Переехать в Россию и добиться бизнес-успеха: необычная история

Почему хлеб из Пскова заказывают в Благовещенске? Когда попробуем хлебные конфеты и хлебный суп? Как преодолеть трудности в прямом смысле с Божьей помощью? О своём уникальном опыте рассказал переехавший из Латвии в Псков основатель семейной пекарни «С неба хлеб» Язеп Юст в программе «Бизнес-ланч» на радиостанции «Серебряный дождь» (88.3 FM) в Пскове.

Потому что вкусный

– Язеп, расскажите о вашем семейном предприятии.

– В 2022 году всей семьёй переехали в Псков из Латвии и начали всё с чистого листа. У нас семейное предприятие, с супругой и детьми печём полезный хлеб на закваске с длительным процессом брожения и без химических добавок. Всего выпускаем 23 вида, а в день – 40 буханок. Это штучное производство.

– За что ваш хлеб полюбили на Псковщине?

– Люди любят мой хлеб, потому что он очень вкусный, испечён по латвийским рецептам, поэтому необычен и сильно отличается от местного. Белый хлебушек мы делаем без воды, на домашнем молоке и домашнем сливочном масле. Хозяева доят корову руками, масло сбивается вручную. В белый хлеб с луком и помидорами добавляю сахар, остальные пекутся на меду, с рябиной, калиной, сухофруктами. Чёрный пеку без разрыхлителей, кислот и усилителей вкуса – на муке из зерна, выращенного на земле, не обработанной пестицидами. Это указано в сертификате производителей зерна. Плюс мой чёрный хлебушек нигде не сталкивается с железом, всё делаю в дереве, в глине, в стекле на трёх-четырёхдневной закваске. Я глубоко верующий человек, а в Библии говорится, что пекарю надо поставить хлеб на ночь, чтобы мука прокисла.

– Какой хлеб самый популярный?

– Продаётся весь хлеб. Раньше большие буханки делал, но покупатели говорили, что приносят домой и сразу съедают, лучше пеките маленькие, чтобы не было искушения переедать. Поэтому не могу сказать, какой хлеб популярнее, всё хорошо покупают, хотя немного, потому что у него большая добавленная стоимость. Спрос достаточно большой. Помимо Псковской области, пекарня продаёт хлеб в Москву, Карелию, Санкт-Петербург, Саратов, Иркутск. «С неба хлеб» участвует во всех фестивалях и ярмарках в Псковской и Новгородской областях.

– У вас большая пекарня?

– Нет, небольшие печки, один хлебный стол. И всё я мешаю руками. У меня нет никаких тестомесов, и я их не хочу, только ручная работа. И ещё: вот есть у меня хлебушек с сухофруктами и орехами, на буханку идёт 50 граммов фундука. Я никогда не положу 48 граммов или 45, с душой работаю, по-честному, не мухлюю. Мы вчетвером трудимся. У нас нет ни грантов, ни кредитов – ничего, своими силами стараемся. Копим деньги на дробилку, скоро уже она у нас будет, станем делать хлебные конфеты, хлебный суп – то, что в Латвии очень популярно.

– Как распределяете обязанности?

– Я езжу раз в месяц в Ригу, там тоже есть заказы. И есть друзья, которые заказывают в Германии, во Франции, в Англии. А здесь уже и жена, и дети умеют делать хлебушек основной, чёрный и белый. Я, если уезжаю, чёрного много пеку, чтобы осталось им. А так я в основном пеку, перемешиваю, слежу за заквасками. Дети мне помогают, супруга продаёт в домике на улице Пушкина.

Нормальный русский хлеб

– Чёрный хлеб с помидорами и репкой – вообще разрыв шаблона.

– Я заметил, что многие русские люди очень поверили в то плохое, что про них говорят иностранные СМИ. И они как будто бегут за модой: французский хлеб, датский хлеб. А я мультфильм про репку смотрел и читал, что раньше репка была русской едой и насколько она полезна. И понял, что мне надо обязательно сделать хлеб с репкой. Он очень вкусный, долго хранится, и я хочу, чтобы вы так его называли: русский хлеб с репкой.

– Это ваше собственное изобретение?

– Да. До этого никто не делал такой хлеб. Пусть он будет русский нормальный хлеб. Почему русские должны хвастаться французским или датским хлебом? Это вообще неправильно. В Библии написано: перед Богом стояли все народы и давали свою славу, каждый на своём языке. И русским тоже есть чем гордиться, есть свои традиции.

– Вы печёте хлеб только на закваске, без дрожжей. Считаете, что дрожжи вредны?

– Для всех по-разному. Если организм что-то не принимает или ты не хочешь – не ешь. Но сказать, что дрожжи – зло, нельзя.

Плохо, когда в хлеб кладут и дрожжи, и разрыхлители, и усилители вкуса, и другие достижения химпрома. Я делаю хлеб преимущественно на закваске, а она вообще-то и выполняет роль дрожжей.

– Какой рецептурой пользуетесь?

– Мой кирпичик – это 100%-й рецепт советского кирпичика. Мама работала в пекарне в три смены, и мы, 12 братьев, приходили ей помогать. Надо было печь сайку или чайный батон, мама давала нам рецепт, и мы клали сахар, масло, соль – так учились с детства.

Россия как спасение

– Когда пришла мысль переехать в Псков?

– Это отдельная история, самая главная для меня. Я 12 лет был игроманом, это самое ужасное время моей жизни, ад на земле. И никто не мог мне помочь. Я ходил в реабилитационные центры, к священникам и пасторам, и все говорили: алкоголикам или наркоманам можем помочь, а игроманам – нет. И вот я работаю на такси, неделю не сдаю кассу, всё проиграл, и хозяин машины сказал, что не будет больше со мной работать. Иду в Риге мимо центральной тюрьмы и думаю: они сидят в тюрьме, а я на свободе, но тоже в тюрьме – не могу домой идти, телефон включить из-за долгов, работать. И думаю: Бог, вот если ты есть, помоги мне, дай силы убить себя, потому что так жить человек не может. Ответ сразу пришёл, но не какой я ожидал: «Твоя проблема не в том, что ты зависим, что ты плохой муж и отец, а в том, что ты не знаешь и не боишься Бога, у тебя совесть перевёрнутая, у тебя нет границ. Ты просто бежишь куда-то». Пошёл работать на стройку, целый год каждую ночь молился. Помню первые свои переживания, когда две вещи пришли. Первое – надо уехать в Россию. Второе – я не знаю свою жену, чудо, что она вообще живёт со мной, не бросила меня. Она мечтала стать архитектором, и я понял, что должен ей в этом помочь. В этом году она получила диплом архитектора.

Когда я молился по ночам, Бог показывал, что самое главное в жизни – семья, моя жена и мои дети. Я просил дать мне понимание, как сделать, чтобы люди не шарахались от меня, а хотели со мной встречаться. Мы же первый раз живём, мы же чемпионы ошибок. Теперь звонят из Латвии и говорят: «Когда приедешь? Ты такой бесстыжий, подсадил на свой хлеб и уехал в Россию». Бог вообще меня освободил. Раньше курил – уже не курю, не играю, я свободен. Название пекарни «С неба хлеб», потому что с небес ко мне пришла свобода. В Библии читаю: сеял Яков ячмень и пожинал в том году стократ. И я сделал хлеб с ячменём. И так рождался каждый мой хлеб.

Добрые люди

– История уникальная. Вот 2022 год, вы переехали в Псков со всей семьёй, и здесь не было ничего: ни предприятия, не знакомых, не контактов. Как вам удалось добиться успеха?

– Когда началась СВО, я понял, что если закроют границы, мы не приедем в Россию. И сразу начали оформлять документы для переезда. Не знали здесь ни одного человека, прибыли вообще ни с чем. С женой, дочкой и сыном приехали к реке Великой с палаткой и молились: «Бог, дай нам понимание, что делать». Утром пошли документы подавать, нам сказали, что нельзя без прописки, а здесь мы никого не знаем. У меня христианский взгляд на эту жизнь, очень много друзей среди протестантов, православных – в принципе, любых конфессий. И я позвонил своим друзьям из церкви пятидесятников в Латвии, и они дали мне контакты своих знакомых здесь. Эти люди нам очень помогли и до сих пор помогают. Прописали нас, дали дом, где мы можем печь хлеб и жить. Добрые люди, никаких денег у нас не просили, шли навстречу, помогали документы оформлять. Сейчас мы уже сами снимаем квартиру, но хлеб печём до сих пор в здании этой церкви.

Первый год жили на две страны: документы оформляли здесь и там, ещё клиенты старые у меня остались. В Пскове познакомился с фермерами, спросил, где и как могу продавать свой хлеб. Они направили в Роспотребнадзор. Там объяснили, что раз у меня пока только латвийские документы, я имею право участвовать в ярмарках. И я стал в Детском парке продавать свой хлеб по выходным. Вот так я начал. В прошлом году на улице Пушкина построили новые красивые домики, и я теперь там.

Чудеса маркетинга

– Вы отправляете свой хлеб и в другие регионы?

– Да. Например, посылка в Благовещенск шла месяц. Хлеб зачерствел, но покупатели сделали ему водные ванночки, порезали и написали мне, что очень вкусный хлебушек. Хлеб можно на две недели оставить, и когда он очень плотненьким становится, надо порезать на кусочки и положить в морозилку. Он наберется влаги, потом растает и станет свежим. Даже не надо в печку или микроволновку класть.

– А как жители других городов узнали про ваш хлеб?

– Недавно пара из Санкт-Петербурга пришла и стала звонить домой: «Мы нашли его, тётя Таня, какой вам там хлебушек надо?» Им дома подсказали. Другая женщина прилетела из Москвы, говорит, что в самолёте познакомилась с соседом, который сказал: «Будете в Пскове, найдите там одного, очень классный хлеб продаёт». Другие говорят: «О, вы тот самый Иосиф, нам сказали, что надо ваш хлеб взять».

– Мы периодически говорим об увеличении продаж, маркетинге, рекламных площадках в социальных сетях, а получается, что составляющая успеха – делать продукт на совесть, и сарафанное радио начнёт работать.

– Самый лучший маркетинг – библейский. В Библии написано, что Бог никогда не отменял закон сеяния и жатвы. Я очень много хлеба просто дарю, и мне сторицей возвращается. В Риге, когда только начинал печь хлеб, поехал отвезти покупателям первые четыре буханки. Тут в автобусе заходит бездомный, и у меня чистая мысль: отдай ему буханку. Я отдал, он даже спасибо не сказал, засунул под куртку и ушел. А вскоре я уже продавал по 1 000 буханок в месяц, люди сами ко мне домой приезжали за хлебом.

– Как быстро после переезда в Россию вы адаптировались к тонкостям местного ведения бизнеса?

– На мне было столько ответственности за семью, что не было времени вникать, что мне здесь нравится или нет. Конечно, не нравилось, когда много людей говорили, что так дорого, кто-то матом даже ругался, но я просто шёл вперёд.

С налогами совсем легко, потому что в Латвии они очень высокие, а здесь налог просто смешной.

– Значит, у нас гораздо более комфортные условия?

– На миллион процентов. И то, что город делает для бизнеса, эти красивые домики для ремесленников в самом центре, местные просто не ценят. На самом деле даже надо было конкурс объявить для тех, кто хотел бы здесь продавать.

– Какие ещё преимущества для бизнеса вы бы здесь отметили?

– Гранты. Это же вообще благословение. Это мудрость, что правительство вкладывает не просто в бизнес, а реально в страну. Фермер в Латвии живёт за счет субсидий и заполняет бумаги, чтобы их получить: сколько у него коров, сколько они воды выпили, сколько дали молока и сколько официально продано продукции. Человеку выделили на бумаге 13 тысяч евро, но отдали на 5 тысяч меньше, потому что посчитали, что коровы воды выпили больше, чем дали молока, и засорили окружающую среду. Конечно, Латвия мне ближе, там всё родное, а здесь для меня всё новое. Здесь люди другие, всё по-другому, но намного лучше, чем я думал.

– Расскажите о планах развития своего предприятия.

– Когда получим свою землю, от этого будем отталкиваться. Сразу построим дом из сруба, пекарню с большой двухъярусной русской печью, где за один раз можно будет печь много хлеба. И люди могли бы прийти посмотреть, как его пекут. Планируем делать хлебные конфеты, хлебный суп, можно и хлебное мороженое, разные сухарики, печенье. Конфета очень вкусная, делается из настоящих ягод, перемешанных с хлебной крошкой, и заливается шоколадом. В Прибалтике всё это распространено. Надо работать, идти вперёд. Бог не дал нам мебель, но дал дерево. И это показывает, что всё в наших руках.