«Пермь это заслужила». Зрители увидят легендарные балеты Килиана и Форсайта

Сразу два балета легендарных хореографов – «Свадебка» Иржи Килиана и The Second Detail Уильяма Форсайта – вновь на пермской сцене. Первые показы эксклюзивной программы состоятся 18, 19 и 20 февраля.

Накануне знакового события Антон Пимонов рассказал, почему спектакли Форсайта и Килиана должны быть в репертуаре современной балетной труппы, о чём он лично спросил бы этих классиков хореографии и каких премьер ждать пермякам в будущем.

Болезнь не помешала

Вера Шуваева, «АиФ-Прикамье»: Антон, почему возвращение этих шедевров происходит именно сейчас?

Антон Пимонов: Мы думали о нём ещё полтора года назад, и вот только сейчас получилось добраться до этого возвращения. Во-первых, это безусловные бриллианты хореографии второй половины XX в. Тот материал, который очень важен для ментального и физического воспитания любой труппы. Во-вторых, «Свадебка» нигде в мире сегодня не идёт, да и The Second Detail, насколько мне известно, тоже. То есть программа, которая будет у нас, - абсолютный эксклюзив. И одновременно наш книксен в сторону двух великих мастеров.

- Российские премьеры этих балетов состоялись в Перми более девяти лет назад. Нет ли в сегодняшнем обращении к ним какого-то знака? Ведь цифра девять в нумерологии считается счастливой.

- Если честно, мне некогда прислушиваться к знакам. Хотя иногда магия цифр заставляет задуматься: надо же, как интересно получилось! Но не более того. Принимать решения всё же лучше исходя из конкретной ситуации. Права на показ этих спектаклей закончились – обычно фонды соответствующих хореографов дают лицензию на три года. Сегодня «Свадебка» и The Second Detail возвращаются в исполнении нового поколения пермских танцовщиков. И вместе с ними программу репетируют представители Фонда Килиана - Эльке Шеперс и Филип Тейлор, а также Фонда Форсайта - Ноа Гелбер.

- Они и проводили кастинг артистов?

- Да. Задействованы все наши корифеи, солисты и часть кордебалета. К сожалению, за время репетиций, начавшихся ещё в конце ноября, многие заболевали, выходили, опять болели и т.д. Но мы не опускали руки, продолжали работать. На этот случай всегда есть запасные. Или второй состав плюс запасные запасных. Так что заменяли людей, но репетиции не останавливали.

Большинство ребят впервые познакомились с этой хореографией. Порой был шок: словно тебя выкинули на середине озера и сказали: «Плыви!» Не всё получалось сразу. Но это нормальный рабочий процесс: такие спектакли требуют времени, чтобы перезагрузились голова и тело.

- А из прежнего состава кто-то остался в нынешнем?

- Примерно треть - из прежней касты. Они помнят, как это было, и подтягивают за собой остальных. Кстати, Невесту в «Свадебке», как и в 2012 г., будет танцевать Анна Поистогова. Тогда её Женихом был Иван Порошин, сейчас – Иван Ткаченко. В двух других составах это Булган Рэнцэндорж с Кириллом Макуриным и Стефания Гаштарска с Арнаем Омарбаевым.

Глоток воздуха

- Если в «Свадебке» сюжет понятен уже из названия, то The Second Detail («Вторая деталь») – сплошная загадка. Что за деталь? И почему вторая?

- Об этом, наверное, лучше спрашивать у балетмейстера. На мой взгляд, не столь важно: вторая деталь, третья, четвёртая... Это история про классический балет, который мы разглядываем тут под иным углом. Смотрим на устоявшуюся в классике форму (па-де-де, па-де-труа, соло, дуэт и т.д.) в непривычной последовательности. Причём здесь настолько концентрированный, «жирный» кусок в плане хореографии, что рассмотреть всё с первого раза не получается. Хочется, чтобы этот спектакль подтолкнул зрителей к размышлениям. Почему хореограф сделал именно так? Насколько это остроумно? К чему в итоге это нас выводит?

- Работая в Мариинском театре, вы сами танцевали Форсайта. Что дал вам тот опыт?

- The Second Detail в Мариинке не шла. Но в афише было четыре других его балета. Пройти через хореографию Форсайта – очень ценный опыт для каждого танцовщика. Пропуская через своё тело этот текст, ты начинаешь мыслить по-другому. Это как глоток свежего воздуха. У тебя меняется взгляд и на классические вещи: выходишь потом в классических балетах быстро повзрослевшим. Убеждён, что и Килиан, и Форсайт обязательно должны быть в репертуаре современной балетной труппы.

- А встретиться с ними лично вам хотелось бы?

- С Биллом Форсайтом я встречался, когда перед выпуском своих спектаклей он приезжал в Мариинский и проводил репетиции. Нынче из-за ковидных ограничений сделать это сложно.

- Но если представить, что встреча всё-таки состоится, о чём спросите живых классиков?

- Прежде всего - поблагодарю за то, что мы можем иметь в репертуаре такие шедевры. Возможно, поговорю о каких-нибудь простых вещах. Например, спрошу, что они любят на завтрак. Шучу. Ну и, конечно, мне интересно услышать, что они думают о сегодняшней не самой радостной картине в балете во всём мире. У меня есть ощущение, что балетное искусство сейчас немножко завязло. Причём в крупных театрах мира оно по-прежнему на высоком уровне и востребовано. Всё крутится, по-моему, вокруг себя.

- Что вы имеете в виду?

- Всё уже поставлено, всё станцовано. Опытного зрителя ничем не удивить. Наверное, чтобы сделать шаг вперёд, нужно отойти назад и пересмотреть какие-то ценности. Что-то оставить, а что-то отбросить навсегда.

Чего ждать в новом сезоне?

- Пермских балетоманов печалит и то, что количество реально идущих в театре балетов сжимается в последнее время как шагреневая кожа.

- Так было и два года назад, и раньше. Сейчас много премьер набирает оперная труппа, поскольку оперный репертуар в отличие от балетного оказался пуст. А при подготовке к премьере репетиции в течение двух недель идут на сцене, то есть балет не может показывать ничего. Кроме того, не забывайте, что музыканты одни: они должны и оперу сыграть, и балет, и симфонические программы. Факторов много, но мы пытаемся их урегулировать, чтобы балетных спектаклей стало больше. Мы знаем, что зритель переживает. И мы все тоже переживаем за это.

Что касается будущего, то хотелось бы видеть в нашем театре ещё одну работу Форсайта. В планах также продление прав на балеты Баланчина и новый балет Роббинса. Это надо и зрителям, и артистам, потому что такие постановки держат труппу в тонусе. Пермь это заслуживает.

- А из российских хореографов планируете кого-то приглашать?

- Мечтаю, чтобы что-то сделал у нас Алексей Ратманский. Сегодня его балеты идут по всему миру, но в России пока лишь в Большом театре и в Мариинском.

- После «Озорных песен», «Концерта № 5» и «Путеводителя по балету», уже поставленных вами в Пермском театре, вы обещали взяться за «Каменный цветок» на музыку Сергея Прокофьева. Обещание в силе?

- Да, в планах на следующий сезон. Плюс сейчас продумывается ещё одна премьера на сезон 2022-2023. Надеюсь, войдут в репертуар и какие-то миниатюры молодых хореографов из проекта «Мастерская Владимира Васильева», созданные к «Арабеску-2022». Нынче их объединит тема «Посвящение Дягилеву» - в связи со 150-летием знаменитого импресарио, открывшего миру множество великих имён.

- Наверняка к идее соединить в одной программе «Свадебку» и The Second Detail вы пришли, исходя из дягилевского принципа «Собрать в один вечер всё лучшее»?

- Можно и так сказать. Ведь этот принцип работает всегда.