«Правь, Британия!»

9 декабря в Концертном зале имени П.И.Чайковского прошел концерт, которому сразу можно было бы дать определение: чрезвычайно интересный.

Коллективу Государственного симфонического оркестра Республики Татарстан под управлением Александра Сладковского 18 ноября присвоено звание академического. Это первый и единственный региональный оркестр, имеющий собственный абонемент в Московской филармонии. И для своего нового выступления в Москве музыканты привезли необычную, даже интригующую программу. Они обратились к произведениям британских композиторов, и позволим себе утверждать, что, по крайней мере, одно из них для большинства сидящих в зале прозвучало впервые.

Зато солистка – скрипачка Алена Баева – слушателям прекрасно известна. И любима. Как признался Александр Сладковкий: «С Аленой мы уже сто лет не играли вместе. Она чудесный великолепный музыкант! И я решил, что если когда-нибудь буду играть Бриттена, то только с ней. Вот так все и совпало».

Концерт Бенджамина Бриттена для скрипки с оркестром (соч. 15) – произведение изумительно красивое и во многом необычное. Вневременное. Музыка проводит нас от нежного, чуть слышного любовного признания к острому, чисто прокофьевскому гротеску, к надрыву похоронного плача, к победной небесной песне, и наконец – к погружению в нирвану. Баева действительно удивительный исполнитель! Она способна заставить инструмент звучать... нездешне, метафизически. За гранью понимания, как такое вообще возможно.

Что же касается произведения, выбранного для второго отделения концерта, то о нем разговор особый. Композитор Густав Холст (1874-1954) широкой публике у нас практически неизвестен. Так что включение его симфонической поэмы в семи частях «Планеты» для оркестра, хора и органа (соч. 32) в программу ГАСО РТ можно считать актом восстановления исторической и культурной справедливости.

«Раньше к английской музыке мы как-то не обращались, – рассказывает Александр Сладковский. – Все получилось несколько спонтанно. Мне друг привез партитуру прямо из Лондона и сказал: «Надо сыграть!» Я не знал этой музыки, но сразу был очарован. Для оркестра это настоящий подарок! И настоящий марафон. По времени это – большая симфония, но в каждой части меняются характеры, картинки, настроения. И вот это все, как в сюите, нужно максимально передать, ничего не упустить, ни одну маломальскую деталь. В этом вся сложность, а также в том, что исполнение требует еще и огромных физических затрат».

«Планеты» были написаны Холстом в 1916 году. Шла Первая мировая война; само время создания поэмы говорит о многом. Тогда композитор, серьезно увлекшись астрологией, решил исследовать средствами музыки влияние планет на психологию человека.

Каждая из семи частей поэмы носит название одной из планет, настраивает на определённый лад и настроение. При этом Холст очень не любил, когда исполнялось не все произведение целиком, а отдельные его части. И особенно, когда нарушался авторский порядок этих частей. В свое время дочь Холста Имоджен, сама композитор, педагог и музыковед, вспоминала: «Ему особенно не нравилось заканчивать исполнение «Юпитером» (четвертая часть поэмы «Юпитер, приносящий радость» – М. З.), чтобы «сделать счастливый конец», потому что, как он сам сказал: «В реальном мире конец далеко не счастливый».

А теперь всё же попробуем себе представить картины, или даже целые кинематографические сцены, чтобы погрузиться в атмосферу того «чисто английского» музыкального вечера.

Итак, «Марс, вестник войны» – тяжелая поступь римских калиг, или грохот рыцарских доспехов, или зловещий чеканный ритм солдатского марша. Совсем как у Киплинга: «Пыль – пыль – пыль – пыль – от шагающих сапог!» Надвигается что-то грозное и враждебное, страшное, от которого нет спасения. Гром, взрыв...

И вдруг полный покой! Покой и умиротворение. У-миро-творение. «Венера, вестник мира». Шелест ветра и мягкие покачивания волн. Релакс. Музыка тишины. Колыбельная для сердца.

А за ней снова песня, на этот раз уносящая в стихию воздуха. «Меркурий, крылатый посланник». Полет то невесомого мотылька, то быстрокрылой пташки, то ослепляющей кометы.

И вот безграничное, захлебывающееся ликование. «Юпитер, приносящий радость». Восторг юных, еще не познавших печали и потерь. Сама красота жизни, весны, надежды.

Но надежда не сбывается... «Сатурн, вестник старости». Это любимая часть самого композитора. Тихое размышление без надрыва, почти без эмоций. И уже слышно вдали приближение не старости, но смерти. Она все ближе, ближе, все неотвратимее и неизбежнее. Похоронный звон убаюкивает навечно...

И вот уже что-то совсем потустороннее. «Уран, волшебник». Фантастическая пляска. Нет, никак не доброго волшебника, а каких-то дьявольских сущностей. Или самого пламени, огня, дарующего тепло, но и способного отнимать жизни. Мы уже не на земле, мы летим в бескрайний космос.

Начинается самая таинственная часть «Планет» – «Нептун, мистик». Далекий мир, бездонный и непостижимый. Человеческий голос словно доносится непонятно откуда – из рая, из бездн далекой-далекой галактики. И улетает в никуда...

Артистам ансамбля Intrada, основанного в 2006 году Екатериной Антоненко, являющейся его руководителем, хочется аплодировать особо. Недаром это один из самых, можно сказать, универсальных вокальных коллективов. Они сумели не только передать, но по-настоящему погрузить слушателей в «неземной» характер дивной музыки.

Вот только отрицание Холстом надежды на счастливый конец – пресловутый «хеппи енд» – вступает в противоречие с кредо маэстро Сладковского – «дирижеёра, несущего свет». И в этот раз он, несмотря ни на что, остался верен себе!

«Мы выполнили все заветы Холста: исполнили поэму целиком и в авторском порядке, – констатировал Александр Витальевич. – Там такая краска в конце! Слушаю ансамбль Intrada – божественные девочки, ангелочки такие! – мурашки бегут... Все исчезает... А «хеппи енд» обязательно будет. На бис мы сыграем «Марш» Эдуарда Элгара. (тоже англичанина, кстати – М. З.). Там такой драйв! На репетициях я музыкантам говорил: «Играйте тише» Бабушку разбудите!»

На вопрос, верит ли он сам звездам, маэстро ответил: «Конечно! Открою секрет. У меня был тяжелый период в жизни, не к кому было обратиться, и один астролог в Петербурге самым удивительным образом рассказал мне про меня же все. Можно в это верить, можно не верить. Но он не только помог понять прошлое, но и подсказал, как действовать в будущем – как взаимодействовать со Вселенной. Я к этому очень серьезно отношусь, астрология – одна из старейших наук. Ну а теперь – добро пожаловать в космос!»

 

Мария ЗАЛЕССКАЯ