Роман Юнеман: по нынешним выступлениям мы видим, какой тип протестующих действительно пугает власть
Законопроект о введении QR-кодов на общественном транспорте свернули. Протесты всё ещё работают. Но по нынешним выступлениям мы видим, какой тип протестующих действительно пугает власть.
То, что коды не будут вводить на общественном транспорте — это правильно. Опыт Татарстана показывает, что кроме бардака и острых конфликтов, вплоть до рукоприкладства, такое решение ни к чему не приведёт.
С помощью ограничений хотят стимулировать людей прививаться. Мол, не хотите вакцинироваться? Ну тогда живите с ограничением прав. Без кафе, кинотеатров и даже поездок в автобусе.
Но ключевая проблема кампании по вакцинации — тотальное недоверие людей. К вакцинам, российской медицине и государству как таковому. Радикальное ограничение прав приведёт к тому, что люди будут массово покупать сертификаты и «уколы в ватку». Они и сейчас покупают. А будут — ещё более массово. Делается это просто, стоит недорого, победить это невозможно. Это же ни для кого не секрет, да?
То есть человек, который твёрдо уверен в негативном и необратимом влиянии «экспериментальной вакцины» на свой организм, прививаться не будет ВСЁ РАВНО. Хоть тысячу раз ограничьте его поход в кафешки и кинотеатры. Он либо купит сертификат, либо договорится со знакомым врачом, либо отморозится наглухо.
И бороться нужно с глобальной проблемой недоверия и страха перед вакциной, при этом оставляя вакцинацию добровольной. Действовать нужно с помощью просвещения, взятия ответственности за возможные негативные последствия, а также через позитивное стимулирование вроде денежных выплат. Основные усилия направить на вакцинацию людей из группы риска.
Но законопроект свернули, конечно, не по этой причине.
Просто во главе протестов против QR-кодов оказался тот самый «глубинный народ». Не люблю этот термин из-за некоторой высокомерности, с которым он произносится, но всё же.
Протесты против ковидных ограничений — результат усилий консервативно-патриотической аудитории. Активисты поют на сходах «Священную войну» и «День Победы», а информация о протестах активнее всего расходилась по православно-патриотическим и советско-патриотическим ресурсам.
О протестах против QR-кодов я снимал отдельное видео, если ещё не смотрели — ссылку закину в комментариях.
С введением кодов власти стреляют себе в ногу. Здесь они сталкиваются лбами не с «московскими либералами из Фейсбука», не с «пятой колонной иностранных агентов», с которой давно не ведёт никаких переговоров и к которой давно не прислушивается, а с собственным электоратом — многодетными семьями, активными прихожанами церквей, разными антимайданно-патриотическими деятелями. По личным впечатлениям, усреднённый портрет пресловутого «антиваксера» — социально активная женщина среднего возраста из инстаграма, мать двоих-троих детей. С такими лучше не ссориться.
К слову сказать, в предыдущий раз власть ударила по своему же электорату, проведя пенсионную реформу. Я ещё летом, кстати, писал: ковидные ограничения — новая пенсионная реформа. В том смысле, что приведут они к массовому недовольству и отразятся в первую очередь на провластном избирателе. Пенсионная реформа стоила дорого, выводы где нужно сделали. Поэтому сейчас идут на компромисс.
Ну и это ещё один урок для тех политических активистов, которые презрительно относятся к «глубинному народу», а то и называют таких людей «ватниками».
Патриотично и консервативно настроенные люди — важная часть гражданского общества, они бывают весьма активными и даже включаются в борьбу за базовые конституционные права и свободы. Причём риторику используют вполне правозащитную. Более того, делают всё это, как мы видим, даже успешнее оппозиционных активистов.