Квадратные метры против ржавых труб: почему рекорды строительства не отменяют кризиса ЖКХ

Пока в правительственных кабинетах отчитываются о триллионах рублей в ВВП и рекордных 150 миллионах квадратных метров жилья, в миллионах российских квартир происходит тихая драма: текут трубы, скачут тарифы, а управляющие компании продолжают работать по принципу «черного ящика». За красивыми цифрами нацпроектов скрывается старая, как сама отрасль, проблема — отсутствие конкуренции. С одной стороны, вице-премьер Марат Хуснуллин рисует картину небывалого строительного бума. С другой — глава Минэкономразвития Максим Решетников неожиданно честно признает: в ЖКХ «конкуренции нет», а цифровая платформизация этой сферы буксует. Этот разрыв между физическим объемом новостроек и качеством среды обитания — главный вызов для инфраструктуры России на ближайшие шесть лет. Заявления Марата Хуснуллина на коллегии Минстроя выглядят как сводки с фронта победителей. 22 трлн рублей вклада в ВВП, 685 млн кв. м жилья с 2019 года — это мощно. Но есть в его речи одна фраза, которая должна была бы насторожить больше, чем радовать: «старение инфраструктуры идёт быстрее обновления». Это признание того, что мы строим новые дома, часто не имея возможности подключить их к современным сетям. Врач прописывает больному новые мышцы (жилье), забывая лечить сосуды (коммунальные сети). Задача заменить 2,5% сетей ежегодно — амбициозна, но пока это лишь попытка догнать уходящий поезд. Здесь в игру вступает Максим Решетников. Он называет платформизацию «бустером» и ускорителем структурных изменений. И совершенно прав. Сейчас сфера ЖКХ — это олигополия локальных монополий. Человек не может выбрать ресурсоснабжающую организацию, как выбирает банк или оператора связи. Отсутствие единых цифровых платформ с прозрачными тарифами, конкурентными закупками и рейтингами УК порождает коррупцию и бесконтрольность. Пока Минстрой гордится тысячами отремонтированных объектов, Минэк констатирует: без рыночных механизмов и технологий это ручная работа, которая не масштабируется на страну. Обе речи сходятся в одном — социальной повестке. Ипотека улучшила жилье 3,8 млн семей — это успех. Планы переселить 333 тысячи человек из аварийного жилья — это необходимость. Но ключевое слово здесь принадлежит ФАС и Минфину: прозрачность тарифов и дифференциация ипотеки в зависимости от количества детей. Это попытка повернуть огромную машину ЖКХ лицом к человеку. Однако пока семья платит за «общедомовые нужды» больше, чем за свет в квартире, а замена трубы во дворе занимает годы из-за отсутствия тендера, говорить о победе рано. «Сегодняшняя ситуация в российском ЖКХ и строительстве фиксирует классическое противоречие между количеством и качеством. Рекордные объёмы ввода жилья и многотриллионный вклад отрасли в ВВП пока не решают главной проблемы: коммунальная инфраструктура стареет быстрее, чем её обновляют. Без кардинального перелома этой тенденции новые дома рискуют через несколько лет столкнуться с теми же авариями и износом сетей, что и старые. Именно поэтому предложение Максима Решетникова о платформизации и развитии конкуренции выглядит не просто технологическим трендом, а вынужденной мерой. Пока ЖКХ остаётся вотчиной локальных монополий, а управляющие компании не работают в прозрачной цифровой среде, любые разговоры о «выравнивании конкурентного поля» останутся благими пожеланиями. В итоге главный вызов для власти на горизонте до 2030 года — синхронизировать амбициозные строительные планы с реальной модернизацией сетей и внедрением рыночных механизмов. Без этого ни переселение из аварийного жилья, ни ипотечные льготы не дадут того прироста качества жизни, на который рассчитывают миллионы российских семей», - прокомментировала заместитель директора Ставропольского филиала Президентской академии Елена Лебедева.