Таганрогские чиновники считают, что мёртвые не пожалуются

Оказалось, что проблемы с дорогами в Таганроге преследуют горожан даже после смерти. Два года назад в редакцию «Блокнот Таганрог» обратилась женщина, которая показала, как выглядит путь «в последний путь». Дорога на Марцевское кладбище напоминала катастрофу: через каждые полметра — яма, заполненная дождевой водой. Разглядеть глубину было невозможно, и водители ехали наугад, надеясь, что подвеска выдержит, а яма не окажется глубже, чем кажется.

«От вечных проблем Таганрога не избавиться даже после смерти», — грустно пошутила тогда таганроженка.

Прошло два года. В Таганроге сменилось руководство, провели десятки совещаний по благоустройству, отчитались о ремонте сотен квадратных метров асфальта, выделили миллионы на дороги. Заместитель главы администрации по городскому хозяйству Егор Долматов регулярно докладывает о проделанной работе. Но дорога на Марцевское кладбище застыла во времени. Картина сегодня — один в один с той, что была два года назад. Те же ямы, та же вода, тот же риск для водителей.

Особую горькую ноту этой истории придаёт тот факт, что по этой дороге везут не просто грузы — по ней провожают людей в последний путь. Катафалки, которые должны двигаться медленно и торжественно, вынуждены лавировать между ямами, рискуя повредить ходовую часть. А скорбные процессии трясёт на ухабах так, что думаешь не о вечном, а о том, как бы не застрять по дороге на кладбище.

И здесь, вероятно, кроется объяснение такого равнодушия. Многие чиновники, курирующие городское хозяйство, присланы в Таганрог из других городов. У Егора Долматова и его подчинённых вряд ли здесь похоронены близкие. Им не нужно ездить на Марцевское кладбище проведать могилы родителей, бабушек, дедушек. Для них эта дорога — просто строчка в списке, где-то далеко внизу после  «удобных» для отчётов объектов. Нет личной боли — нет и желания что-то менять.

Ответственным лицам действительно всё равно. Дорога, по которой ездят разве что скорбящие родственники и редкие катафалки, просто не существует в их системе координат. Два года назад пожаловались, ну и что? Подумаешь, люди не могут достойно проводить близких. Подумаешь, катафалки рискуют застрять. Кладбище — оно же для мёртвых, они подождут. И живые подождут. Все подождут. Вечность же впереди.

Молчит и МКУ «Благоустройство». Видимо, дорога в последний путь действительно не входит в перечень приоритетных задач. А может, просто надеются, что те, кто ездит на кладбище, уже никуда не спешат. Но живые-то спешат. И хотят доехать, а не добираться с приключениями. И проводить близких с достоинством, а не с мыслью «лишь бы не сломаться по дороге».

Татьяна Ивченко