Как связаны дом Зеленко и учебник французского

Некоторое время назад в Музей модерна поступили уникальные документы от родственников архитектора Александра Зеленко. Сейчас специалисты занимаются их изучением. И порой исследовательская работа приводит к ошеломляющим открытиям. В это воскресенье в Музее модерна пройдет торжественное закрытие выставки «Новатор». Не пропустите его, чтобы услышать об удивительных находках музейщиков. Одна из них затронула самые тонкие струны моей души. Она касается истории «дома-пряника» на улице Самарской, где ныне располагается областное отделение Союза журналистов.  Известный методист — наш земляк? Как рассказала мне научный сотрудник Музея модерна Елена Жидкова, это здание, построенное Александром Зеленко, одно время принадлежало богатой семье Слободчиковых. Большую работу в архиве по определению всех собственников дома проделал краевед Павел Попов. Оказывается, после первого покупателя, Филарета Засухина, красивый особняк переходил из рук в руки. Мне показалась очень знакомой фамилия Слободчиков. Вспомнились первые годы моей работы в школе. Я тогда преподавала французский язык. В конце 80-х — начале 90-х вышли совершенно новые учебники и пособия. Одним из их авторов был Владимир Слободчиков. Методику, лежащую в основе этих книг, нам не преподавали в институте. Пришлось все осваивать самой. Материал был изложен четко, с математической логикой. Каждый урок требовал большого напряжения от учителя и мобилизовал весь класс. Зато и результаты были весомыми. Возможно, этот методист Слободчиков имеет отношение к владельцам дома Зеленко?  От рядового солдата до дворянина Елена Жидкова подтвердила мое предположение. Владимир — младший сын известного самарского адвоката Александра Слободчикова. Эта семья имеет глубокие корни в нашем крае. Отец Александра, Яков Слободчиков, прошел большой путь от рядового солдата до отставного майора. В 1863 году женился на самарской дворянке Анфисе Племянниковой. Перед отставкой поселился в Бузулукском уезде, владел почти 7 500 десятин земли. Также имел дачу на так называемых Самарских городских луговых полянах, у Кузьмина озера, в трех верстах от станции Кряж.  В 1869 году Слободчиков был причислен к дворянству. Яков Дмитриевич занимал пост почетного мирового судьи, работал при городской управе, много лет подряд избирался в самарскую думу. У него было десять детей. Один из них — присяжный поверенный окружного суда, титулярный советник Александр Слободчиков — занимался адвокатской практикой. Как и большинство его коллег, тяготел к взглядам кадетов, но официально был беспартийным. В 1908 году Слободчиков женился на дворянке Анне Сопляковой. У них родились дети: в 1910-м Лев, в 1911-м Николай, в 1913-м Владимир.  Выгодное вложение Семье принадлежал дом на Дворянской. При этом в 1910-1911 годах Слободчиков закладывает отцовские земли в Бузулукском уезде, а на вырученные деньги дополнительно покупает усадьбу на Самарской улице. Подобные вложения в городскую недвижимость не редкость для того времени. Спокойную жизнь семьи разрушает война. В 1914 году Александра Слободчикова призывают в армию. Жене, Анне Александровне, приходится сдать особняк на Дворянской под квартиры, а самой переехать в небольшую комнату в доходном доме Филимонова на углу современных улиц Льва Толстого и Ленинской. В городе часто наблюдаются перебои с продуктами и топливом, дети болеют. Испытывая крайнюю стесненность в средствах, 12 июля 1916 года Анна Слободчикова продает дом на улице Самарской мещанину Анисиму Сельдюгаеву.  Вернувшийся с войны Александр Яковлевич пережил революцию в родном городе. Все ее перипетии — взятие Самары красными, вход чехословацкого корпуса, установление власти КОМУЧа — он описал в личном дневнике.  Судьба изгнанников В 1918 году семье пришлось бежать на Дальний Восток. О сложностях жизни на чужбине Владимир Слободчиков написал в своей книге «О судьбе изгнанников печальной… Харбин. Шанхай». Листая ее страницы, узнаем, что с 1920-х годов и до 1953 года Владимир Александрович жил в Китае. Участвовал в литературном объединении «Чураевка». Печатался в одноименной газете, в сборнике «Излучины», в журналах «Парус», «Мысль и творчество». Затем произошла какая-то невероятная история с его похищением и насильственным возвращением на родину. Вернувшись в СССР, Слободчиков прошел через ГУЛАГ. После освобождения жил в Саратове, оттуда переехал в Москву. Стал автором научных работ, словарей, литературных переводов и учебников французского языка для школьников. Недавно его стихи были опубликованы в сборнике поэтов-эмигрантов. Остальные члены семьи Слободчиковых из Шанхая переехали в США. Брат Лев прославился как ученый-ориенталист, знаток китайского языка. А Николай был директором знаменитого Музея русской культуры в Сан-Франциско.  Из воспоминаний Владимира Слободчикова: «Здесь я подружился с моим братом Колей. Удивительное дело: за всю длинную дорогу — в Уфе, в Омске, в поезде — я совсем не ощущал присутствия братьев, даже тогда когда в Челябинске мы гуляли по городу под руководством старшего «мудрого» брата Льва. А здесь Коля стал неотъемлемой частью моего существования. Я все время был с ним. Все интересы у нас оказались общими. Мы вдвоем отправлялись вверх по горе в поисках японских пуль, валявшихся там со времен войны. Мы вместе ловили больших черно-переливчатых махаонов, которых владивостокские дети, и мы тоже, почему-то называли курицами. Мы вместе рылись в земле в поисках кладов, оставленных нашими далекими предками; кладов мы, конечно, не находили, потому что никаких кладов там, естественно, не было. Мы вместе молились и по-детски беседовали о нашей жизни, о нашей милой маме, которая казалась нам ангелом-хранителем».