объяснили: «Если тебя сожрут акулы или ты разобьёшься об эту воду — прыгать-то высоко, — то фильм остановится». С тех пор я стал намного аккуратнее к себе относиться.

— Читала, что этот фильм стал для вас судьбоносным ещё и потому, что во время съёмок на Канарах вы познакомились с Наташей, которая стала потом вашей женой.

— Да. Но я мог там не оказаться, потому что в Школе-студии начинались дипломные спектакли и у меня везде были главные роли. Когда в учебную часть от Говорухина пришло письмо, там начали возмущаться. Ректор меня стал убеждать: «Зачем это тебе нужно? Брось всё, впереди у тебя такое будущее — театр!» Каким-то чудом курс, мои педагоги пошли мне навстречу. Все выпускные спектакли сделали раньше, и я на полтора месяца со спокойной душой уехал сниматься на Канары. Я бесконечно благодарен педагогам и однокурсникам.

— Вы снимались в сериале «Оптимисты». С Сергеем Безруковым довелось встретиться на съёмочной площадке?

— У нас было пять-шесть совместных смен. Сергей Витальевич сыграл особую роль в моей жизни. Когда я поступал в театральные институты, я прошёл в четыре вуза, но выбрал Школу-студию МХАТ, потому что там учился Безруков. Я был фанат «Бригады». И когда с Безруковым встретился, рассказал ему об этом. Сергей Витальевич — удивительно одарённый человек с потрясающей энергетикой. Если он видел, что группа «закисает», он всех старался рассмешить, мог быть активным, громким, кого-то пародировать. Удивляюсь, как в одном человеке столько всего может уживаться.

В Москве сначала жил в подвале

— Вы, кажется, собирались стать историком. Почему изменили решение?

– Просто решил рискнуть. Я четыре года занимался в нашем омском Лицейском театре, но всерьёз никуда поступать не собирался. Однако когда несколько моих коллег рванули поступать в театральные институты, я подумал: а не попробовать ли и мне? В апреле 2004 года поехал в Петербург и заболел. Подумал, что это знак нехороший, и вернулся домой. Потом рискнул с ребятами поехать в Москву, при этом дал себе установку, что если не поступлю с первого раза, то дальше пробовать не буду. Самое удивительное, что поступил я, не прилагая особых усилий. Знаю, что некоторые учили по пять вариантов басен, прозы, стихов, у меня же была минимальная программа. Алексей Геннадиевич Гуськов, у которого я потом учился в Школе-студии МХАТ, даже сказал мне на прослушивании, что программа у меня ерундовая, надо бы посерьёзнее. Нам дана была неделя на подготовку, но я в это время ходил по другим театральным институтам и на экзамены пришёл с той же программой. Мне повезло, что никто на это не обратил внимания, и меня взяли в Школу-студию.

— Вы из семьи потомственных врачей. Наверное, родители хотели, чтобы сын продолжил династию?

— У них была настолько тяжёлая работа: ночные смены, бесконечные дежурства, переживания… Они никогда не настаивали на том, чтобы я стал врачом, но и в актёрскую карьеру не толкали. Родители сказали: «Наверное, для этого особый талант нужен, мы не знаем, есть ли он у тебя. Но попробуй», — и отпустили меня в Москву. В столице я недели три-четыре жил со своими друзьями в подвале театра у нашего знакомого режиссёра. Честно говоря, не уверен, что так запросто отпустил бы своего сына в другой город за тысячи километров. В общем, поговорим об этом через 10 лет.

— Вам как папе первоклассника сейчас, наверное, прибавилось хлопот?

 — Не то слово. Пока Рому забираю из школы где-то в районе полдвенадцатого, и полное ощущение, что я его только что отвёл, тем более что следом отвожу в детсад Вику. Чат родительский — то ещё удовольствие. Какое счастье, что в нашем детстве всё было не так!