Дневники жителей ПНИ: «В 12 лет меня научила читать воспитательница Галина Николаевна. Правда, книг в ДДИ не было»

Андрей, 24 года, Оренбургская область, дом-интернат для престарелых и инвалидов: «Я не могу сесть на велосипед и поехать в город, потому что я — недееспособный»

— Из-за пандемии наш интернат работает в закрытом режиме – уже больше года очень редко можно выезжать в город. Групповые выходы отменили. Внутрь никого не пускают. Когда пустят – не знаю. Наверное, когда все прививки сделают. Я отказался. Подумал, пускай сначала сделают первые, рискнут. А через год-полтора посмотрим, если ничего не произойдет.

— Я просыпаюсь по будильнику в 6 утра. Сразу иду умываться и чистить зубы. Потом заправляю кровать. В половину седьмого я выхожу на зарядку. Летом – пробежка, турник. Зимой иду в специальный зал, где мы занимаемся спортом на тренажерах.

В 8.45 – завтрак, после него немного свободного времени. В будни с 10 часов групповая онлайн-связь с психологом для ребят из разных интернатов. Это минут на сорок. А по субботам в это же время онлайн-занятия центра «Прикосновение».

Занятия разные – можно узнать, как подобрать гардероб, или какие бывают музыкальные инструменты. Директор центра Наталья Адамовна Калиман рассказывает, что такое дееспособность, как ее восстановить – сначала частичную, потом полную.

— Меня лишили дееспособности в 18 лет. Но я считаю, что это было правильно. Сколько случаев, когда человек выходил из детского интерната и оказывался в трудном положении. Надо знать, как оплачивать коммунальные услуги, как жить за пределами интерната. Полгода-год тренироваться, а потом уже жить самостоятельно.

— В этом интернате я три года, до этого жил в детском доме-интернате (ДДИ). В 20 лет написал заявление, чтобы меня перевели. Если есть в области взрослые учреждения, зачем я буду находиться в детском?

— В ДДИ я прожил 11 лет. Учился там в школе, но свидетельство об окончании школы мне не дали. Поэтому я сейчас и занимаюсь онлайн и в этом году получу аттестат за 9 класс. В конце мая экзамены. Потом буду заниматься восстановлением дееспособности.

— У нас в интернате сейчас идет проект по сопровождаемому проживанию. Есть модульная комната, где мы учимся готовить, чтобы у нас не было вопросов по поводу приготовления плова или супа. Хотя сейчас 21 век: интернет открыл – все рецепты есть.

— С 11 до 11.15 у нас второй завтрак. С 12 до 14 у меня учеба онлайн. Изучаю русский язык, математику, природоведение, биологию. После учебы обед. Он подольше, 20-25 минут. С 14.30 до 16 у нас тихий час. Но я не сплю, а занимаюсь своими делами. Убираюсь в комнате, делаю поделки, домашнюю работу, которую учитель присылает в вотсап или вайбер.

После тихого часа у нас свободное время. Летом можно покататься на велосипеде по территории. Зимой – на лыжах или на тюбингах на горке. В 16 полдник, после него свободное время. В 18.30 у нас ужин, минут на 15. После ужина тоже свободное время. В 9 часов вечера у нас второй ужин: ряженка, хлеб. А потом свободное время до отбоя в 11 часов.

В комнате я живу один. У меня там есть все необходимое для меня и для моего развития. Телевизор, компьютер, недавно я установил бактерицидную лампу.

Я участвую в разных соревнованиях, у меня очень много медалей и грамот. В 2019 году я занял первое место по дартсу среди мужчин. Участвовало 4 организации. Еще у меня есть работы из Центра технического творчества в городе – например, я сам сделал скворечник. И внутренний диплом интерната – я первым пробежал 2 км.

— Мне бы хотелось больше выбираться в город, особенно самостоятельно, а не с соцработником или воспитателем. Я полностью город до сих пор не знаю.

Только центр и то, что поблизости. Аптеку, магазины «Магнит», «Пятерочка», «Милый дом». Я не могу сесть на велосипед и поехать в город, потому что я недееспособный. За меня несет ответственность опекун. Волонтер может отпросить меня к себе пожить или на день куда-то съездить. До пандемии было такое, и много раз. Но сейчас нельзя.

— Я стою на очереди на квартиру от Министерства социального развития Оренбургской области. Я хотел бы выйти за пределы интерната и жить самостоятельно. Чтобы я сам за собой следил, сам контролировал себя, готовил, работал.

Я бы мог работать маляром-штукатуром или консультантом в магазине. Если на дому работать по объявлению, то можно не учиться. У меня вторая группа инвалидности. С ней не так просто устроиться в какую-то организацию, садик или школу. Директор увидит справочку и скажет: мы таких не берем.

Екатерина, 30 лет, Москва, пансионат для ветеранов труда (ПВТ): «В 12 лет меня научила читать воспитательница Галина Николаевна. Правда, книг в ДДИ не было»

Катя почти всю жизнь провела в детских домах и психоневрологических интернатах.

— Привет из комнаты №207! Каждый день я встаю в 6.30 утра. Умываюсь, одеваюсь, стираю. Завтракаю в 8.00 – как правило, кофе с бутербродом – и сажусь за уроки. Делаю что-то из домашнего задания, а в 9.00 у меня первый урок. Учусь я в онлайн-школе. Учеба до 16.10, обед – только после уроков. Во время учебы я не ем, все стоит на столе рядом.

— В эту школу я поступила в 18 лет, до этого нигде не училась. Но в 12 лет меня научила читать воспитательница Галина Николаевна, когда я жила в одном из детских домов для детей с инвалидностью.

Она сама мне предложила и сначала учила букварю: приходила ко мне в палату, садилась на стул рядом… Учиться мне было интересно. Правда, книг в ДДИ не было. Так что, Галина Николаевна меня именно научила. А читать книги я начала уже, когда пошла в школу.

Первой книгой, которую я по-настоящему прочитала, была «Повесть о настоящем человеке» Бориса Полевого. А потом — Сидни Шелдон «Если наступит завтра».

— В 18 лет мне помогли устроиться в московскую онлайн-школу, так-то я жила совсем в другом городе, далеко от Москвы. К тому времени меня уже перевели в психоневрологический интернат. Там было полно тех, кто никогда не учился. Я там одна училась на весь интернат…

Ноутбук мне подарили. А интернет администрации пришлось проводить ради меня. Ну им деваться некуда было… Связь я оплачивала сама.

Сначала ко мне приехали из школы, провели диагностику, которая показала, к чему я больше склонна. Дефектолог сказала, что будут проблемы с математикой, с точными науками. Так оно и есть.

Первое время было непривычно учиться онлайн. Тем не менее, сначала все шло неплохо. Потом учиться стало сложнее. Когда есть родители, есть, кому помочь. А когда ты и за маму, и за папу, конечно, непросто… Но в этом году я уже заканчиваю 11-й класс. Надеюсь, что потом смогу поступить в колледж.

— Я перемещаюсь на коляске, но в принципе, колледжи и вузы мне доступны… Ладно, может, и не очень, но все равно лучше, чем раньше! Раньше нам и школы были недоступны. Сейчас понемногу все меняется, стараются что-то делать для нас, колясочников. 

Но если я поступлю в вуз, часто я его посещать не смогу. Три раза в неделю, не чаще. Метро мне недоступно. Пришлось бы ездить на частном инвалидном такси. Дорого, но что делать, это единственный способ. Но и одну меня никуда не пустят, поскольку пансионат несет за меня ответственность, нужен сопровождающий. А с ним не все так просто, как хотелось бы. У пансионата сопровождать меня возможности нет. Приходится искать человека самой, и не факт, что найдешь. И в принципе, может случиться так, что я не найду ни сопровождающего, ни денег на такси, чтобы регулярно ездить учиться, ничего нельзя исключать.

Вот сейчас 17.00, буду делать домашние задания до отбоя. Отбой в 11 вечера. По субботам у меня репетиторы. Первый урок в 8.00, потом делаю домашнее задание, и с 11 до часа тоже учусь. В воскресенье не учусь, только делаю домашнее задание.

Учиться мне нравится, но сложно дается. Но я горжусь тем, что преодолеваю трудности и когда вижу результат своего труда. Ведь ничего не дается просто так таким людям, как мы. Я это понимаю и принимаю.

Коллажи Татьяны Соколовой

Запись Дневники жителей ПНИ: «В 12 лет меня научила читать воспитательница Галина Николаевна. Правда, книг в ДДИ не было» впервые появилась Милосердие.ru.