Протухшие новости с Чудского озера

Тысячи сетей ежегодно оставляют рыболовы в водоёмах Псковской области. Незаконный лов сетями – очень плохо, а брошенные сети – это серьёзное преступление.

Воды много, а щуки нет

Третий раз в этом году я побывал со спиннингом и вёслами в руках в Раскопельском заливе. И к моему удивлению и удивлению моих товарищей там, где из года в год мы прекрасно ловили щуку – её нет. И прошлый год начало июня было отличным. И особенно хорош был вёсельный сезон в позапрошлом году. Тогда, в конце мая - начале июня 2019 года, хищница просто удивила своим плотным засильем залива, клевала и на дорожку, и в заброс, попадались места, в которых клевало почти на каждом забросе. Чаще клевала мелкая щучка, которую мы тут же отпускали, но среди мелочи попадались и очень даже достойные экземпляры.

Но, не в этом году. За три рыбалки у меня не клюнуло ни одной щуки более килограмма весом, а общий улов и вовсе можно пересчитать по пальцам одной руки. И не только у меня, у товарищей такая же грусть. И погода все три раза была самая разная – и тепло, и холодно, и ветер, и штиль, и пасмурно, и солнечно, но клевать щука отказывалась.

А может её и нет в заливе? Хотя эхолот по всей акватории показывает огромное количество рыбы, скорее всего белой. А это верный признак присутствия и хищника. И пришли мы к выводу, что год на год не приходится, а причиной отсутствия клёва щуки вполне может быть и большая вода. Воды сейчас в реках и озёрах много, пожалуй, больше, чем даже в весенние паводки. В заливе её, как минимум, на полметра выше среднего уровня. А река Желча, в её верхнем течении у посёлка Ямм, ещё месяц назад вышла из берегов и возвращаться в своё русло пока не собирается.

Третья попытка. И как всегда, токсичная

Всё меняется и только одно остаётся в прежнем состоянии – это сети, брошенные сети.

8 июня, в очередной раз треть времени рыбалки, мы с товарищем только и делали, что вынимали кем-то незаконно установленные, да так и не вынутые сети. Но обо всём по порядку…

Были втроём – я, Дмитрий и Сергей. И третья попытка этого года поймать что-нибудь солидное в заливе, так и не привела к успеху. У меня в улове оказалась одна щучка граммов на семьсот, а всего было две или три поклёвки за шесть часов рыбалки. У Дмитрия – четыре щучки, одна из которых чуть более килограмма весом, остальные едва зачётного размера, как и три зубастых разбойницы у Сергея.

Ранним утром на берегу нас чуть комары не съели. Отвыкли мы от них, два года их по какой-то причине не было, но сегодня – ужас и кошмар. С собой ни у кого ничего антикомариного не оказалось, а потому пришлось быстренько качать лодки, ещё быстрее побросать снаряжение и снасти в лодку и на «глиссире» молниеносно выходить на открытую воду. В ста метрах от берега стало полегче, но какое-то время и там донимали кровопийцы.

На воде были в 3:50, а первую поклёвку я увидел в 7:45. Четыре часа беспрерывной гребли. Одно радовало, что такой физкультурно-оздоровительный процесс очень полезен для городских организмов.

И у товарищей за это время - ничего. После моей первой поклёвки, которая случилась возле островка Пыпно, смотрю и Дмитрий остановился и возится, наклонившись из лодки. Может, наконец-то, выход щуки начался? Подгрёб поближе к товарищу, кричу: «Дима, кого поймал?» А в ответ, огорченно: «Кого, кого. Её. Сетку». Подошёл поближе, на помощь.

В маленьких гребных лодках ПВХ большая проблема с выловом и удалением из водоёма брошенных сетей – нет в них места для таких объёмов. Но, не бросать же? Ведь на следующей рыбалке опять угодишь в этот капкан, а если не ты, так кто-то из твоих же товарищей. И не столько проблема в том, что твой воблер запутывается и обрывается, и который зачастую стоит дороже этой сетки, а в том, что каждый день, даже каждый час пребывания в воде таких сетей наносит огромный урон обитателям водоёма.

К тому моменту, как я на своей лодке подошёл к Дмитрию, он уже собрал на борт большой пучок «ароматной» сетки, забитой водорослями и останками разложившейся рыбы. «Ну, собрал я её, а как плыть, одной рукой ведь не погребёшь? Да и не всю собрал, её конца ещё и не видно» - пребывал товарищ в недоумении. Я предложил перерезать сеть, а оставшуюся часть доверить мне. Так и поступили, Дима приторочил «улов» снаружи и с трудом двинул свою сильно скособоченную лодку к острову. Остаток сетки, и немалый, я выбрал и тоже попытался как-то закрепить с боку лодки, но у меня плохо получалось, я перемазал и весь левый борт лодки и сам испачкался. На острове мы избавились от этой высокотоксичной бомбы и попытались хоть как-то отмыться от тошнотворного запаха. Получилось это не очень.

Оружие массового поражения

Продолжили дорожить. И примерно через час безрезультатной гребли у меня наконец-то, клюнуло, притом сразу на оба спиннинга. Но радовался я не более трёх-пяти секунд. Это опять клюнула она. Сетка! Чёрт побери! Да сколько же здесь брошенных сетей?!

А ведь в Раскопельском заливе промысел не ведётся, сети ставить никому не разрешено. Но их здесь множество. Судя по сетке, в которую я попал, её поставили дней десять назад. И сеть добротная, с крупной ячеёй. Очень плохо незаконно ставить сети. Но не вынимать сети – это, на мой взгляд, преступление. Огромный ущерб водным биоресурсам наносят такие сети.

Я освободил свои воблеры, убрал спиннинги и начал вынимать очередную «брошенку». Такого объёма загубленной рыбы я, пожалуй, ещё не встречал. И рыба была великолепная – не менее пары десятков двух-, а несколько экземпляров, пожалуй, и трехкилограммовых лещей, примерно столько же и крупных судаков. И всё это, попав в сеть, пропало, протухло и непервый день отравляло всё живое на многие десятки метров вокруг.

Сначала я выбирал сеть и собирал её в руку. Вскоре кисть уже не могла удерживать объём и я начал наматывать на весло. При этом ни на секунду не переставал вспоминать «добрыми словами» тех, кто установил здесь это оружие массового поражения. Как такое возможно? А может, ну, вдруг, хозяев сетки уже задержали, рыбинспекция выписала им многотысячный штраф и они теперь десятой дорогой обходят не только Раскопельский залив, но и любой ручеёк Псковской области? Может быть и так, обязательно спрошу об этом в рыбоохране.

Я продолжал выбирать сеть и чертыхаться. Масштабы удручали, как справиться с такой длинной и тяжёлой заразой? В какой-то момент под своей тяжестью сеть соскользнула с весла и её большая часть медленно пошла на дно. Что делать? Вновь поднимать и мараться по уши? Сил и желания для этого почти не осталось. Но всё же решил не сдаваться. Привязал к корме лодки один конец сети, нашёл и отрезал от груза второй и начал грести по направлению к острову. Метров сто было до него, но буксировал я свою ядовитую находку не менее получаса. Порой даже казалось, что я гребу, а лодка стоит на месте. Хотелось даже бросить эту затею, но пришло понятие, что остров всё же приближается. Добрался до камышей, стал на якорь и вытащил злополучную сеть.

80 километров отравы

Вонь стояла несусветная. Пытался отмыть лодку и у острова, и на берегу, но тошнотворные запахи меня до сих пор преследуют, хотя уже всё и выстирано, и высушено. И это я вам рассказал про один день рыбалки и всего про две брошенные сети.

До зимы этого года я представлял, примерно, какое количество сетей бросают рыбаки в наших больших озёрах (Псковское, Тёплое и Чудское). Но то, что во время одной из зимних рыбалок мне поведал рыбак-промысловик, меня повергло в шок. Он, не особо расстраиваясь, заявил, что в эту зиму только в Тёплом и Чудском озере под лёд ушло не менее… ТЫСЯЧИ сетей. И это только по скромным подсчётам. Не ожидали они, что зима в этом году будет настоящая и до Нового Года мороз скуёт наши большие озёра.

Вы представляете, одна тысяча сетей, брошенных подо льдом (средняя длина одной сети - 80 метров – прим. авт.), это 80 километров смертельных ядов и токсинов. И мы хотим, что бы у нас при таком отношении к природе сохранялись и приумножались рыбные богатства?

А у руководства и чиновников Росрыболовства при этом хватает совести обвинять рыболовов-троллингистов в исчезновении крупных особей ценных рыб. Опомнитесь, господа-чиновники! И заявление моего промысловика не было голословным. Он привёл несколько конкретных примеров из прошедшей зимы. Об одном из них, с тридцатью брошенными сетями, мы уже вам рассказывали («Как убивают Чудское озеро»). О другом примере я подробнее узнал недавно: в деревне Раскопель занимается промыслом предприниматель по кличке «Жулик». Он сам неоднократно и громогласно заявлял, что в декабре 2020 года осталось его сетей в озере на 500 тысяч рублей. А это не менее 100 штук, каждая сеть стоит примерно 5 тысяч рублей. Но предприниматель особенно и не печалится, надеясь в наступившем новом сезоне восстановить свой ущерб. А вот есть ли у кого ответ, кто восстановит ущерб, нанесённый природе этой зимой восьмьюдесятью километрами брошенных сетей?

С этим срочно что-то надо делать!

Ну, и что с этим делать? Неравнодушные рыболовы-любители и простые граждане уже не один десяток лет твердят, что, в первую очередь, необходимо отрегулировать оборот рыболовных сетей – исключить их свободную продажу, кратно увеличить их стоимость (что бы бросать было очень невыгодно), ввести поимённую ответственность за каждую сеть (например, чипируя каждый экземпляр) и многое другое. Но не слышат чиновники многотысячный рыбацкий стон.

Ежегодно на межправительственных сессиях по рыболовству Эстония-Россия, где обсуждаются вопросы рыболовства в Чудском, Тёплом и Псковском озёрах, в докладах сторон приводятся умопомрачительные цифры. Так сотрудники эстонской инспекции окружающей среды и добровольцы в июне 2020 года на 221 участке собрали из Чудского озера и утилизировали в общей сложности 882 сети весом 6,2 тонны. Российской рыбоохраной в рамках мероприятий по очистке водоёмов от брошенных орудий лова только из Псковского озера и устья реки Великой в 2020 году было изъято 72 куб. метра затопленных сетей.

Из года в год эти цифры остаются примерно одинаковыми, на практике ничего не меняется. Чьи это сети? Браконьерские? Да, среди них есть и неучтённые, но можно смело говорить о принадлежности 75% этих сетей рыболовам-промысловикам.

То есть, тот, кто с разрешения государства занимается добычей водных биоресурсов, тот, в основном, и гадит в наших водоёмах. Более того, ежегодно из бюджета Псковской области на очистку водоёмов от брошенных сетей выделяются немалые деньги (почти 1 млн рублей). Проводится конкурс на предоставление права заниматься этой деятельностью. И выигрывают это право (и деньги) те же организации, которые и оставляют сети в водоёмах.

Очень удобная позиция – я бросил сети, а потом мне государство ещё и заплатило за их уборку. Очищать водоёмы надо регулярно, с этим никто не спорит. Но вот спрашивать за брошенные сети необходимо жёстче. Ведь брошенная сеть это не только понесённый материальный ущерб (иногда стихия вмешивается), но, в первую очередь , это удар по природе, по обитателям наших рек и озёр. И за брошенную сеть, как мне кажется, сейчас никто не спрашивает и спрашивать не собирается.

Сетка на сетке, а рыбинспекции здесь никогда и не было

В середине мая псковская рыбоохрана провела мероприятие по очистке от брошенных орудий лова в устье реки Великой и в южной части Псковского озера. Добровольцы, промысловики и инспекторы рыбоохраны изъяли из водоёмов большое количество сетей. Хорошее дело сделано, огромное спасибо всем, кто не остался равнодушным и принял участие в этом мероприятии.

Узнав об этой запланированной акции, ко мне обращались много знакомых и незнакомых рыболовов-любителей, изъявивших желание принять участие в ней, с вопросами, а где, когда, что надо с собой иметь. К сожалению, погода и извещение о мероприятии, менее, чем за сутки до его проведения, не позволили многим из них принять участие.

Очень интересные вопросы они мне присылали и просили переправить их в адрес псковской рыбоохраны. Так, например, Сергей из Печорского района, проживающий на северо-западном берегу Псковского озера спрашивает: «А если я своими силами протралю свои края, меня тот же рыбнадзор не арестует? А полиция поддержит? А то местные - люди суровые. Могут и сжечь, были случаи и стреляли, и лодки протыкали, даже с пограничниками у них драки были. Брошенных сетей в районе деревень Лисьё, Красная горка, Киршино, Дрисливик – тьма. Ловить спиннингом, естественно, в разрешённый период, на дорожку просто невозможно».

А житель Псковского района, Олег, недоумевает: «Почему подобные акции проводятся из года в год только в определённых местах? Можно ли проявлять личную активность в местах, актуальных для меня и что для этого необходимо? У меня дача на реке Черёхе. Спиннинг не забросить – сетка на сетке стоит. Инспекторов там никогда не было и, наверное, никогда и не будет. Это возле деревень Сорокино и Спирово. Грустно всё это».

И действительно, при хорошей организации, при регулярности проведения акций по очистке водоёмов от сетей, всегда и везде найдётся немало добровольцев. Вот только хочется предупредить таких, как Сергей и Олег, что самостоятельно проводить подобные мероприятия небезопасно (хозяин сетки с ружьём неподалёку, например, или ваш автомобиль попадёт в его поле зрения), да и незаконно (мотор сейчас под запретом). Но если инициативных добровольцев соберётся 3-4-5, то вполне возможно, что и рыбоохрана с полицией подтянутся. Ведь эти акции не только с рыбинспекцией надо согласовывать, но и с властями.