Клоун, директор и человек-счастье. Три ипостаси Вячеслава Полунина

Вячеслава Полунина представлять не надо — зрители хорошо помнят его репризы, поставленные ещё в советское время, его шоу регулярно колесят по всему миру, а придуманный им образ грустного клоуна в желтом комбинезоне — один из самых узнаваемых. Но клоун — лишь одна их ипостасей этого артиста. Клоун и мим Вячеслав Полунин родился 12 июня 1950 года в Орловской области. Он вспоминал, что в детстве хотел быть клоуном — как и многим детям, ему, наверное, нравились эти артисты цирка, которые умели многое, а свои умения использовали для того, чтобы смешить. Но он рассматривал и другие профессии — например, мечтал стать космонавтом (а кто в те годы не мечтал?), библиотекарем, лесником и почему-то журналистом. Мечта стать клоуном в итоге исполнилась; впрочем, Полунин рассказывал, что с библиотекарем и лесником тоже сложилось — у него семь библиотек по разным направлениям и ещё он посадил сад среди леса — правда, во Франции. Конечно, на выбор профессии многое повлияло. И ещё неизвестно, что сильнее — то ли увиденный как-то «Малыш» с Чарли Чаплином, то ли умение (и желание, конечно) корчить гримасы одноклассникам. Но он поступил в Ленинградский институт культуры; не сразу, правда — провалился на экзаменах в театральный, недолго обучался на инженера, но бросил, поняв, что техника — это не его. Сразу же (ему было 18 лет!) стал основателем мим-студии. «То, чем занимались, мы называли экспрессивным идиотизмом, по-научному — эксцентрической пантомимой», — написал он много позже, вспоминая то время. Эта мим-студия и стала делом его жизни. Не сразу — само название «Лицедеи» появилось только в 1978-м, спустя 10 лет после создания; тогда же молодые артисты получили профессиональный статус. Ну а прорыв случился еще тремя годами позже, когда Полунина позвали на телевидение, в «Голубом огоньке», где он — в образе клоуна Асисяя — исполнил одноименный номер. Вернее, номер назывался «Телефон», имени у этого образа тогда не было, зато в репризе было слово «асисяй» (по самой популярной версии — искаженное «отвечай») — единственное, которые было хорошо понятно. То есть, непонятно, конечно, но запоминалось хорошо. Пожалуй, Полунин заслужил всеобщее признание — фактически «Асисяй» поставил его в один ряд с такими советскими легендами, как Карандаш, Юрий Никулин, Михаил Шуйдин, Олег Попов. В принципе, немногие клоуны могут похвастаться тем, что их реплики, что называется, уходят в народ; у Полунина получилось. Конечно, потом у него были и другие номера — «Низя», «Голубая канарейка», целое «Снежное шоу», которое он возил по свету четверть века с неизменным успехом. Но, кажется, он всегда помнил, с чего началось это восхождение к славе — и очень ценил и до сих пор ценит образ Асисяя. Директор цирка Наверное, Вячеслава Полунина можно с полным правом назвать талантливым организатором. «Лицедеи» превратились в целый мир, в театр клоунады, аналогов которому нет нигде. Сразу после успеха «Асисяя» он организовал в Ленинграде мим-парад с участием сотен артистов со всей страны; в 1985-м его усилиями в Москву на фестиваль молодежи приехали известнейшие зарубежные артисты-мимы. В 1987-м по его инициативе состоялся Всесоюзный фестиваль уличных театров в Ленинграде, в котором поучаствовали сотни артистов жанра со всей страны. А в 1988-м организовал первую «Академию дураков» — с «конгрессом дураков» и «конкурсом дураков». «Попасть в академию было сложно. Нужно было сделать что-то такое, чтобы все вокруг сказали: "Ну и дурак!"» — вспоминал Полунин. Это повальное «дуракаваляние» Полунин сделал основным принципом своего театра. Он рассказывал, что его главное правило — никто не должен знать, что будет дальше. «В моем театре запрещены слова "репетиция", "труд", "работа", — говорил артист. — Даже перед спектаклем никто не знает, кто будет играть. Сценических пальто меньше, чем артистов. Кто первый схватил — тот сегодня и играет». По его мнению, так всё и происходило в «Лицедеях» — «само собой, стихийно и правильно». Отсутствие свободы, впрочем, часто мешало ему в карьере. В 1990-е Полунина пригласили в знаменитый Цирк дю Солей, он несколько месяцев репетировал, а потом, по его выражению, «выход на сцену превратился просто в обязаловку». Как на заводе, добавлял он. Из дю Солей Полунин в итоге ушел, а уже в 2010-е вновь согласился на «обязаловку» — возглавил петербургский Цирк на Фонтанке. И попробовал переделать его под свои взгляды. «За эти годы (он возглавлял этот цирк 3 года — ред.) я пытался что-то сделать, чтобы изменить формулу цирка. Это было неправильно: нельзя в России переделать цирк, который имеет богатую историю, свои традиции», — признавался Полунин после. Человек и счастье «Я хотел бы, чтобы все, что человек делает на свете, было не экзаменом, а радостью», — говорит Полунин. В принципе, «Лицедеи» — это не только о счастье. Сам артист считает важными элементами творчества свободу — поэтому актеры и пытаются успеть первыми к тем самым пальто; он упоминает и о счастье: «Я просто собираю счастливых людей в кучу, и мы весело проводим время». Заодно, конечно, радуются и зрители — это и есть то, чего добивается Полунин. «Вообще, счастливы только дураки», — напоминает Полунин и признается, что сам он всю жизнь — без перерыва — был счастлив. Он до сих пор откликается на имя Слава, ставит спектакли, живет в Лондоне и в России бывает наездами. При этом его мысли о счастье удивительно созвучны времени, в котором, кажется, этого счастья не хватает всё больше и больше. «Чтобы дарить людям тепло со сцены, нужно самому быть счастливым, иначе от тебя не пойдет энергия. Когда человек счастлив, он светится, это сразу видно», — признается Полунин. А узнать, что ты счастлив, по его мнению, очень просто: нужно прислушаться к себе. И если ты что-то напеваешь или насвистываешь — то ты, безусловно, счастлив. А как иначе?