Обстоятельства гибели – «не наше дело». Под Оренбургом похоронили офицера, который мог погибнуть в Ливии
В поселке Акбулак неподалеку от российско-казахской границы в пятницу простились с Глебом Мостовым. О первом случае гибели российского военнослужащего в Ливии на прошлой неделе сообщило оренбургское издание «Оренград». Так ли это и что известно об этой истории, выясняли в Акбулаке корреспонденты Русской службы Би-би-си.
Прощание с погибшим военнослужащим началось в 11 утра в кинотеатре «Колос» напротив районной администрации. С раннего утра поселок накрыл густой снегопад. Территорию вокруг кинотеатра оцепили военные и полиция, которые указывали пришедшим, где им встать и ждать начала траурной церемонии.
«Сначала Афганистан, потом Чечня, Украина, теперь Сирия и Ливия, чему ты удивляешься», — объясняла ситуацию женщина своему мужу в очереди, у обоих в руках были красные гвоздики.
Тело погибшего военнослужащего доставили из Москвы в Оренбург накануне. Встречать его отправились мать погибшего и глава района.
Всю ночь гроб простоял в доме отца Мостового на окраине Акбулака. В 10 утра с погибшим попрощались родные, с 11 до 13 было запланировано прощание в кинотеатре, на 13 часов — похороны.
«Траурный митинг, посвященный прощанию с Глебом Мостовым, объявляется открытым. Глебу было 27 лет. Как это ничтожно мало для человеческой жизни. Но, видимо, так было предрешено судьбой. Он не знал, что погибнет, совершив поступок, о котором потом скажут: подвиг», — такими словами должен был открыться траурный митинг, следовало из сценария мероприятия, с которым ознакомились журналисты Би-би-си.
Но попасть на сам митинг не удалось.
— Полковник Попов, ваши документы, — представился мужчина в штатском, мельком показав корочку МВД.
Уже через пять минут журналистские аккредитации изучали и фотографировали уже несколько людей в штатском и в форме.
— Вариант у нас простой, парни, — определил альтернативы полковник. — Либо вы едете на автовокзал и уезжаете обратно в Оренбург, либо мы подключаем коллег из УФСБ, и следующие три часа они будут проводить с вами объяснительную беседу в отделе.
Оперативники угрозыска, как они сами представились, посадили корреспондентов Би-би-си на машину до автовокзала, там их встретил всего один оперуполномоченный, который отчитался руководству, когда машина с журналистами Би-би-си выехала из поселка в сторону Оренбурга.
Возможно, журналистов решили не пускать на похороны военного, потому что подвиг, о котором акбулакцам должны были рассказать на траурном митинге, засекречен, как и все обстоятельства его гибели.
Первый заместитель главы Акбулакского района Александр Осипович накануне похорон еще не знал об обстоятельствах гибели Мостового ничего, даже о том, в какой стране тот погиб.
«Он не наемник, это однозначно, он кадровый офицер, мы его хороним, — рассказал он. — Я сам не служил и не знаю, одни говорят, он погиб в Ливии, другие, что в Сирии. Но документально мы даже этого не знаем, мы много чего не знаем».
Первым о гибели военнослужащего в прошлую пятницу сообщило оренбургское издание «Оренград». Не называя имени и населенного пункта, откуда был родом погибший, журналисты рассказали, что в ближайшие дни тело военнослужащего будет доставлено из Москвы в Оренбург. От родственников Мостового «Оренград» узнал, что «молодой человек участвовал в боевых действиях в Ливии, был снайпером».
«Находился в этом государстве под другим именем, — было сказано в заметке. — Вчера родным сообщили, что их сын погиб в ночь со вторника на среду (с 4 на 5 февраля — Би-би-си)».
Андрей Мостовой не захотел говорить с журналистами о гибели сына: «Извините, ребят, у меня личное горе и я не хочу это обсуждать».
Родственники, изначально сообщившие о гибели Глеба, позже общаться с прессой тоже прекратили: «Как я понял, им [родственникам] внушили, что в Ливии есть войска, но они выполняют секретную миссию и теперь родственники чуть ли не разгласили государственную тайну, — рассказал Би-би-си журналист Александр Жарков. — Думаю, они заднюю включают, потому что вчера еще говорили, что под чужим именем он там был».
Александр Осипович рассказал Би-би-си, что за последние несколько лет это пятый случай гибели военнослужащего в Оренбургской области: «Сколько было тех, кто не официально ездит, не знаю».
По его словам, один из жителей Акбулака даже приходил к нему посоветоваться: не поехать ли поработать наемником, чтобы потом купить машину.
«Там зарплату неплохую дают, — рассуждает замглавы района. — Но тут же такое: можно приехать с деньгами, а можно приехать телом. Пулю снайпера поймаешь и потом тебе ни машина, ничего не будет нужно».
О том, как погибший Мостовой оказался в Ливии и чем он там на самом деле занимался, военные районных чиновников не информировали.
«Мы не знаем обстоятельства гибели, белое пятно, — говорит Осипович. — Но меня это не смущает, это не наше дело. Государство посчитало, что человек там должен находиться, вот это важно».
«Не знают, что такое война»
Поселок Акбулак, где родился Глеб Мостовой, — райцентр в 50 км от границы с Казахстаном и 127 км к юго-востоку от Оренбурга. Раньше тут была железнодорожная станция, но потом ее закрыли, и теперь поезда, следующие в Казахстан и далее в Ташкент, делают остановки только в Оренбурге и Соль-Илецке.
Здесь принято красить дома в разные цвета, и это место не выглядит обычным депрессивным провинциальным поселком. Фронтон каждого дома украшен индивидуальным орнаментом.
В местной школе №1 Мостовой учился с 2000 года. В десятом классе стал победителем областного конкурса исследовательских работ, спустя год стал лауреатом всероссийского военно-патриотического конкурса «Отечество». Денежную премию в 30 тысяч рублей от президента Владимира Путина школьнику вручал прежний губернатор Юрий Берг.
Работа, которая принесла школьнику награду, была посвящена боевому пути его прапрадеда Антона Глебова, гидролетчика Черноморского флота, в 1941-1942 годах участвовавшего в боях за Севастополь.
«Долю участия каждого в Великой Отечественной войне определять не нам, которые уж 65 лет живут и не знают, что такое война, — писал школьник. — Имя прапрадеда Антона Ильича Глебова выбито на мемориальной плите погибшим защитникам Севастополе на Сапун-горе. Я горжусь своим предком и рад, что в моей крови и моем имени есть частичка военного летчика, защитника города-героя Севастополь».
Имя дедушки убитого военного есть и на мемориале погибшим в ВОВ на площади Победы в Акбулаке. За ним — памятник на месте братской могилы пулеметчиков, погибших в Гражданскую войну. Справа — аллея славы с именами и портретами жителей, получивших высшие государственные награды. Слева — монумент с именами акбулакцев, погибших в локальных конфликтах от Афганистана до Чечни. На одном из этих памятников в ближайшее время появится и имя Глеба Мостового.
Перед ними — бетонная звезда с горелкой. Когда-то на этом месте был вечный огонь, но сейчас он не горит. Впрочем, памятники ухоженные, а площадь перед ними вычищена.
Для села Акбулак эти похороны — важное событие. О них знали буквально все, с кем поговорили корреспонденты Би-би-си. «Гостиница вон стоит пустая — не дают в нее никому заселяться. Генералы летят. То ли из Севастополя, то ли из Симферополя», — сказал прохожий на улице.
Одна из знакомых погибшего военнослужащего рассказала, что после школы он учился в военном университете и в Акбулак после учебы больше не вернулся.
«Парень он был неплохой и, насколько я слышала, недавно он женился, — рассказала собеседница Би-би-си. — Но жена у него точно не местная, и где он проживал в последнее время, не знаю, но точно не в нашей деревне».
Молчание военных
Министерство обороны пока ничего официально не сообщало о гибели Глеба Мостового. Впрочем, за последние годы для оборонного ведомства это стало обычной практикой. В январе 2019 года Русская служба Би-би-си рассказывала о гибели в Сирии младшего сержанта Андраника Арустамяна.
Тогда на КПП на въезде на российскую военную базу сдетонировали противотанковые мины. Арустамян также был уроженцем Оренбургской области, жил в Тоцком. Министерство обороны об этом инциденте так ничего и не сообщило, но через несколько месяцев после гибели военнослужащего на здании школы, где он учился, была установлена мемориальная табличка.
Об отправке российских военных в Ливию раньше также ничего не сообщалось. 11 января после переговоров с канцлером Германии Ангелой Меркель президента Владимира Путина спросили о российских наемниках, которые участвуют в ливийском конфликте на стороне маршала Халифы Хафтара, воюющего с признанным большинством стран-участниц ООН правительством Фаиза Сараджа.
«Если там и есть российские граждане, то они не представляют интересы российского государства», — заявил президент России. Путин также подчеркнул, что эти наемники «денег от российского государства не получают».
Формально российским властям ничего не мешает отправлять военнослужащих еще и в Ливию. Перед началом сирийской операции президент России на основании части 1 статьи 102 Конституции обратился в Совет Федерации с предложением «об использовании вооруженных сил за пределами территории России». При этом он не оговаривался, что собирается использовать их исключительно в Сирии.
Накануне похорон Глеба Мостового Русская служба Би-би-си направила запрос в министерство обороны с просьбой сообщить обстоятельства, дату и место гибели военнослужащего. Пока он остается без ответа.
The post Обстоятельства гибели – «не наше дело». Под Оренбургом похоронили офицера, который мог погибнуть в Ливии appeared first on ГАЛА.