"Каждый из нас хочет стать известным – иначе зачем это всё?"
Но недавно узнаю, что у Ивлева вышел полноценный сольный альбом "Камышовая лирика". Ну как вышел – появился на электронных площадках и в соцсетях. Альбом очень любопытный и далеко не такой простой, как может показаться. Как минимум, требующий внимательного прослушивания. Да и сам Алексей на этом альбоме какой-то не совсем привычный. Чуть повзрослевший, что ли.
Словом, появился прекрасный повод пообщаться. Беседа в итоге получилась любопытной. Тем более, что поговорили мы не только о музыке.
- Ты уже довольно давно живешь в Твери. Сильно отличается жизнь и сам город от Саратова и/или Энгельса?
– Переехал я сюда в 2016 году с семьей. Поступило, скажу так, предложение по работе, и я на свой страх и риск поехал. Было страшно. Тем более, что в Энгельсе оставался налаженный быт, определенная известность – я выступал и сольно, и с группой, был востребован. Но все же решился.
То, что Энгельс и Саратов города прекрасные и замечательные, – это даже не обсуждается. Но, прожив эти годы в Твери, понял, насколько они изолированы от всего остального. Вокруг них – степь, глушь и со стороны это очень хорошо заметно. А Тверь все-таки даже географически расположена по-другому – перекрёсток торговых путей, Москва и Питер сравнительно рядом. Соответственно, много самой разной хорошей движухи. В этом смысле отличия, конечно, есть.
Алексей Ивлев и автор этого материала. 2013 год, Энгельс
- Хочешь сказать, совсем по родным местам не скучаешь?
- Первый год был самым тяжелым. Очень скучал по дому, по друзьям, по знакомым. Сейчас особой ностальгии нет. Я прекрасно понимаю, что таким образом я либо отсрочил, либо совсем избежал кризиса среднего возраста. В сорок лет у меня началась жизнь с чистого листа: новый город, новая работа, вообще все новое. Только семья, слава Богу, осталась прежней (смеется. - "ОМ".). Когда приезжаю на родину, это каждый раз в радость и приятно. Возможность увидеть людей, которых давно не видел и которые тебе дороги, снова попасть в старые знакомые места – вот она самая настоящая машина времени. Но сказать, что я по всему этому прямо вот скучаю, не могу.
Тем более, знаешь, странное дело: еще до отъезда возникло ощущение, что Энгельс стал мне тесен. Стало как-то душно. А тут судьба вдруг дала такой шанс кардинально поменять жизнь. Уверен, если бы я тогда не согласился, другого такого шанса не было. Всё, что ни делается, – к лучшему. Единственное – жалко "Проrockъ", очень жалко. Столько труда туда было вложено – мы тогда уже на пике находились, на творческом подъеме. Но, к сожалению, всё сложилось, как сложилось.
- Следишь за творчеством саратовских исполнителей? Кого или что можешь выделить?
- Нельзя сказать, что особо слежу. Просто остались какие-то старые контакты. Группа "Gonnalon", Дима Кисляков, Мажелина, "Пляски Святого Витта" и так далее. Когда в ленте попадаются, я всегда с интересом наблюдаю, как и что там. С большим уважением отношусь к коллегам. Все молодцы. Есть еще такой мощный товарищ Александр Попов - у него несколько трибьют-групп: "Шнурки", "Немецкий танец", плюс другие интересные проекты. Вот он вообще красавец.
Ну и, конечно, Андрей Стукалин, Юра Гаврюсев, Александр Блонский – выдающиеся музыканты Саратова и давние мои друзья. Общение с ними и сейчас поддерживаю. Специально не ищу никакой информации, но если что-то попадается на просторах интернета, смотрю и слушаю с большим интересом. Просто сейчас у меня самого другая жизнь, я немного в другом пространстве.
- За эти годы ты наверняка хорошо познакомился с местной тусовкой. Сильно ли отличается сообщество исполнителей авторской песни в Твери от саратовского? Чего, может быть, в этом плане Саратову не хватает?
- О, на эту тему говорить можно долго. Я, как только переехал в Тверь, сразу начал искать контакты и связи. Может, прозвучит нескромно, но там, в Энгельсе, я все-таки был немного звездой. Люди по-разному относились к тому, что я делаю, но известность была, была востребованность в разных форматах. Я и выступал сольно и с "Проrockом", и солистом оркестра в культурном центре областного ГУ МВД был. Так что продолжения творческого пути, конечно, хотелось. И я, в общем, открыл для себя это сообщество, как мне казалось, близкое по духу. В Саратове такого и близко нет. Никого не хочу обидеть, но в Саратове люди вообще как-то попроще. Поближе к земле. А в Твери все опять-таки по-другому. Тут люди в 70 лет спокойно на танцы ходят, мужики-пенсионеры в кружки всякие творческие по интересам объединяются. И здесь это считается не причудой, а абсолютной нормой. В Саратове и Энгельсе, согласись, такое всегда выглядело – наверняка и выглядит - все-таки странновато.
Уже через пару месяцев после того, как сюда приехал, я попал на фестиваль авторской песни, называется "На Тверце". К тому времени уже была написана песня "Саратов-Тверь", с ней я и выступил, песню оценили. Потом говорили, мне даже лауреатство хотели дать, но вроде как что-то не срослось. Зато пригласили меня с этой песней выступать в тверской Клуб самодеятельной песни. Представляешь, Тверской КСП - мой одногодка, тоже 1977 года рождения! Традиции, которые создавались десятилетиями! И мне была оказана честь выступить на этой сцене со своей песней.
При этом сказать, что это сообщество меня приняло полностью, я не могу. С другой стороны, вспомни, такая же ситуация была и с "Проrockом". Для попсовиков мы были неприемлемы, для рокеров – тоже мимо, вы не наши. Вот и со мной сейчас примерно так. Я не в формате. Да, признают, что музыкант и мелодист талантливый, исполнитель проникновенный. Как бы "да", но все равно "нет". Якобы это не авторская песня - шансон, попса, может быть, рок. Всё, что угодно, но только не авторская песня. Хотя, повторюсь, в целом признают.
- А как бы ты сам назвал жанр, в котором работаешь? Не обижает, когда твои песни называют тем же шансоном?
- Насчет жанров это всегда очень сложно. Шансон, говоришь… Кто-то высказал такую мысль: жанр неважен, есть хорошая музыка и плохая. Соответственно и песни – хорошие и плохие. Я тоже придерживаюсь этой мысли. Но если всё-таки постараться описать – мне кажется, это ближе всего именно к авторской песне, только такой, какой ее вижу я. Исходя из своих собственных музыкальных вкусов.
- Расскажи немного о "Камышовой лирике". Что за песни туда вошли?
- Это, скорее, даже не альбом, а сборник песен, которые я записал с 2017 по 2025 год в Твери. Вошло туда далеко не всё – я отобрал вещи, на мой взгляд, самые интересные и достойные. Практически все они рождались под гитару. В совсем раннем творчестве сначала появлялась музыка, и уже на нее я вымучивал слова (смеется. – "ОМ".), а сейчас наоборот.
- Кстати, меняется ли вдохновение с годами? Бывает так, что раньше тебя вдохновляло одно, а сейчас это уже не работает, но зато вдохновляет другое…
- Блин. На самом деле я до сих пор не знаю, как это работает. Написание песен для меня — даже не тайна, а, скорее, какое-то таинство. Я сейчас абсолютно серьезно. Что-то в этот момент со мной происходит - это однозначно. Я это состояние чувствую, но могу лишь постараться это состояние ухватить. Причины, почему оно возникает, всегда разные – в зависимости от периода жизни, от жизненных обстоятельств, от моего внутреннего состояния. Слушаешь потом песню и удивляешься - откуда там всё это взялось. Видимо, было что-то такое в воздухе, что через тебя потом прошло.
Каждая песня — это еще и отпечаток времени, меня самого в тот период, когда она была написана. Человек, он же, как вода, – постоянно меняется, обновляется даже на клеточном уровне, не говоря уже о внутреннем мире, который на самом деле не только уникален, но и безграничен.
- Итак, ты остановился на том, что песни твои рождаются в основном под гитару.
- Да. Юра Гаврюсев, о котором я уже говорил, музыкант, на мой взгляд, совершенно мирового уровня - я ему отправляю видео с новой песней, и мы вместе начинаем работать над аранжировкой. Чаще всего берем какой-нибудь ориентир – это может быть что угодно: творчество Валерия Сюткина, Стинга или, скажем, хард-рок 80-х. И вперед. Юра там, в Саратове, записывает все инструменты, делает фонограмму. А вокал я пишу здесь, в ДК "Химволокно" - да, оказывается, в Твери, как и в Энгельсе было тоже такое знаменитое предприятие! - на бывшей студии Михаила Круга. Сейчас это студия "Кузница", Владимир Тихомиров, прекрасный музыкант и звукорежиссёр, мой друг. Иногда бывает, что я сам добавляю живые инструменты уже здесь, в Твери. Подавляющее большинство песен в "Камышовой лирике" было записано именно так.
- Когда слушал альбом, показалось, что по музыке там иногда слышится еще и что-то похожее на какой-нибудь "Whitesnake" или "Kingdon Come"…
- Без них тоже никуда. Список моих музыкальных предпочтений огромный – добавь к перечисленным "Beatles", Пола Маккартни, Оззи Осборна, "Iron Maiden", Марка Нопфлера и в то же время Александра Малинина, Евгения Осина. Цоя и "Кино" обязательно… То, что я слушал и продолжаю слушать огромное количество музыки, конечно, влияет на мое собственное творчество. Это такая определяющая для него квинтэссенция. Мы же с Юрой оба из Советского Союза, и это всё нам близко. Самому мне кажется, что на этом альбоме в итоге у нас получилась такая хорошая качественная поп-музыка, близкая к ВИА 70-х. А вообще, по стилю мне, наверное, ближе всего Александр Иванов и группа "Рондо". И "Любэ" еще.
- Откуда взялось такое название – "Камышовая лирика"?
- Все просто. У меня есть близкий друг Ростислав Павленко, живет в Энгельсе. Это был 2013-2014 год, я тогда только увлекся сольным творчеством, по формату эти песни группе "Проrockъ" никак не походили. В одной из них были такие слова: "Растет густой камыш на берегу пруда". Собственно, это был цикл лирических песен, и Ростислав как-то сказал: "Слушай, друг, задолбал ты со своей камышовой лирикой". Я это запомнил.
- Как сложнее выступать и записываться – с группой или сольно? А главное – как интереснее?
- С группой я последний раз записывался в 2015 году. Работать с полностью живым коллективом очень сложно. Если чисто технически - сейчас мне гораздо проще. Юра выполняет основную работу по записи инструментов и делает это очень хорошо, красиво, профессионально. За первый месяц наша "Камышовая лирика" на электронных площадках набрала где-то 2,2 тысячи прослушиваний. Это немного, но для никем специально не раскрученного Алексея Ивлева, думаю, это совсем неплохой результат.
Так что работать с группой сложнее. Хотя знаешь, наверное, всё же и интереснее, да.
- Так, может, есть смысл попробовать снова собрать группу?
- Для этого, как минимум, нужен молодежный запал, которого сейчас уже нет. И определенная наивность. Когда "ПроRockъ" создавался, мы действительно верили, что мы самые крутые и что уж у нас-то всё получится. Была одна общая мечта – стать известными и зарабатывать деньги творчеством. Чтобы было сразу всё: и кайф, и деньги, и слава. Однако очень быстро стало понятно, что ничего этого не будет. Что все так и останется на определенном уровне – широкая известность в узких кругах. Как и у бесчисленных других групп.
-То есть, по-твоему, зарабатывать сейчас именно творчеством и рок-музыкой – это утопия?
- Сам же наверняка видишь: очень мало кто выстреливает. И не только потому, что надо очень много пахать, чтобы хотя бы что-то получилось…
- Слишком многое завязано на его величество счастливый случай?
- Да дело даже не в случае. Раскрутка любых условных звезд - пусть даже это какие-то сами по себе сверхталантливые ребята – это в первую очередь результат работы большого числа профессионалов. Плюс большие и очень большие финансовые вложения. Это только так работает.
Так что собирать сейчас новую группу - это вряд ли. Хотя возможен другой формат: пригласить профессионалов и вместе с ними повыступать по клубам. Но опять-таки там все должно быть построено так, чтобы это еще и приносило деньги. Иначе серьезные музыканты в этом участвовать не будут. Ну и время для этого тоже нужно. У меня есть сейчас небольшой проект в Твери, несколько музыкантов, с которыми сотрудничаю. Перкуссия, кахон, шейкер, бэк-вокал – Саша Норкин (лидер известного в Перми проекта "Норкин". – "ОМ".), "клавиши", которые играют еще и за бас, - Эмиль Афтахов, руководитель кавер-группы "TSBand", соло-гитара – тот самый звукорежиссер Володя Тихомиров, у которого я записываюсь. Ну и я – вокал, гитара. Сейчас таким составом собираемся на знаменитое озеро Селигер, будем выступать на турбазе в глухом месте. В ноябре я планирую провести в одном из тверских клубов отчетный концерт. Как-то так.
- Что для тебя важнее в сольном творчестве – иметь возможность высказаться о том, что именно тебя волнует, или все-таки чтобы твои песни еще и стали популярными?
- И то, и другое связано неразрывно. При написании песни ты, естественно, хочешь высказаться о чем-то, что у тебя внутри и рано или поздно все равно найдет выход. Но при этом люди тебя обязательно должны услышать, это обязательно должно кого-то тронуть. Тебе в любом случае нужно высказаться не в пустоту. Если это всем безразлично, в этом нет никакого смысла. Поэтому второй момент, наверное, даже важнее. И естественно, каждый автор хочет быть популярным и известным. Иначе, для чего тогда это всё?
Фото - предоставлены Алексеем Ивлевым и из архива "ОМ"