Обретённая «Вишера». Вышло новое издание антиромана Варлама Шаламова

Север Пермского края завораживает своей красотой – от видов порой сбивается дыхание, сердце бьётся быстрее. Но он может быть суров, даже жесток.

Известный писатель Варлам Шаламов оказался там совсем молодым. И не по своей воле. Много лет спустя, перенеся немало страданий, он доверил бумаге всё, что пережил в Вишерском лагере. В пермской библиотеке им. Горького прошла презентация нового издания антиромана «Вишера», куда вошли ранее нигде не опубликованные главы и произведения писателя, которые так или иначе связаны с его пребыванием на Урале. Есть даже стихи, посвящённые Вишере. Те, которые остались. После очередного ареста даже безобидные стихотворения, в том числе посвящённые красоте Камы и Урала, сожгла его испуганная жена. Некоторые рассказы, вошедшие в сборник, долгое время считались утерянными. Как их нашли?

Эту немного детективную историю читайте в материале «АиФ-Прикамье».

«Рассчитаться покрепче...»

Для начала стоит напомнить, как Варлам Шаламов оказался в Вишлаге (Вишерский исправительно-трудовой лагерь. – Авт.). Его арестовали в феврале 1929 г., когда Шаламову был всего 21 год. Недавнего студента, исключённого из Московского университета, когда стало известно о том, что его отец – священник, обвинили в подрыве государственного строя. Он активно распространял «завещание Ленина» (или «Письмо к съезду»), где вождь писал об опасности концентрации власти в руках Сталина. В годы правления последнего письмо объявили фальшивкой и жестоко наказывали тех, кто его распространял.

«Приговор – три года концлагеря – был по тем временам жёстким. Давали ссылку, политизолятор, но со мной было решено рассчитаться покрепче – показать, где моё место», – писал Шаламов в своём антиромане.

Этим местом оказались Вишерские лагеря. Во время пребывания на Вишере и в Березниках он узнал и боль, и тяжёлый труд, и, неожиданно, любовь. Именно на Урале он встретил свою будущую жену. О тех годах он помнил всегда и в начале 1970-х написал о том, что пережил в молодости. О том, как жили и работали заключённые, о лагерном руководстве, особенно начальнике – Эдуарде Берзине. К слову, он и сам стал жертвой системы. Его объявили врагом народа и в 1938 г. расстреляли.

Жанр книги Шаламов определил как антироман, подчёркивая, что всё написанное – не выдумка. Действительно, можно сказать, что это не просто художественное произведение, а важное историческое свидетельство. Значение «Вишеры», как источника, подчеркнули участники группы, работавшие над новым изданием. Они включили в книгу не только сам роман, но и научные комментарии, которые рассказывают о жизни и пребывании Варлама Шаламова в Вишлаге, документы, фотографии тех мест, о которых говорит писатель.

Рукописи не горят, но теряются

С новым изданием этой книги связана полудетективная история о том, как нашли неопубликованные главы и другие варианты тех, которые уже вышли в предыдущем издании. Исследователь творчества Варлама Шаламова Валерий Есипов рассказал, что в последние годы жизни писатель тяжело болел и не мог следить за сохранностью своего архива. Некоторые материалы он передал через свою близкую подругу Ирину Сиротинскую в Центральный государственный архив литературы и искусств (ЦГАЛИ), но большая часть оставалась у него дома.

«В 1978 г. осенью он улетел в Ялту, в Дом творчества. У него были знакомые – некая дама-книголюб и мужчина-философ. Они почему-то посчитали, что Шаламов может не вернуться из Ялты. И унесли из дома значительную часть рукописей, – рассказал Валерий Есипов. – Когда писатель вернулся, он заметил пропажу. Ирина Сиротинская начала звонить этим людям с просьбой вернуть бумаги. Те пообещали и не сделали этого. Много лет записи считались утерянными. Когда Ирина Павловна начала готовить первое издание антиромана «Вишера», то издала только то, что у неё было. Но в 1998 г. нашлась часть утерянного наследия писателя. Тот самый мужчина-философ принёс материалы, которые он забрал из дома Шаламова. Сиротинская начала работать над ними, но завершить свой труд не успела, так как в 2011 г. ушла из жизни. А вот вторую часть материалов до сих пор так и не вернули. Хотя мы знаем, где именно она находятся, – у известного московского коллекционера».

За бортом глянца

Книга получилась весомой – не только в исследовательском смысле. Она действительно довольно тяжёлая. Связано это с тем, что в издании было решено использовать глянцевую бумагу. И этот тоже неслучайно.

«Это – символ глянцевой, парадной жизни СССР. За этим глянцем стоит написанная убористым мелким почерком тяжёлая судьба людей, которые оказались за бортом жизни. Это, конечно, моя расшифровка и задумка. Может быть, читатели увидят в этом другой символ, – сказал уполномоченный по правам человека в Пермском крае Павел Миков. – Я не мог не поддержать проект, так как судьба Варлама Тихоновича тесно связана с Вишерской землёй. Все стройки, которые были на Красной Вишере, на севере Прикамья, нашли отражение в рассказах и стихах писателя».

Валерий Есипов говорит, что Варлам Шаламов считал себя прежде всего поэтом. Исследователь творчества писателя издал книгу, в которой было больше тысячи стихов. В архиве Шаламова удалось найти и строки, посвящённые Уралу: «Деревенская Верона, юности моей пора. Дай тебя на память тронуть острым кончиком пера...», писал он о п. Усть-Улс. И о реке Каме: «Ты, Кама, рыжая красавица, ты заплетаешь струи в косы. Чтоб настоящему понравиться, бежишь рекой звонкоголосой».

«Интересно, что он следил за жизнью на Урале в течение долгих лет. Это были годы его молодости. И на фоне всего пережитого пребывание в Вишлаге казалось не самым тяжёлым этапом в жизни, – рассказал Валерий Есипов. – Хотя, когда он туда попал, это было для него шоком. Но уже тогда проявилась его принципиальность, честность и независимость. Он говорил, что для него важно никого не бояться, ничего не просить и работать там, где есть возможность поддержать моральную чистоту, не предав свои принципы. На Вишере он сначала таскал доски. Потом ему предложили войти в состав инженерно-технических работников. Надо сказать, что тогда шли реформы лагерной системы, она не была такой жёстокой и репрессивной. Это не в меньшей степени было связано с личностью Эдуарда Берзина. Система не представляла стремление к жестокой эксплуатации труда заключённых, делала ставку на доверие. Труд был тяжёлым, но все заключённые были сыты, обуты и одеты. За 18 месяцев удалось построить ультрасовременный по тем временам комбинат. Это было большим достижением».

На Колыме, куда Шаламов попал всего через несколько лет после освобождения, было намного страшнее и тяжелее. Он не раз оказывался на волосок от гибели. В своих «Колымских рассказах» он не раз упоминал о Вишерском лагере. Эти главы тоже вошли в новый сборник.

Первый тираж книги небольшой – всего триста экземпляров. Часть томов передадут наследникам писателя, которые живут в Москве, другую раздадут по библиотекам.

«Книга не предназначена для продажи. И это одно из условий наследников. Права нам передали на три года. Если найдём дополнительные средства, то сможем её переиздавать», – пояснил Павел Миков.

Кстати

На прошлой неделе краевая комиссия по восстановлению прав реабилитированных жертв политических репрессий поддержала инициативу редакторской группы. В честь 115-летия писателя 2022 год станет годом Шаламова в Пермском крае. 19 февраля, в день первого ареста Варлама Шаламова, пройдёт презентация книги в московском музее ГУЛАГа. Издание представят жителям Пермского края – Красновишерска, Соликамска, Березников и Перми. В сентябре презентация пройдёт в Вологде, на фестивале Шаламова.