Жизнь под откос с отцом-наркоманом: Как одна ошибка в роддоме привела к трагедии двух семей

История, начавшаяся в 1989 году в роддоме Лесозаводска Приморского края, до сих пор не имеет справедливого разрешения. Из-за врачебной ошибки два младенца — Андрей и Сергей — выросли в чужих семьях. Один из них, Андрей, оказался в неблагополучной семье и провёл 11 лет в колонии. Семьи требуют компенсации морального вреда, но суды отказывают.

В 1989 году в роддоме города Лесозаводска в Приморье по ошибке медперсонала перепутали бирки у двух новорождённых мальчиков. Молодых мам Наталью Степанову и Галину Москалькову, которые лежали в одной палате, успокоили, заверив, что детей вернули правильно. Каждая уехала домой со "своим" сыном, и на долгие годы история двух бирок оставалась семейной шуткой. Об этом пишет ИА Регнум

Однако спустя годы Наталья стала замечать, что её старший сын Сергей внешне сильно отличается от младших детей и родителей. Тревожная догадка окрепла, когда знакомая, увидев фото взрослого Сергея, прямо сказала: "Он точно не похож на вас". Наталья начала поиски через соцсети и нашла мужчину по имени Андрей Москальков, который оказался копией её мужа и среднего сына. Его матерью была та самая Галина из роддома.

Так открылась правда. Биологический сын Натальи, Андрей, вырос в тяжёлых условиях. Его мать бросила его в шесть лет, оставив с отцом-наркоманом. Детство и юность Андрея пошли под откос, он рано попал в криминальную среду и в итоге провёл в колониях 11 лет.

Сергей, выросший в любящей семье Степановых, узнав правду в 28 лет, получил тяжёлую психологическую травму, которая до сих пор мешает ему выстроить отношения с биологическими родителями.

В 2023 году тесты ДНК официально подтвердили подмену. Семьи обратились в суд, требуя компенсации морального вреда на 30 миллионов рублей для десяти пострадавших родственников. Однако суды всех инстанций отказывают в иске. Юридическая позиция основана на том, что в 1989 году, в момент подмены, действовало советское законодательство, не предусматривавшее компенсацию морального вреда в нынешнем понимании. Применять современные нормы задним числом, а также найти и доказать вину конкретных медработников сейчас невозможно.

Таким образом, семьи оказались в правовой "дыре" между СССР и современной Россией. Адвокат настаивает, что вред был осознан лишь в 2023-2024 годах, когда действуют современные законы, но этот аргумент судами не принимается. Семьи готовы идти в Верховный и Конституционный суды, добиваясь не только компенсации, но и изменения судебной практики по делам о старых врачебных ошибках, последствия которых ломают жизни сегодня.

Наталья Степанова резюмирует трагедию простыми словами: "Вырастила чужого и потеряла своего". Для её биологического сына Андрея детство и шанс на нормальную жизнь были перечёркнуты одной ошибкой в советской палате для новорождённых.