Бытовой конфликт в Рязанской области вскрыл проблемы в судебной системе

Эксперты связывают рост числа простых бытовых конфликтов с ограничением применения медицинских мер психиатрического характера.

Специалисты связывают рост количества простых бытовых конфликтов, оканчивающихся для сторон больницей или могильной плитой, с ограничением спектра применения принудительных медицинских мер психиатрического характера в России. Таким образом, медицинская профилактика и экспертиза агрессии в большинстве случаев запрещены. Кухонного боксера, систематически избивающего своих близких, соседей и прохожих на улице, без его собственного желания невозможно понаблюдать и проинспектировать на предмет патологических отклонений в психике. До тех пор, пока он кого-нибудь не убьет или не отправит в реанимацию.

Пойманный преступник может оказаться безнаказанным

О такой проблеме Федеральному агентству новостей стало известно из судебного дела в Рязани. В Сасовском районе Рязанской области еще в октябре 2018 года сосед С., действуя внешне безмотивно и неадекватно, причинил легкий вред здоровью соседу К., напав сзади и жестоко избив. К. подал заявление в мировой суд о возбуждении уголовного дела. Подсудимый С. избрал самую выгодную для себя тактику своей защиты — он просто не являлся по вызовам в суд. Когда же его доставили, он повел себя агрессивно.

После многомесячной охоты суда и службы судебных приставов на преступника С. в конце концов был направлен на прохождение амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, так как выяснилось, что он еще в молодости получил серьезную травму головы. У него имеется органическое поражение головного мозга. Получив направление, С. на экспертизу не пришел, и экспертам пришлось вернуть дело в суд без результата.

Далее возник вопрос: а что делать дальше? Наказание за легкий вред здоровью не предусматривает лишения свободы. В таких случаях закон запрещает избирать подсудимому меру пресечения в виде содержания под стражей, а без этого невозможно исполнить судебное постановление о направлении на психиатрическую экспертизу.

В этом случае суду приходится заниматься волокитой. Вынесенный без психиатрической экспертизы приговор преступнику отменят, а судью накажут. В октябре 2020 года истекает срок возможного привлечения С. к уголовной ответственности и, соответственно, срок возможной реальной судебной защиты К. и членов его семьи.

С. опасен для окружающих. От внешне нормального состояния до неконтролируемой злобы и агрессии у него могут пройти считаные минуты. В агрессивном состоянии духа он даже внешне напоминает бешеное животное, которое и само не может предсказать свои действия через мгновение. Только за последние годы С. умудрился сжечь два дома, а третий пожар его дома был только чудом потушен посторонним лицом. Из-за волнения за себя и за близких ему людей К. и все члены его семьи постоянно — и днем и ночью — испытывают перманентный стресс. К. боится за своих детей. Постоянный страх за близких разрушает жизнь. Попытки защитить себя, своих родных и близких от агрессии С. заканчиваются неудачей. Полиция Сасовского района Рязанской области рекомендует К. обратиться в мировой суд или к врачам-психиатрам.

Врачи и чиновники от медицины разводят руками. Система принудительного психиатрического освидетельствования и лечения у нас в стране полностью развалена еще в 90-е годы, а ныне существующая процедура крайне сложна, неэффективна и часто беспомощна. За два года уголовное дело так и не разрешено. Тем временем конфликт не погас, С. понял свою неуязвимость для закона и останавливаться на побоях не намерен. Семья потерпевшего с ужасом ждет расправы.

Можно ли остановить преступника?

В данном случае имеются два серьезнейших системных изъяна, требующих «лечения» на государственном уровне.

Во-первых, наказание может быть и не строгим, но оно должно быть неотвратимым. В противном случае страдает авторитет судебной власти и разрушается сама система государственного управления. Действующее законодательство, как видно из приведенного примера, оставляет явные лазейки для уклонения от уголовной ответственности суррогатными способами: «Вы меня даже и не уговаривайте, я на психиатрическую экспертизу не поеду, ни с кем из психиатров общаться не буду, а арестовать меня по этой мелкой статье нельзя — незаконно».

В сложившейся ситуации требуется внесение изменений в уголовно-процессуальное законодательство о предоставлении суду права помещать под стражу для проведения экспертизы по всем уголовным делам. Сейчас это можно сделать только по тяжкой статье Уголовного кодекса. Государство должно вступиться за конституционное право потерпевшего на судебную защиту.