Злоба, прагматизм и дистант. Как в Прикамье в 2023 году пройдут избирательные кампании

В 2023 году электоральные баталии в Пермском крае развернутся в пяти муниципалитетах – Горнозаводском, Кизеловском, Краснокамском, Оханском, Чайковском городских округах, а также в Перми. Но есть нюанс. Если в территориях будут избирать новые составы депутатских корпусов местных дум, то в краевом центре ожидаются только довыборы в гордуму по округу №5, который расположен в Индустриальном районе. Сергей Захаров, ранее представлявший этот округ, покинул страну и досрочно сложил с себя полномочия. По информации избирательной комиссии Пермского края, шесть электоральных процессов охватят 262 тысячи избирателей. На кону – 94 мандата.Дума объявила конкурс по отбору кандидатов на пост главы ПермиКроме того, в начале июня стартовала первая избирательная кампания 2023 года в Пермском крае – состязание за вакантное депутатское кресло в региональном парламенте, обитатель которого должен представлять интересы избирательного округа №17. В феврале держатель места, Антон Удальев, возглавлявший в Законодательном Собрании комитет по развитию инфраструктуры, покинул парламент по собственному желанию, чтобы трудоустроиться в мэрии Москвы. Вызывает иронию, что свой мандат г-н Удальев тоже получил в ходе довыборов.Примечательно, что в этом году голосования пройдут по «триединой системе», вместо единого дня – 8, 9 и 10 сентября. Пермский край традиционно всегда был склонен к игре на фронтире, и теперь субъект стал одним из пилотных по массовому использованию относительно новой электоральной практики – дистанционного электронного голосования (ДЭГ) в процессе выборов. Избиратели смогут пользоваться им круглые сутки с первого до последнего дня выборов, с восьми утра 8 сентября до восьми вечера 10 сентября.Все это лишь официальный контекст будущих кампаний. Пермские политтехнологи и политконсультанты поделились с Business Class, что в этом году будет влиять на население в процессе принятия решений и стоит ли ожидать нововведений в процессе соперничества между кандидатами в депутаты.Региональная специфика и тенденцииКак ни крути, а политическая конъюнктура делает свое дело. «Правила игры», которые она устанавливает, обязывает следовать им как претендентов на мандаты, реализующих свое пассивное избирательное право, и их штабы, так и рядовой электорат. По мнению Алены Садиловой, кандидата политических наук, доцента кафедры политических наук ПГНИУ, более всего изменения в политической повестке повлияли на тех, кто работал с оппозиционными силами и несистемными кандидатами.«Для других – появились новые векторы работы, правила. Но базовая часть та же», – отметила эксперт. Среди особенностей Прикамья, которые влияют на процесс выборов, рассуждает политконсультант Людмила Ознобишина, имеет вес «ловушка обнуления». Суть ее в том, что в регионе в последние годы стремительно сменяются губернаторы, из-за чего уровень доверия граждан к власти низок. В то время как в иных субъектах главы руководят десятилетиями, четко выстраивают вертикаль власти, обладают расширенным коридором принятия решений, в Пермском крае губернаторы успевают только-только собрать свой кабинет, анонсировать грандиозные планы, раздать обещания, а затем уходят. Новый глава не продолжает намеченную линию своего предшественника, а «обнуляет» планы, меняет ключевые фигуры на важных постах, повторяет цикл предшественника и, вновь не добравшись до высокой ноты, – оставляет кресло. Это причина не только низкого уровня доверия, но и целого комплекса иных проблем региона, которые оказывают влияние на электоральный процесс. Говоря о более актуальной повестке, г-жа Ознобишина отметила снижение среди населения спроса на популистскую риторику и переориентацию на прагматичность. Теперь в фаворе политики, пользующиеся «стратегией малых дел»: таких обещаний, выполнить которые сравнительно просто. Благоустройство, дороги, детские площадки, дворы – чем конкретней и локальней, тем лучше. Политконсультант считает, что поворот на краткосрочную перспективу вызван, в том числе, неопределенностью, возросшим чувством неизвестности отдаленного будущего и тревожности среди населения. Потому эффект от своего выбора того или иного кандидата электорат хочет видеть здесь и сейчас. Но в 2023 году появился нюанс, стала обозначаться достаточно непредсказуемая тенденция – рост обозленности электората, тренд на поиск виноватых.«Пока что для себя я не до конца сформировала, как мы с кандидатами будем по этой линии работать. Но я вижу, что с весны идет рост разочарования и недовольства. И проявление всех этих настроений наблюдатели увидели во время мятежа Пригожина в Ростове-на-Дону. Сейчас задача уловить, как этот настрой повлияет на местные выборы, когда мы будем проверять все наши гипотезы», – пояснила г-жа Ознобишина.Что нас ждет?Несмотря на кажущийся «День сурка» во время выборов в каждом новом году, все же различия есть, заявляет Людмила Ознобишина. Они демонстрируют свою специфику, отличаются по инструментарию и по настроениям населения. «Интересно наблюдать, как год от года все меняется. Поэтому у нас никогда не было выборов, идентичных друг другу. Сейчас, в 2023 году, на фоне СВО и частичной мобилизации мы наблюдаем резкое снижение интереса у кандидатов к выборам. Если раньше муниципальные выборы подпитывались малым и средним бизнесом, предприниматели были активными участниками процессов, то сейчас, к примеру, в Краснокамске или Чайковском, где всегда три-четыре элитные группы состязались друг с другом, противоречия фактически растворились, ушли. Самое главное, в этом году мы увидим, как пройдет дистанционное электронное голосование – насколько активно им воспользуются избиратели, какие расхождения обнаружатся между предпочтениями проголосовавших классическим способом и через ДЭГ», – рассуждает политконсультант.По мнению политтехнолога Юрия Исаева, на грядущих выборах не стоит ожидать каких-то новинок в сфере применения электоральных технологий. Возможны корректировки в рамках существующих моделей, но глобальных новаций не будет. «Даже с точки зрения работы с SMM мы уже все знаем и понимаем – как он выстраивается, как регулируется законом, его технологические ограничения. Есть тенденция к поиску альтернативных каналов доведения информации до избирателей. Например, через чаты домов, коллективов в учреждениях. Но этот тренд формируется не первый год, и у всех в этом направлении продвижение идет медленно», – поделился политтехнолог. Также, подчеркнул он, социальные сети пока не смогут стать полноценной заменой традиционным мобилизационным инструментам, так как никому из политтехнологов не удалось использовать их в качестве основного механизма для вербовки электората. «Все технологии работают в совокупности. И тот, кто вам скажет, что «я только за счет интернета могу привести людей», – он просто лжец. Адресная и контактная работа на небольших выборах играет колоссальную роль, определяющую. И даже на больших выборах встречи с людьми – это важный вклад в распространение информации о вашем кандидате среди крупных групп населения», – добавил г-н Исаев.Алена Садилова добавила, что пока в муниципалитетах еще сложно применить весь набор новых электоральных инструментов и подобрать команду со свежим взглядом на мобилизацию избирателей. Но использовать социальные сети все равно будут.«Наследство ковида – многодневное голосование – тоже даст свой эффект. Неожиданностей по довыборам в Законодательное Собрание и Пермскую городскую Думу не предвидится. Это мое мнение. Возможно, интересная кампания сложится в Краснокамском городском округе. И неспокойная обстановка в Кизеле может отразиться на электоральных итогах», – предполагает г-жа Садилова.Отдельное внимание эксперт уделила пилотному применению ДЭГ в регионе. Оно неизбежно, считает она, но положительных результатов от его использования, кажется, больше, нежели негативных. «ДЭГ – идеальный инструмент для сглаживания политического абсентеизма среди молодого электората. Тема внедрения электронного голосования еще 10-12 лет назад была актуальна. Начались разработки подходов к организации этой системы. Большой толчок к внедрению дали, на мой взгляд, технологии электронного праймериз. Они показали, что все реально, что можно у избирателей формировать новые навыки по удаленному голосованию. Электронная политическая архитектура построена, надо ее тестировать, устранять шероховатости, которые, вероятно, будут. Тех, кто захочет выразить свою политическую позицию в традиционном формате, всегда будут рады видеть на избирательных участках. Гибридный вариант – лучшее для этапа транзита к полному внедрению ДЭГ», – считает Алена Садилова.Юрий Исаев соглашается с тезисами коллеги, но подчеркивает – все начинается и заканчивается тем, насколько хорошо кандидат и его штаб работает с людьми. «Если народ приглашать на участки, втягивать в процесс – в подавляющем случае взаимные ожидания по линии кандидат-электорат оправдываются. Нельзя отрицать тот факт, что для многих людей выборы – это достояние, важный ритуал публичного волеизъявления, возможность пообщаться с людьми. Не надо лишать их такой ценности. Нельзя просто сказать «не идем на участки, все в ДЭГ» – это чушь. Электронное голосование дается как удобная альтернатива. Для тех, кто, к примеру, уехал на вахту из Соликамска в Сургут. Только лишь такую роль нужно рассматривать для ДЭГ», – подводит итог политтехнолог.

От гениальных идей до мобилизации бюджетников. Что происходит на рынке политтехнологий Прикамья