От Ренессанса до эклектики: выставка «Стиль в зеркале эпохи» в Омске

В Омском музее изобразительных искусств имени Врубеля открылась выставка, лейтмотивом которой стали зеркала разных времен.

Точно также — «Стиль в зеркале эпохи» — называлась экспозиция, открывшаяся в 2004 году и на несколько лет ставшая визитной карточкой музея.

— Ее создательницами были наши наставницы — заведующая отделом прикладного искусства Ирина Спирина и хранитель коллекции керамики и стекла Людмила Ведерникова. Их уже нет с нами, но в Год педагога и наставника мы решили возродить их легендарный проект. Разумеется, мы его переработали, дали новое наполнение и новое оформление. Стиль иногда называют зеркалом эпохи. Вся история искусств — это история смены стилей. Иногда новый стиль вступал в противоречие с предыдущим, иногда наоборот плавно появлялся из его недр. Наша коллекция позволяет показать, как менялись стили с XV века и до начала XX, — рассказал «Культуре» хранитель коллекции декоративно-прикладного искусства музея Игорь Глазов.

Экспозиция разместилась в четырех залах Генерал-губернаторского дворца. В ее составе 300 произведений русского и зарубежного искусства. И в каждом зале — зеркало, в котором отражаются предметы разных стилей, будто приближая к нам ушедшие времена.

В первом зале, посвященном эпохе Ренессанса — самое необычное зеркало. Это стенник с изображением богини Юноны — так назывались тогдашние стенные осветительные приборы на одну или на несколько свечей. Зеркало выступало в роли отражателя, который усиливал свет. Здесь же — самый старинный предмет в экспозиции. Созданный во Флоренции в начале XV века деревянный ларец украшен резными костяными пластинками, соединенными в панно с единым сюжетом.

— Такие ларцы делала знаменитая итальянская семья резчиков по кости — Эмбриаки. Богато украшенные ларцы для драгоценностей часто служили подарками к свадьбе — на крышке размещались гербы семей, которые решили породниться, — пояснил журналистам на встрече, предшествующей открытию экспозиции, Игорь Глазов.

Впервые выставляется барельеф, созданный неизвестным мастером на основе знаменитого триптиха Рубенса, который находится в соборе в Антверпене. Изготовлен он был еще при жизни художника. В омский музей попал в руинированном состоянии — работа распалась на части и поэтому не выставлялась. Теперь усилиями реставратора Екатерины Беккель разрозненные части вновь стали единым целым.

— Уникальность этого барельефа в том, что он сделан из одного массива дерева, а здесь значительные перепады высот. Пусть в таком варианте — оммажном — но у нас есть свой Рубенс, — говорит «Культуре» старший научный сотрудник музея имени Врубеля Евгений Груздов.

Еще один интересный экспонат — бюст основателя флорентийской неоплатонической академии Фичино Марсилио, философа эпохи Возрождения, вдохновленного идеями Платона. Точнее, интересен прежде всего его автор, уточняет Евгений Груздов.

— Джованни Бастианини — скульптор-самородок. Его талант заметил арт-дилер Джованни Фреппа и предложил договор — скульптор получает две лиры в день, комнату, мастерскую, материалы, уроки грамоты, письма, арифметики, а в обмен будет делать скульптуры для Фреппы. Причем это не копии — это авторские скульптуры, которые вдохновлены произведениями эпохи Ренессанса. Итальянская исследовательница Тина Оджаль убеждена, что Бастианини создавал такие работы из патриотических чувств. Ведь в то время англичане и французы смотрели на итальянцев свысока — они считали, что те дважды недостойны своего искусства, поскольку не могут его оценить и сохранить, не могут длить традицию, вдохновляться ею. Но эти дерзкие молодые люди заявили: во-первых, повторить можем, а во-вторых — вы потратите деньги не на историческое произведение, а на наше! — рассказывает он.

Второй зал представляет классицизм и ампир. В России после победы над Наполеоном имперский стиль задержался надолго — понятие «русский ампир» существовало и при Николае I. Здесь присутствует очень подходящее для дворцовых интерьеров зеркало, которое украшают элементы, характерные для времен ампира. Помимо растительных мотивов — колчан со стрелами, факел, трубы... Рядом с зеркалом — часы, украшенные эффектной скульптурной композицией «Клятва Горациев».

Девятнадцатое столетие немыслимо без русских изделий из камня. Тогда в России существовало три камнерезных фабрики: Петергофская, Колыванская (на Алтае) и Екатеринбургская (на Урале). Роскошная яшмовая ваза, размещенная в центре зала была изготовлена на Колыванской фабрике в 1849 году.

Третий зал посвящен неостилям — неоготике и неороккоко. Кресла, стулья и диван из роскошного гарнитура в стиле неороккоко были изготовлены для мебелировки Мраморного дворца в 1849 году. Последним их владельцем был великий князь Константин Романов, он же поэт К.Р., который, кстати, бывал и во дворце генерал-губернатора Западной Сибири — когда приезжал в Омск инспектировать Сибирский кадетский корпус. Причем эта мебель ничем не декорирована — нет ни бронзовых накладок, ни фарфоровых вставок — рисунок древесины подобран так, что дополнительных украшений не требуется.

Этот зал украшает совсем иное зеркало, изготовленное в Германии на мессенской королевской фарфоровой мануфактуре. Оно уникально своей рамой — цветы на ней как живые. Такие зеркала были непременным атрибутом аристократических гостиных и будуаров.

Четвертый зал музейщики называют «залом эклектики», здесь соседствуют Европа и Азия. Вот зеркало в стиле модерн — тоже в германской фарфоровой раме. А у другой стены — китайские журавли-светильники. Уникальный экспонат того времени — тронное кресло черного дерева с серебряными накладками и бархатной обивкой. Два таких кресла были подарены российскому императору Николаю II и его супруге делегацией буддистов-калмыков. Мужское кресло считается утерянным. А кресло императрицы, на котором сохранилась даже дарственная табличка, хранится в омском музее.

Китайский фарфоровый болванчик помимо декоративной функции служил сейсмографом: голова, руки и ноги качались при малейших колебаниях. А при более сильных подземных толчках приходил в движение язык во рту. Стуча о зубы, он издавал громкие звуки, предупреждающие об опасности.

— Это будет долговременный проект. В планах открыть во дворце новое пространство: мы все-таки заполучили лекционный зал! Можно будет проводить встречи, мастер-классы и лекции. Раньше в этом помещении было хранилище графики советского периода, но в связи с переездом этой коллекции в Центр «Эрмитаж-Сибирь», мы решили разместить там лекционный зал, как и было лет 20 назад, — рассказала журналистам директор музея Врубеля Фарида Буреева.

Фотографии предоставлены Омским музеем изобразительных искусств имени Врубеля.