Ситуация с капремонтом школы №39 заставляет «худеть» даже зампреда Орловского горсовета

Накануне, 21 ноября, на комитете по ЖКХ Орловского горсовета обсудили ход выполнения скандального капремонта трёх городских школ. Речь идёт о школах №№15, 32 и 39. 

Вопреки обнадёживающему докладу исполняющего обязанности начальника «ОМЗ» города Орла Андрея Карасёва депутаты комитета, побывавшие на объектах, выразили уверенность в срыве сроков работ, как минимум, в школе №39. Именно там, по словам депутата горсовета и директора ПАО «Орелстрой» Владислава Гефеля, дела обстоят хуже всего. 

– Если по 32-й школе у нас есть время до июля, то 39-ю надо сдать в феврале. Это, наверное, сказочный срок. Вчера, когда мы были на выезде, температура была +4, ночью ещё прохладнее. А между тем, там велись штукатурные работы. На смеси же указывается, что температура поверхности должна быть от +5 до +30 градусов. Больше всего мне не нравится то, что у тех, кто ведёт технический надзор, нет ни приборов для измерения температуры поверхности, никаких инструментов, и они не владеют никакой информацией. Отсутствуют акты на скрытые работы, нам не могут сказат, какие работы принимаются, что выполняется. Каким-то чудом именно в день нашего выезда отсутствовал журнал работ – именно в день нашего выезда его забирают на проверку. 

– Правильно делают, – засмеялся зампред горсовета Сергей Себякин. 

– Мы как строители знаем, когда лучше всего это сделать – когда выезд инспектора! – улыбается Гефель. И резюмирует: школа №39 находится в худшем состоянии из всех трёх школ.

– В 39-й школе не так всё и плохо! – не соглашается Карасёв и перечисляет в процентном соотношении число выполненных работ. – Большая часть штукатурных работ выполнена, черновая стяжка тоже выполнена. Штукатурные работы ведутся только в тех помещениях, где работают тепловые пушки. 

– Хорошо, вот вы пушки поставили, – перебивает его другой строитель и депутат Александр Головин. – Да, в пределах первого полуэтажа температура положительная, а дальше пошла отрицаловка! А слои? Куда смотрит куратор? Слой 7 сантиметров! Без сетки, без ничего! Она же завтра отвалится! И пытаются и меня, и Владислава уверить, что это правильно. 

– Зачем такой слой-то? – ухмыляется Себякин.

– Ну чтобы упала громче, – шутит Головин.

– Это там стены такие? – изображая неровности руками, спросил Себякин и, увидев одобрительные кивки, резюмировал – Я ху***. 

Сел ли от дурного ремонта школ зампред на диету или выразил глубочайшее изумление доподлинно расслышать не удалось. 

Помимо возможного срыва сроков и качества работ,  отдельной депутатской «болью» оказалась неопределённость с обоснованием и количеством дополнительных денег, необходимых для завершения капремонта. Сумма, к слову, предполагается немаленькая – порядка 30 млн за каждую школу.

– По дополнительным работам, по цифрам это ещё бабушка надвое сказала. Нам все хотелки школ только пришли в конце той недели. Вот они все собираются, смотрят на другие школы, смотрят в телевизор. Всё хотят и хотят… Мы отправляем все эти хотелки в проектную организацию. Что после этого останется ? Мало от той суммы точно. А что ещё утвердится? Ещё меньше! Но ведь можно и отказаться. Например, от телевидения, системы контроля и управления доступом. В общем, будем разбираться, – заверил Карасёв. 

– Когда этот процесс подойдёт к экспертизе ПСД? – спросил Головин.

– У меня в проектном отделе остался мой заместитель. Сегодня подал заявление на увольнение человек, который уже на пенсии. Не выдержал нагрузки. Вот у меня в проектном отделе один человек. Приходил сегодня человек устраиваться на работу, выходит 2 декабря. Вот какими силами мы работаем. За неделю-полторы, наверное, сделаем, – пообещал Карасёв.

– Ну давайте. Соберём совещание через недельки две, сходим к нему и посмотрим, что изменится, – предложил Себякин. 

Возражений не последовало и на этом обсуждение капремонта закончилось.