Вспоминаем героев Победы. Нет на свете наград, что достойнее памяти сердца

22 июня 1941 года шестеро выпускников Нижнеломовской средней школы (Пензенская область), среди которых был Иван Мухин, обратились в военкомат с просьбой направить их в танковое училище. Однако в то время наш земляк туда принят не был. По причине простой – не вышел возрастом. Поэтому в армию он призван был лишь в феврале 1942 года. После учебы на курсах радистов-телеграфистов (г. Куйбышев) Иван Павлович попал в приволжский город Вольск, где формировалась мотострелковая бригада. Получив обмундирование, оружие, военную технику, бойцы бригады на баржах и пароходах отправились вниз по Волге к Сталинграду. Это было в конце июня. Через несколько дней ранним утром солдаты высадились на сталинградской пристани. Потом был пеший девяностокилометровый марш до города Калач-на-Дону, на окраине которого подразделения бригады заняли оборону. Бои шли жестокие, впрочем, на фронте легких сражений не бывает. В результате защитникам города вскоре пришлось его оставить и отступать до берегов Дона, затем переправляться через него в спешном порядке кто как смог: не имея под рукой ни лодок, ни плотов, ни других средств переправы. Отступление на этом не закончилось. Не доходя несколько километров до города Сталина, Иван Павлович был в первый раз ранен. Из госпиталя, находившегося в Камышине, Мухин в свою часть вернулся лишь в ноябре. Его однополчане в то время занимали оборону западнее села Песчаное. Военное положение значительно изменилось, и наши войска уже готовились к окружению армии Паулюса. Иван Павлович к тому времени был командиром расчета противотанкового ружья. – Поселок Советский, – рассказывал он, – оказался тем местом, где произошел перелом в Сталинградской битве. Наша часть располагалась по одну сторону железнодорожной насыпи, а немцы – по другую. Командиры предупредили нас, что наступление – вопрос нескольких дней, поэтому разведданные очень нужны. Меня, как командира ручного пулемета,  разведчики взяли в качестве огневой поддержки. В первый раз нам здорово не повезло. В балке мы встретились: наши разведчики и немецкие, видать, у всех была только одна задача – захватить штабные документы и «языка», который мог бы рассказать о намерениях противника. Нам не повезло в тот раз. Приняв бой, мы потеряли одного бойца, а другого ранило. Второй раз разведчиков отправили для обнаружения огневых точек немцев, потому что наступление должно было вот-вот начаться. «Домой» мы вернулись, успешно выполнив задание. А наутро получили новый приказ: сдать шинели старшине и набить вещмешки патронами. Стало понятно, что предстоит наступление. Оказалось это предположение верным, и через несколько ней Иван Павлович снова уже тыл в окрестностях города Калач-на-Дону, в том самом месте, где он начинал свою службу и где завершилось окружение немецкой сталинградской группировки. Участвуя в тяжелых боях, ветеран получил второе ранение. Это случилось 12 января 1943 года. Опять госпиталь в Камышине, в городе, который, как сказал Иван Павлович, стал для него словно родным. После окончания лечения он был направлен в Челябинск. Именно тогда исполнилась заветная мечта солдата – он стал танкистом. После окончания танкового училища Иван Павлович получил специальность механика-водителя танка «ИС-122», название которого расшифровывается «Иосиф Сталин», а цифра 122 говорит о том, что калибр такового орудия был 122 миллиметра.  Танкист лейтенант Мухин освобождал в составе 1-го Украинского фронта Полтаву, Кировоград, Львов. Танкисты его части собственными руками восстанавливали столбики на границе, на одной стороне которых было написано «СССР», а на другой – «Польша». Эта же самая часть, 57-й танковый полк, участвовала в образовании Сандомирского плацдарма в Польше, на реке Висла. Тогда Иван Павлович получил третье, самое тяжелое ранение. «Очнулся я, – рассказывал Мухин, – на берегу небольшой речушки. Единственное, что помнил до того, – попадание в наш танк вражеского снаряда, взрыв, всепожирающий огонь... Лежу, голова, руки, живот в воде, а на спине пляшут языки пламени. Это было 31 июля 1944 года. Обгорел я тогда очень здорово». После лечения в госпитале Иван Павлович был комиссован и направлен в феврале 1945 года на долечивание домой, в Ульяновскую область, где его и застал День Победы.