Иван Гущин: «В исторических зданиях оптимально размещать гостиницы и апартаменты»

В Казани 10-15% объектов культурного наследия в аварийном состоянии

Историческая часть Казани перед саммитом БРИКС продолжает «прилизываться и причесываться», так как находится в зоне особого внимания, заверил Иван Гущин.

«Мы готовы принять высоких и почетных гостей. Все улицы приведены в порядок, фасады и кровли, все работы мы завершили», – отметил он.

Баннеры останутся на зданиях, где идет долгосрочная реставрация.

Сейчас в Казани около 10-15% объектов культурного наследия находятся в аварийном состоянии. Например, Александровский пассаж. Когда здание захотели взять под охрану, на контакт с комитетом вышел собственник. Совместно этот объект решили восстановить. Уже провели исследование здания и выяснили, что нужно укрепить грунты и заменить перекрытия.

Историческая часть Казани перед саммитом БРИКС продолжает «прилизываться и причесываться»

Фото: © Салават Камалетдинов / «Татар-информ»

В эфире звучали также вопросы о здании физфака КФУ. «К нему у нас претензий нет. Это советское наследие, если нужно — признаем памятником», — улыбнулся Гущин. Его реконструкция потребует перекройки всего фасада, а это колоссальные средства, также добавил он. К слову, для признания объектов советского наследия памятниками им должно стукнуть 40 лет.

Также поднимался вопрос о Шуховских башнях на территории Порохового завода. Пересобирать башни — значит потерять их навсегда, считает Гущин. Об их достоянии никто не спорит, и сейчас вопрос стоит в первую очередь об их переносе (возможно, по воздуху). Сам председатель комитета был на территории завода и убедился, что аварийность башен доставляет неудобства самому заводу.

«Застройщик хочет вытащить из объекта максимум»

В Казани в свое время было тяжело найти инвесторов на аварийные объекты, но сейчас они «хорошо продаются».

В среднем реставрации исторических зданий обходится в 180 тыс. рублей за квадратный метр – десятки миллионов рублей за целое здание

Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»

А вот в Елабуге и Чистополе инвесторы неохотно выкупают объекты, даже когда предлагаются форматы государственно-частного партнерства. Проблема отсутствия инвесторов не так остра в Елабуге, как в Чистополе.

Гущин оценил стоимость реставрации исторических зданий. В среднем она обходится в 180 тыс. рублей за квадратный метр – десятки миллионов рублей за целое здание. В итоге застройщик «хочет вытащить из этого объекта максимум».

«Мы считали и решили, что самое оптимальное (для размещения в историческом здании, – прим. Т-и) – гостиничный бизнес, апартаменты. Рестораны и зоны питания рассматриваются как сопутствующие, потому что у них срок окупаемости намного больше», – рассказал Гущин.

Комитет проводит цифровизацию культурного наследия. Например, полностью оцифрованы башня Сююмбике, а также музейные комплексы Великого Болгара – копии весят примерно по 500 гигабайт.

В Казани в свое время было тяжело найти инвесторов на аварийные объекты, но сейчас они «хорошо продаются»

Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»

В Татарстане более 100 объектов деревянного зодчества

В эфире также была затронута тема культовых сооружений. Гущин рассказал про реконструкцию мечети Марджани – одной из самых старинных в Казани, которую построили еще в екатерининские времена. В ней обновили интерьер, витражи, инженерные сети, укрепили фундамент. И во время реставрации религиозная жизнь в мечети не прекращалась, что заметно осложнило задачу подрядчикам.

Также в этом году была восстановлена Ново-Слободская мечеть, которая буквально сто лет оставалась без должного внимания. За год привели в порядок внешний облик здания, построили минарет. Планируется, что в ближайшем будущем она откроет свои двери для верующих. Официально ее планируется открыть 16 октября.

Реставраторов, которые способны работать с деревом, не так много. Тем временем деревянная архитектура не ждет, разрушаясь от осадков

Фото: © Михаил Захаров / «Татар-информ»

Во время эфира возник вопрос: а осталось ли вообще деревянное зодчество в Казани? Осталось, вздохнул Гущин. Реставраторов, которые способны работать с деревом, не так много. Тем временем деревянная архитектура не ждет, разрушаясь от осадков.

Всего таких объектов в Татарстане примерно 100-150, оценил Гущин. Работой по их реставрации системно занимаются последние четыре года. Мечеть в селе Большая Елга (одна из самых старых деревянных мечетей в Татарстане, относят к XIX веку), мечеть в селе Айбаш, Троицкая церковь в селе Верхний Багряж, мечеть 1742 года в деревне Асан-Елга, церковь Александра Невского в селе Большие Меми. Как и Ново-Слободская мечеть, все эти проекты ведутся за счет благотворительного финансирования.

К слову о бюджете: в прошлом году на охрану культурного наследия в Татарстане было выделено около 4 млрд рублей. В этом году около 3 млрд и к ним еще около 650 млн рублей благотворительных. «Эти темпы нужно сохранять», — прокомментировал цифры Гущин.