Сохранять или уже спасать? Экспедиции и намерения не помогают Уралу

В который раз в областном центре прошли мероприятия, призванные спасти реку Урал от экологической катастрофы. Прослеживая историю прежних многочисленных экспедиций, договоров о сотрудничестве и пресс-релизов, освещавших уже сотни встреч, надежды, что именно эта станет решающей и спасительной, нет.

Многолетняя история

В этот раз в Оренбург прибыли министр природных ресурсов и экологии РФ Александр Козлов и министр экологии, геологии и природных ресурсов Республики Казахстан Магзум Мирзагалиев. «Впервые проблемы спасения реки Урал обсуждаются на уровне министров двух государств» – так был озаглавлен пресс-релиз о встрече. Это, пожалуй, единственное новое, что отличало мероприятие от всего, что было ранее.

«Казахстан и Россия подписали долгожданное соглашение о сохранении экосистемы бассейна реки Урал» – это итог Форума межрегионального сотрудничества России и Казахстана, состоявшегося в октябре 2016 года. Стороны обещали совместно бороться с трансграничным загрязнением реки, содействовать снижению сбросов, охранять животный мир и много-много чего ещё.

К чему пришли пять лет спустя? Казахстанская сторона ещё только собирается провести ревизию всех предприятий, которые забирают воду из реки и загрязняют Урал. Наши выяснили, что многие очистные сооружения требуют серьёзного обновления.

Переговорный процесс по проблемам Урала между правительственными кругами Казахстана и России всегда был неимоверно затяжным: от встречи президентов Н. Назарбаева и В. Путина в Уральске в 2006 году до подписания межправительственного документа «Соглашение по сохранению экосистемы трансграничного бассейна реки Урал» в 2017 прошло 11 лет.

Проводились даже международные семинары с участием экспертов из Сенегала и Европы, которые делились опытом спасения своих рек. Зато представители Башкортостана и Челябинской области, по территории которых тоже течёт Урал, подобные встречи год за годом игнорируют.

Двадцать лет подряд прежнее руководство Оренбуржья торжественно давало старт экспедициям. Каждый год порядка двух десятков лодок с чиновниками сплавлялись по гибнущей реке. С такой же скоростью, как падал уровень воды в Урале, в обществе рос скепсис по поводу всех заявлений и намерений, которыми отчитывались чиновники после каждого подобного мероприятия.

Между тем, в 2019 году уровень воды в реке Урал у Оренбурга достиг минимальных значений за последние полвека и составил 170 см.

Новые обещания

Документ, подписанный в этот раз, рассчитан до 2024 года. Среди первых практических шагов – расчистка русел, высадка деревьев вдоль береговой линии, строительство и модернизация очистных сооружений, минимизация сбросов предприятий ЖКХ. И вновь утверждена лишь дорожная карта по исследованию Урала. То есть, опять не практические действия, а только лишь исследования.

«Наибольший вред экосистеме бассейна трансграничной реки Урал наносят нефтегазовые промыслы Оренбургской и Западно-Казахстанской областей, – говорит академик РАН, научный руководитель Института степи УрО РАН Александр Чибилёв. – А также историческое загрязнение реки Илек в Актюбинской области, предприятия цветной металлургии в городах Учалы, Сибай, Бурибай Башкортостана, Магнитогорский металлургический комбинат в Челябинской области. Ниже Ириклинского водохранилища основными загрязнителями являются предприятия Медногорска и Кувандыка на Сакмаре, Актюбинска на Илеке, Орска и Новотроицка на Урале».

То есть, вред практический, а спасение опять – исключительно в теории. Только на территории российских регионов находятся 439 водопользователей, в Казахстане таких 297. Порядка 30 предприятий с обеих сторон сбрасывают отработанную воду в Урал. Доживёт ли река до того времени, когда все стороны наконец договорятся, примут конкретные решения, выделят миллиардные суммы и реализуют их в конце концов? На такие риторические вопросы официальные документы, как правило, не отвечают.