«Шалость удалась!» – псковские випы рассказали, как озорничали в детстве

Гости медиацентра Псковского агентства информации рассказали о том, как им удалось переполошить всю школу с помощью игры на трубе, почему их с друзьями не приняли в пионеры из-за штанов, как у них получалось бегать по потолку, убегать в окно и срывать диктант с помощью уксуса.

Председатель комитета по культуре Псковской области Ольга Тимофеева:

– В начальных классах я очень хотела ходить в продлёнку, а родители мне запрещали и говорили, что в продлёнку ходят только те, которые не успевают по предметам. Но меня очень сильно тянуло, и в какой-то момент, классе во втором или в третьем, я всё-таки пришла, когда ребята из моего класса были в продлёнке. И не знаю, как так получилось, но они решили из продлёнки сбежать. А я никуда не бежала, но когда принимали решение, что нужно наказать виновных, всем поставили «два», и мне тоже. И я поняла, что в продлёнку больше не хочу, и никогда больше не заикалась об этом. Мне, конечно, от родителей попало, но я до сих пор не понимаю, за что мне «два» поставили.

Депутат Псковской городской Думы Иван Мешков:

– Приключение было следующее. Жили мы тогда в Карелии, папа был военный. Учился я в деревенской школе, она была двухэтажная, деревянная. Классе в четвёртом мы там с ребятами играли, что-то заигрались, и наша классная руководительница решила нас успокоить, а я начал от неё убегать. Не помню деталей, но помню, что я от неё убегал, а на втором этаже было открыто окно, зима была. И я, недолго думая, как бежал, так в окно и выбежал. Приземлился в снегу. У учительницы шок, чуть ли не инфаркт, родителей в школу. Ну ничего, я же в снег приземлился, так дальше и побежал! Родители ничего, поругали чуть-чуть – и всё.

Депутат Псковской городской Думы Юрий Бурлин:

– Это был третий или четвёртый класс, точно не помню. После школы была у нас продлёнка, когда мы бегали, тусовались, играли в какие-то игры. В продлёнке мы обычно переодевались из школьной формы в обычную футболку и штаны. И как-то, в какой-то такой игре, мы схватили чьи-то штаны и начали устраивать перетягивание каната. У нас столько были энергии, столько силы, что мы эти штаны порвали. Учительница нас поймала, а нас было человека три-четыре пацанов. Это всё произошло в конце года. Кто помнит, в те годы 22 апреля принимали в пионеры. Так вот, меня и нескольких других мальчишек не приняли в пионеры из-за штанов! За то, что мы нашкодили. И получилось, что нас приняли уже потом, не 22 апреля, а 19 мая, в День пионерской организации. И этот месяц мы себя очень дискомфортно чувствовали.

А потом я учился в Пскове в школе № 1, мы катались на портфелях с горки и закидывали снежками всех, кто выходил из школы. Это была классная мишень. Хорошо только, если не учитель выходил, тогда приходилось убегать.

Руководитель и дирижёр детского духового оркестра «Геликон», заслуженный работник культуры России Александр Роор:

– Мне очень попало от моего родителя Петра Андреевича, который одновременно был и моим руководителем в духовом оркестре. Я начал учиться в музыкальной школе на баяне и очень просился на трубу, а отец мне не разрешал. Он говорил, положено только с 12 лет. Когда мне наконец исполнилось 12 лет, отец говорит: «Ну всё, приходи в оркестр». И я приходил, но мне надо было, чтобы весь мир знал, что я играю на трубе. И я притащил трубу в школу. Я специально опоздал и перед звонком решил всей школе показать, как звучит труба. Вытащил я эту трубу и сыграл сигнал какой-то. Никто не знал, как реагировать. Попало мне сильно: и от директора, и от классного руководителя. Ну а батюшка у меня был вообще человек строгих правил и воспитательную работу провёл качественно. Больше я трубу в школу не носил.

Директор спортивной школы олимпийского резерва «Надежда» Сергей Кравченко:

– В школьные годы я учился в спортивном интернате в Таллине и играл в ансамбле на ударных инструментах. Мы были должны давать концерт в Таллине, приезжали четыре группы. Наша в переводе на русский называлась «Сын рябины». И эти участники концерта сказали мне: «Сходи принеси пива». Я купил пять бутылок хорошего пива, засунул две бутылки сюда, две – сюда, одну ещё куда-то. Но на проходной меня задержали, пиво отняли, получился большой скандал.

В итоге меня вызвали на комиссию по делам несовершеннолетних из-за этого поступка. А мои родители жили в другом городе, меня вызвали одного. А там на комиссии сидели представители городского комитета, и говорят, мол, как ты так? А я среди школьников был тогда знаменитый спортсмен в Таллине. Вот меня и спрашивали: «Как ты, такой спортсмен, приходишь с пивом в рукавах?» Так что да, был у меня такой казус.

Директор футбольной спортивной школы «Стрела» Андрей Аленичев:

– В школьные годы нас с братом на лето родители всё время отвозили в деревню, в Новосокольники, к бабушке. Ну и там магазин такой был – «Витязь», он сейчас, по-моему, не работает, но раньше был, в советское время. И мы там таскали постоянно, всё подряд: игрушки, наклейки… Заходили даже по несколько раз. Меня раза два ловили, брата тоже раза два ловили. Старшего брата двоюродного ни разу не поймали, а нас… Чем закончилось? С родителями просто поговорили – и всё.

Директор спортивной школы «Лидер» Вячеслав Ярулин:

– Я занимался боксом, но не все верили, что я боксёр и могу за себя постоять. А я тогда весил 54-57 килограммов… приходилось доказывать. Когда в моём районе это поняли, больше никто не приставал. Но были другие районы. Когда идёшь в кино или провожаешь девушку, там приходилось все навыки свои применять.

Конечно, так просто не дрались, но у каждого мужчины, наверное, были такие времена, когда мы, как говорится, хотели и себя защитить, и подраться с кем-то район на район.

Гендиректор Псковского музея-заповедника Светлана Мельникова:

– Ой, стыдно, конечно! Но, наверное, по прошествии стольких лет об этом уже можно говорить. Я училась в английской спецшколе, и у нас по тем временам была такая удивительная аудитория – лингвистический кабинет. Мы приходили туда маленькими группами, классы были небольшие по семь-восемь человек, и нам включали тексты, как правило, классической английской или шотландской литературы. И вот, слушая этот текст, надо было на листочке по-английски его писать. Такой своеобразный лингвистический диктант. И, конечно, к нему надо было подготовиться.

И был такой случай, когда, скажем так, мы не были уверены, что наша группа готова к этому диктанту. А тогда были воспроизводящие диктофоны с лентой. И эта лента очень реагировала на уксус. И вот случилось так, что немножечко уксуса вылилось на эту ленту, поэтому лингвистический диктант в этот день был сорван. Я должна признаться, что я имела к этому отношение. Вот такая была история. Ну, потом была, конечно, разборка очень серьёзная. На чистую воду нас всё-таки вывели, но зато у нас появилось время подготовиться к диктанту.

Руководитель Международного фестиваля против отмены российской истории и культуры «На том стоим» Виталий Миронов:

– У меня было счастливое детство во всех отношениях. Я считаю, что это действительно счастье, что я видел своими глазами, как говорит Харламов, как отбивает шайбы Третьяк, как играет Дараселия, как играет, уже, правда, не первой молодости, великий Стрельцов. Мы все мальчишки были заражены футболом и хоккеем. Играли где только можно было играть, чем только можно было играть.

Раньше в школах дежурили классами. И вот нас всех расставляли по каким-то местам школы. И мы с моим другом, таким же высоким, таким же шалопаем, как и я… мы не были хулиганами, но были озорниками. И мы с ним всегда просились в нашей школе дежурить на первый этаж, в такой длинный проходной коридор между двумя входами в школу. А рядом с коридором была школьная гардеробная. И раньше были такие пластиковые шарики, они надевались на штырьки, на которые надо было вешать одежду. И мы эти шарики снимали и играли в футбол. И вот мой друг в одном коридоре, я – в другом. И у меня постоянно слетали мои штиблеты. И при каждом ударе по этому шарику, который летел через весь коридор, штиблет слетал и летел к потолку. И однажды совершенно внезапно появляется директор. Мы все во фронт встали как вкопанные. Она смотрит по сторонам, поднимает голову наверх и видит на белом потолке отпечатки этих штиблет. И произносит сакраментальную фразу: «Ну, я всё ожидала от Миронова, но только не беготни по потолку!» Так что в детстве мы бегали по потолкам.

Французский певец Франсуа Модеме:

– Моё поколение не обошлось без шалостей, но они были мелкие. Это всё из девяностых, когда у нас не было интернета, не было ничего, и некоторые школьники, и я в их числе, пытались просто сделать жизнь красивее, украшать будни в школе! Это были игры со словами, мелкие шутки с преподавателями, театральные постановки, как себя ведёт преподаватель и как мы себя ведём перед ними. Всё это происходило в перерывах между уроками.

А когда появились компьютеры и такие мышки с шариками, который её двигал, мы иногда эти шарики вынимали, а непонимающие студенты и преподаватели пытались работать с мышью, но у них ничего не получалось.