Моногород Печоры несет преимущества региону — Андрей Михеев

Руководитель проекта ПАИ-live Александр Машкарин в комитете по экономическому развитию и инвестиционной политике Псковской области пообщался с Андреем Сергеевичем Михеевым о моногороде Печоры, о предпочтительных направлениях развития и о том, как чувствует себя малый бизнес в условиях пандемии на начало октября 2020 года.

Моногород – почему и зачем?

– На прошлой неделе был круглый стол, посвященный развитию моногорода Печоры. Андрей Сергеевич, первый вопрос: понятно, что статус моногорода Печоры получили еще год назад, но вот это странное название «моногород» – это что такое, давайте поясним?

– Этот термин на самом деле не история новой российской экономики.

– В Советском Союзе был.

– В Советском Союзе использовался. Этот термин есть и в экономиках западных стран. Смысл достаточно простой. Критерии могут варьироваться в различных экономиках, но смысл в том, что в моногороде, или, как полностью его называют, в монопрофильном муниципальном образовании, определенная численность занятого населения, процент этих занятых, работает на одном предприятии. Это может быть промышленное предприятие или нечто иное, но, безусловно, чаще всего это что-то связанное с промышленностью. Это может быть не обрабатывающая промышленность, а промышленное производство ГЭС, ГРЭС, то есть производство электроэнергии, газа, воды и так далее.

В новой российской истории экономики это понятие плотно вошло в употребление в конце нулевых годов, когда на волне определенных кризисных явлений в экономике того периода ряд городов, муниципальных образований, в которых ситуация, когда 30-40, даже 50 процентов населения работает на одном предприятии. С учетом неустойчивости экономики в этот период возникли негативные явления, угроза увольнений, состоявшиеся увольнения и так далее. Соответственно, руководством страны в тот период было принято решение о разработке отдельной нормативно-правовой базы поддержки, отдельной программы поддержки таких моногородов.

По большому счету на сегодняшний день базовая цель всех этих инструментов – помочь экономике муниципального образования диверсифицироваться, то есть создать условия для создания иных направлений экономики, новых бизнесов, альтернативных в определенном смысле этому градообразующему предприятию.

– Проще говоря, чтоб экономика данного города не зависела только от одного предприятия.

– Чтоб не зависела на сто процентов от этого предприятия, безусловно.

– В Печорах, насколько понимаю, речь идет о керамическом производстве?

– Предприятие «Евро-Керамика Печоры».

– Что статус моногорода дает Печорам и в целом региону помимо общих намерений диверсификации бизнеса в Печорах?

– Это дает ряд преимуществ муниципалитету. Для моногородов есть отдельные инструменты программы поддержки, которые приходят по линии различных федеральных ведомств и министерств. Есть отдельный специальный федеральный институт развития, который занимается именно развитием моногородов и поддержкой бизнеса в этих моногородах, он так и называется – Фонд моногородов. Федеральная структура входит в группу ВЭБ.РФ, это одно из структурных подразделений.

При этом у них различные инструменты поддержки, часть из них направлена непосредственно на предпринимателей, на бизнес: в первую очередь речь идет о льготных, даже нулевых займах, то есть, по сути, это бесплатные деньги, которые нужно будет вернуть, но не нужно будет платить процент за их использование. Кроме того, Фонд моногородов поддерживает в том числе и инфраструктурные проекты развития территорий монопрофильных муниципальных образований, то есть, по большому счету, муниципалитет, регион может заявиться также на получение софинансирования для реализации инфраструктурных проектов.

Некая схожесть есть, хоть и не во всем, с программой, которую, например, реализует Ростуризм в рамках туристско-рекреационных кластеров: государство дает деньги на инфраструктуру, частный инвестор реализует проект. Подход примерно похожий, там есть разница в условиях, но математика такая. И кроме того, моногорода имеют право на создание на своей территории преференциального режима, так называемой территории опережающего социально-экономического развития (ТОСЭР). В этом году мы работали над заявкой и будем рассчитывать, что она будет поддержана правительством.

– То есть статус моногорода – это возможность дополнительного источника финансирования из федерального бюджета и внебюджетных источников?

– Да.

Конкурс покажет

– Предприниматели, которые работают в Печорах, какие дополнительные бонусы от статуса моногорода приобретают уже сейчас?

– В первую очередь это федеральные инструменты по линии Фонда моногородов. Предприниматели имеют право получить займы, причем, в отличие от микрозаймов, сумма может варьироваться до миллиарда рублей: это могут быть как маленькие проекты, так и достаточно крупные инвестиционные проекты. Кроме того, с учетом полученного статуса моногорода в этом году в рамках национального проекта поддержки малого предпринимательства была выделена субсидия на целевую поддержку бизнеса в муниципальном образовании Печоры. Субсидия, конечно, не огромная, но мы получили такую субсидию в первый раз. Она три с небольшим миллиона рублей, но с учетом того, что особо крупного бизнеса, кроме «Евро-Керамики», в Печорах нет, сумма неплохая, чтоб поддержать два, три, четыре каких-то проекта. В муниципалитете сейчас проходит, насколько мне известно, конкурсный отбор заявок на получение такой поддержки, соответственно, в этом году предприниматели уже получат конкретное финансирование за счет этой федеральной субсидии и софинансирование из областного бюджета.

– Сколько таких предпринимателей?

– Конкурс покажет.

– То есть это на конкурсной основе?

– Да, конкурсная основа, безусловно. Муниципалитет проводит конкурс, мы им перечислили субсидию, они теперь ее разыгрывают. Надеюсь, что до конца октября конкурсные процедуры пройдут и счастливчики получат заслуженную награду.

– Инвесторы проявляют интерес к Печорам после того, как они обрели статус моногорода?

– Если смотреть на две группы инвесторов – внутреннюю, псковскую и внешнюю, псковские инвесторы, компании из турсектора, из других секторов, в принципе, проявляют интерес. Мероприятие, которое мы провели, показало, что пока необширное знание или какое-то незнание инструментов поддержки, конечно, сковывало размышления бизнеса о том, надо им что-то делать в Печорах или не надо. Но действительно, рассказав (спасибо коллегам из федеральных институтов развития) про эти инструменты, мы увидели в том числе у туристического сектора определенный интерес.

Мы обсуждали не только турмаршруты, желательно еще раз посмотреть на туристскую инфраструктуру, подумать о проектах, связанных с развитием инфраструктуры гостеприимства и так далее. Если говорить о внешних инвесторах, они, конечно, чаще связывают статус моногорода именно со статусом ТОСЭР, то есть с преференциальным режимом. Понятно почему: потому что он дает льготное налогообложение, предоставляет в том числе льготы по социальным взносам, что тоже немаловажно для определенных видов бизнеса, где занято большое количество населения. 

Поэтому здесь интерес больше завязан на возможное получение статуса ТОСЭР. Но вместе с тем сейчас мы пытаемся плотно работать с возможными инвесторами сфер сельского хозяйства, лесопереработки, используя те возможности, ресурсы, которые есть в самих Печорах и в Печорском районе.

– Резюмируя: интерес у инвесторов есть.

– Есть.

– Но инвестиционных проектов пока нет.

– Ну почему же? Есть и те инвестиционные проекты, которыми мы начинали заниматься без наличия статуса моногорода и продолжаем заниматься. К Печорам как к таковым, в принципе, есть интерес, поскольку это центр притяжения людей, туристов. Сейчас надо грамотно выстроить работу с теми инвесторами, которые уже есть и занимаются проектами, и с теми, кто планирует.

Сейчас, кстати, работаем именно над этим, над более грамотным позиционированием, над формированием инвестиционных ниш в рамках обучения, которое программа Фонда моногородов предлагает всем вновь присоединившимся моногородам, регионам, в которых эти моногорода расположены. Можно пройти обучение, чтобы получить дополнительные компетенции, навыки, умения, поскольку для нас этот статус тоже новый: есть регионы, в которых по пять-семь моногородов. Здесь все-таки пока один такой город, поэтому тоже учимся.

Не туризмом единым…

– После громкого пиара статуса моногорода все ожидали какого-то взрывного интереса и новых инвестпроектов. Грандиозных строек люди не видят, поэтому, соответственно, возникают вопросы: «А зачем нам моногород?»

– В Печорах все-таки, несмотря на наличие градообразующего промышленного предприятия, есть еще одна градообразующая организация, которая с точки зрения позиционирования и развития…

– Туризм, паломничество – мы говорим о Псково-Печерском монастыре.

– Конечно, это такая доминанта, которую мы не можем не взять в расчет.

– В том, что это доминанта, можно убедиться, зайдя на сайт invest.pskov.ru: в разделе «Моногород» главная картинка – это именно Печерский монастырь.

– Совершенно верно.

– Понятно, что инвесторам интересны какие-то конкретные площадки. Таких площадок сейчас десять – четыре муниципальные и шесть частных.

– Да, действительно, на сегодняшний день это действительно порядка десяти площадок.

– При этом большинство из этих площадок заточены на привлечение бизнеса в сфере отдыха, туризма. Так сложилось или это стратегия развития Печор как туристического центра?

– Безусловно, туризм в любом случае рассматривается как одно из приоритетных направлений дальнейшего развития бизнеса, экономики Печор, Печорского района. Не забывайте, что даже формально получается, что в городское поселение Печоры, которое было преобразовано в 2015 году, входит тот же Изборск например.

– Все это единое муниципальное образование?

– Да, это единое муниципальное образование. Поэтому, конечно, туризм – это приоритет. Но сейчас в рамках формирования проектов, в том числе в формате обучения, мы смотрим и на смежные бизнесы. Здесь на сегодняшний день уже достаточно развитое направление агротуризма, мы знаем много фермеров, которые не только занимаются выращиванием, переработкой своей продукции, но и совмещают это с какими-то туристическими аспектами. Посещение этих объектов уже включено на сегодняшний день в туристические маршруты, которые наши, местные туроператоры предлагают.

Поэтому это агропромышленный комплекс, это возможное использование ресурсов, которые есть на территории Печорского района: и лес, и деревопереработка. В начале этого года обращался инвестор, сейчас с учетом пандемии они взяли паузу, но готовы были рассматривать реализацию проекта создания деревопереработки с высокой степенью обработки древесины. Интересы есть, работаем по этим направлениям. Я думаю, все получится.

– Осторожный оптимизм, как обычно.

Бонус-резерв

– Переходя к более широким темам, не могу не спросить о пандемии (не можем без этого никак обойтись). По итогам трех кварталов 2020 года насколько просела налогооблагаемая база Псковской области?

– По оценкам, которые есть на текущий момент по итогам трех кварталов, по оценкам налоговой службы, наших финансистов, общий объем выпадающих, недополученных доходов, если брать консолидированный бюджет, – это порядка трех миллиардов рублей. Но цифра еще, конечно, может поменяться с учетом того, как мы проживем конец этого года.

– Эта цифра звучит несколько оптимистично по сравнению с той, что называлась еще в июне-июле.

– Нет, в июне-июле – просто объясню разницу цифр – считали в том числе недополученные доходы бюджета, экономики потери, я же говорю именно про консолидированный бюджет Псковской области.

– Одним из инструментов поддержки малого и среднего бизнеса по-прежнему остается Фонд гарантий и поддержки предпринимательства Псковской области. Он был существенно докапитализирован в этом году.

– Да.

– За счет докапитализации сколько предприятий малого и среднего бизнеса получили поддержку фонда?

– Напомню, было два направления докапитализации: одно – это, скажем так, ковидное направление, антикризисное, займы на пополнение оборотных средств; второе направление – это докапитализация в рамках нацпроекта, скажем так, на реализацию проектов развития – это могут быть как оборотные, так и внеоборотные средства, потому что у предприятий развитие может состоять в разном в зависимости от отрасли, от специфики и направления.

– Нацпроекты помогают и здесь?

– Безусловно. Есть примеры, когда за этот период займы брали предприятия, например по ковидному направлению, чтобы справиться, выжить в июне-июле, и чуть позже уже приходили за займом на развитие: оборудование, технику дополнительную купить, оборотные средства пополнить и так далее. На сегодняшний день за счет этой докапитализации (напомню, дополнительная была порядка 250 миллионов рублей) мы выдали более 140 займов на общую сумму где-то 220-230 миллионов рублей.

– То есть практически сумма 250 миллионов…

– У нас нет как таковой цели в этом году все раздать. Да, резерв еще есть, 250 миллионов – это то, что было сверху, у нас были запланированы еще средства. Микрофинансирований, конечно, больше, мы работаем по заявкам. Ну и здесь нужно иметь в виду то, что в рамках нацпроектов в следующие три года регионы не получат средства на докапитализацию, то есть средства перераспределялись за счет будущего трехлетнего периода, и в этом году 12 миллиардов на микрофинансовые организации были распределены среди субъектов Российской Федерации.

Но есть бонус, который мы планировали, конечно, не зная тогда наверняка, что сложится такая ситуация. Все-таки в следующем году в рамках индивидуальной программы социально-экономического развития тоже запланированы мероприятия по докапитализации, поэтому дополнительные средства в следующем году на микрофинансовую поддержку мы рассчитываем получить.

– МСП без денег не останется?

– Не останется.

– Была заявлена на федеральном уровне поддержка в виде банковских кредитов под государственные гарантии на выплату зарплат под условия сохранения определенного количества рабочих. Насколько активно бизнес в Псковской области пользовался и пользуется до сих пор этими кредитами?

– Поначалу у бизнеса-то и разбега вариантов не было, то есть бизнес сразу массово пошел в банки. Вместе с тем про несовершенство этих продуктов уже было много сказано, повторяться не буду. Скажем так, банки не могли по объективным (я все-таки хочу так думать) причинам удовлетворить весь спрос этих заявок, потому что в любом случае это кредит, это банковский продукт.

– Была масса условий для отсечения заявок.

– Безусловно. Поэтому не все, кто хотел, смогли получить. Но, конечно, все-таки банки сработали. Мы совместно с Центробанком наладили в еженедельном режиме мониторинг: и сами банки опрашивали, и Центробанк тоже давал свою информацию как регулятор, который надзирает за этой сферой. Поэтому, конечно, предприятия воспользовались кредитами.

По нулевым кредитам по состоянию на 1 октября 234 заявки были одобрены. Но после того, как появилась программа, так называемые двухпроцентные кредиты уже не на заработную плату, а именно на восстановление бизнеса, конечно, этот продукт стал более интересен и самим банкам, потому что там все-таки маячил и процент, и возможный возврат, и бизнесу. Почему? Потому что государством было гарантировано: если ты выполнишь условия, сохранив численность и занятость, то тебе не придется возвращать этот кредит. Здесь число одобренных заявок в разы больше, по статистике оно уже за тысячу перевалило. Поэтому банки работают.

Кстати, в ближайшее время у нас запланирован селектор с Корпорацией МСП, с банками и с Центробанком, чтобы посмотреть, какова динамика, какие есть причины отказов, потому что программа продолжает работу, ее никто не отменял – может быть, что-то можно еще улучшить в работе отделений, филиалов банков, которые представлены на территории Псковской области.