Интервью с Малютой «Боцманом» Коротких

СЕРГЕЙ КОРОТКИХ, ПОЗЫВНОЙ БОЦМАН, ЭКС-КОМАНДИР РАЗВЕДРОТЫ ПОЛКА «АЗОВ»: ЕСЛИ ПРИКАЖЕТ БИЛЕЦКИЙ — СНОВА ПОЙДУ ВОЕВАТЬ.

Он родился в Тольятти 45 лет назад. Жил в Белоруссии, где с 92-го по 94-й отслужил срочную в разведбате тамошней армии. После дембеля учился в школе КГБ, откуда Сергея отчислили за контакты с радикальными группировками. В разное время его имя связывали с Белорусским Народным Фронтом, Русским Национальным Единством, Национал-Социалистическим Обществом.

Когда русские вояки стали выставлять в соцсетях свои фотки из донецких степей, бахвалясь боями с «украми», Сергей приехал помочь нам избавиться от непрошеных гостей. Приложился к созданию батальона, а затем полка «Азов». Храбро воевал в его рядах в период самой горячей стадии русско-украинской войны. Имеет государственные и полковые награды. Стал почетным гражданином Мариуполя, да и вообще — гражданином Украины, получив паспорт непосредственно из рук Президента.

Когда пробуешь отыскать информацию про Сергея в интернете — результаты обескураживают. Вместо, казалось бы, элементарного: человеческого «Спасибо!» и просто уважения к бойцу-добровольцу, натыкаешься преимущественно на другую оценку его деятельности. С этой несуразицы мы и начали наш разговор.

— Вы, наверное, самый одиозный боец «Азова». Если загуглить: «Боцман. Азов» — выходит, что Вы и нацист, и шовинист, и убийца, и маргинал, и контрабандист, и террорист, и мародер, и покровитель теневого бизнеса, и организатор проплаченных митингов, и агент ФСБ. Как сами думаете, кому и зачем нужно создавать вокруг Вас такое информационное поле?

— Я никогда не скрывал свои определенные националистические убеждения: играю в эти игры с девяносто шестого года. Я один из самых старых националистов — не сошел с ума, не стал алкоголиком, оказался достаточно способным, чтобы не сесть, но никто при этом не мог положить никаких протоколов, обвиняя меня в сотрудничестве со спецслужбами и стукачестве. В свое время администрация ФСБ Российской Федерации вылила на меня очень много негатива. А потом, когда я пошел в жесткую оппозицию с Порошенко, его команда взяла за образец лекала работы администрации Путина.

— И как Вы на это реагируете?

— Отношусь к этому с юмором, не вижу причин, почему я должен рефлексировать. Просто когда нельзя найти факты, порочащие человека, их начинают придумывать.

— Неужели в душе совсем не обидно это все слушать человеку, который храбро воевал, получил паспорт из рук президента и является почетным гражданином города Мариуполь?

— Большинство журналистов, которые пытались что-то там про меня сказать, никогда не пытались взять у меня комментарии или интервью. Они врут, высасывая какие-то факты, которые им дают их условные источники в СБУ, и подают именно в той интерпретации, которая нужна заказчику. На тот момент заказчиком был Кононенко, «Латыш», начальник защиты Конституции, если это можно назвать защитой. И никому не интересны мои заслуги, допустим, что я вел разведку в Мариуполе, командовал штурмовой группой. И когда происходил штурм, в здание заходили всего два человека: я и Душман, потому что ни у кого больше не было боевого опыта, и нам было просто жалко остальных ребят.

— И пленный министр обороны ДНР.

— Ну да, взяли там министра обороны ДНР. Собственно, штурмом Марьинки занимался тоже непосредственно я, был в той штурмовой группе, которая ее и взяла. Потом уже остальные заходили зачищать. Рубеж Широкино в августе-сентябре 2014 года обустроил, обозначил и удерживал тоже я со своими людьми. Но журналистом это неинтересно, потому что во всех инструкциях, которые СБУ давала каким-то своим заказным изданиям, была задача облить грязью. Но жизнь такая, что расставит все по местам.

— У Вас в Telegram есть свой канал – @botsmanazov. Это желание донести людям правду о себе?

— Сейчас возрастает роль личных каналов в Telegram, в YouTube. Это просто мой авторский канал, где я пишу то, что интересно мне, то, как понимаю происходящее в стране, как понимаю происходящее в мире. Там нет никакой цензуры, и я подаю информацию так, как считаю нужным. Это моя картина мира.

— Кем Вы мечтали стать в детстве?

— Собственно, тем, кем и стал. Читал книжки про революционеров, играл в окопах, оставшихся от Второй мировой войны.

— Военным и мечтали стать?

— Военным в классическом понимании — нет. Война интересовала прежде всего как приключение. Стать просто военным и отслужить 20 лет в воинской части, но при этом не получив ровным счетом никаких эмоций, мне было неинтересно.

— Вы — русский, долгое время прожили в Беларуси, приехали сюда, храбро воевали, лезли в самый ад и, понятное дело, понимали, что можете в любой момент погибнуть. Что побудило Вас приехать воевать, в принципе, за чужую землю?

— Это, опять же, мировоззрение. Я всегда считал, что нет вражды между белорусами, украинцами, русскими. Я считаю, что это ветви одного народа, идущего еще с Киевской Руси, которая является для меня идеалом государства, идеалом управления. Это самое интересное, самое красивое, что было на этой территории. И считаю, что сейчас — то удачное время, когда снова можно выстроить великое государство, где центром будет Киев. Надо вернуться в то время, когда Киев был столицей, а Москва — дачей. Украинский проект как таковой будет жизнеспособен только в одном случае: если он будет масштабный. Вступить в Евросоюз и быть на задворках? Тем более, что то, что называется Евросоюзом сейчас разваливается, и то, что называется НАТО, тоже разваливается или, во всяком случае, будет существенно изменено: у них огромные кризисы. Сейчас все идет к тому, что будут создаваться новые политические и военные союзы. И Украине нужен этот новый военно-политический союз. В каком это будет формате? Возможно, будет какое-то сотрудничество с Польшей, странами Восточной Европы. Россия со смертью Путина тоже, скорее всего, подвергнется большим изменениям, возможно, и развалится. И какие-то регионы России в этом проекте будут участвовать. Безусловно, будут участвовать Литва, Латвия, Эстония и Беларусь. И если соберется такой военно-политический конструктор, это даст выживаемость. Украина как отдельная самодостаточная единица — нежизнеспособный проект. Даже в войне с Россией Украине нужны союзники. И эти союзники — не Франция с Германией, потому что они заинтересованы в торговле с Россией.

— Вы готовы делать в Беларуси то же самое, что сделали в Украине, — поддержать, повоевать, если начнется горячая стадия?

— Если там будет что-то происходить, то не только я туда поеду. Но это будет зависеть от позиции самих белорусов. Проблема и Украины, и белорусов, да и русских в одном: никто не предлагает какого-то проекта будущего. Все говорят: «хотим в Европу!» В какую Европу? С гей-парадами и мусульманскими кварталами? У нас какое-то лубочное представление о Европе, где хорошие дороги, легко устроиться на работу, большая зарплата, есть возможность путешествовать, и нет никаких проблем. Но такой Европы уже не существует, сейчас там конфликты и напряжение.