«Этот человек перечеркнул нашу жизнь». Пьяный водитель самосвала, покалечивший девушку в Петрозаводске, хочет избежать наказания?

Эта история поражает своей циничностью, поэтому мы очень ждали, когда начнется суд. Но он всё не начинается и не начинается, потому что подсудимый на него просто не приходит, и неизвестно, придет ли когда-нибудь.

40-летнему водителю большегруза Сергею Тюшкину инкриминируют нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. Напомним, что 30 декабря прошлого года он, не справившись с управлением, вылетел на тротуар, по которому в тот момент шла Алина Булдакова. Позже экспертиза показала, что в момент наезда на девушку водитель самосвала Dongfeng был пьян.

Потерпевшая – хрупкая милая девушка. Она сидит в коридоре суда с палкой, которая теперь всегда при ней, и не понимает, ответит за это кто-нибудь или нет. В тот вечер Алина не просто гуляла по городу. Она шла в театральную студию «Росток», где была запланировано новогоднее мероприятие. Когда маме девушки позвонила руководитель студии и сказала, что Алина не пришла, женщина сразу поняла, что случилась беда, выбежала на улицу и увидела на обочине самосвал и машины спецслужб.

— Мне очень тяжело вспоминать то, что было, — говорит Алина. — Я практически перестала спать. Всё время идет всё перед глазами. Во время аварии я не поняла, что произошло. Я отлетела, упала в сугроб, меня откапывал мужчина. «Скорая» приехала через три минуты.

Из рассказа очевидца Николая Михайловича:

— Я там был. Увидел со стороны, как грузовик стоит на тротуаре почти в Стелле АЗС... Приблизился к задней части грузовика, увидел девушку в сугробе, она лежала лицом вниз. Подойдя, услышал хриплое дыхание. Зная, что нельзя прикасаться к пострадавшей, начал откапывать вокруг сугробы голыми руками, отодвигая ледяные глыбы ногами. Я был не один... Могу сказать, что водителя я ни разу не видел, чтобы он подошёл. Он стоял в стороне и курил.

Два месяца Алина провела в больнице. Врачи буквально собирали ее по частям.

— У меня был разломан таз, перелом костей носа. Я получила сильную травму головы. Потеряла очень много крови, — вспоминает девушка.

За всё это время, говорит Алина, водитель самосвала ни разу не попытался выйти с ней на связь. Не звонил, в больницу не приходил, компенсаций не предлагал. Даже банально не извинился.

— Все эти 10 месяцев этот человек жил своей обычной жизнью. Ни угрызений совести, ни ответственности. Он такими категориями, наверное, вообще не мыслит. Я вот думаю, если бы со мной такое случилось, как бы я жила, зная, что из-за меня человек так мучается? Я бы не смогла, а этот может, – размышляет мама Алины.

Женщина говорит, что водитель большегруза и там, на месте происшествия, не проявлял к ее дочери никакого интереса. Было ощущение, что мужчина вообще не слишком понимал, что происходит:

— Видимо, он был пьян. Он сидел в патрульной машине. Видимо, там его еще больше разморило. Сидел вяло. Мне он ничего не сказал. Реакции на случившееся у него были какие-то неадекватные.

— Мне тяжело сидеть. Пять минут посижу, пять минут похожу, — рассказывает Алина, с трудом поднимаясь к залу судебных заседаний.

Она не может теперь ни прыгать, ни бегать, хотя еще 10 месяцев назад активно занималась спортом, участвовала в соревнованиях, побеждала. Ее мама дрожащими руками показывает нам медали дочери. Водитель самосвала за одну секунду поставил крест на всех ее достижениях, и не только.

— Она работала, могла зарабатывать. Сейчас неизвестно, сможет ли. Скорее всего, нет, — говорит мама девушки. — Жизнь наша сейчас закрылась в четырех стенах. Мы остались преодолевать боль. Этот человек вторгся в нашу жизнь, перечеркнул ее.

***

Вчера было уже второе заседание суда, которое не состоялось. О том, куда подевался подсудимый, не знает даже его адвокат. Не удалось это выяснить и суду.

— В прошлом судебном заседании подсудимый у нас также не явился. Направлены запросы в медицинские учреждения и следственный изолятор. В следственных изоляторах он не содержится. К наркологу не обращался. И в Республиканскую больницу имени Баранова не обращался. Привод не исполнен. Дверь дома никто не открыл, — сообщил судья.

Удивительно, но прокурор в очередной раз ходатайствовала только о приводе подсудимого.

Представитель потерпевшей оказался более категоричен: как можно привести того, кого даже найти не могут?! Павел Гравченков обратился к суду с ходатайством о том, чтобы подсудимому изменили меру пресечения с подписки о невыезде на арест:

— На мой взгляд, Тюшкин прекрасно знает, что дело направлено в суд для рассмотрения по существу. В прошлый раз он не явился и никого из сотрудников аппарата суда не уведомил, о причинах своей неявки не сообщил. Мы собираемся уже второй раз. С учетом того, что привод не исполнен, я полагаю, что потерпевшая сторона обоснованно просила бы суд рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения на более строгую, а именно – на заключение под стражу. Моей доверительнице очень тяжело даются походы в судебные заседания с учетом ее состояния здоровья.

Если бы меру пресечения изменили, Тюшкин был бы объявлен в розыск, почти наверняка найден и доставлен в суд.

— Нет сведений, почему мой подзащитный не явился на судебное заседание. Может быть, причина его неявки уважительная. Фактических сведений об извещении его о сегодняшнем судебном заседании не имеется, — ожидаемо возражал против таких кардинальных мер адвокат подсудимого.

Судья тоже не стал принимать поспешных решений. Оказалось, что не пришли ответы на запросы, отправленные судом в БСМП и военкомат. То есть теоретически нельзя исключить, что Тюшкин находится на больничной койке или в зоне специальной военной операции. И если в первом случае у Алины есть надежда на то, что суд состоится и человек, который испортил ей жизнь, за это ответит, то во втором шансы найти справедливость в суде практически равны нулю. В этом случае, отметил представитель девушки, производство по делу будет приостановлено.

— Мы очень удивлены, что обвиняемый не приходит на судебные заседания, — говорит Павел Гравченков. — Мы можем только предположить, что он переживает за то наказание, которое может быть ему назначено за совершенное преступление.

В случае осуждения водитель самосвала рискует оказаться в колонии на срок до семи лет. А вот владелец большегруза, которым управлял Тюшкин, похоже, ничем не рискует. Мама девушки признается, что и его хотелось бы видеть на скамье подсудимых, но увы… на этом процессе он всего лишь свидетель, который, кстати, тоже в суд не пришел.