Знания – из Европы, практика – в России: почему экономист ТГУ вернулся из Германии в Томск преподавать и вести бизнес
Студенческие годы – одна из вех, определяющих жизнь человека, а общность по отношению к вузу – повод для гордости. Где бы ни оказались выпускники Томского госуниверситета, какой бы профессиональный путь ни выбрали, Томск для них – alma mater. В третьем сезоне проекта «Выпускники ТГУ» мы собрали истории, как учились и с чего начинали люди, связавшие жизнь с предпринимательством и IT.
В 1993 году студент-экономист Дмитрий Хлопцов вернулся в Томск. За плечами – год учебы в Германии по специальности, незнакомой для России. Впереди – четвертый курс и защита диплома в ТГУ. Возможность остаться в Германии у него тогда была: приличная стипендия, собран первоначальный капитал, во время обучения ему впервые предложили стать гостевым профессором. Однако студент сделал выбор в пользу Томска и спустя время открыл крупное бюро оценки «ТОККО», стал доктором экономических наук и преподавателем в родном вузе. О недвижимости, Германии и студенчестве – в материале Tomsk.ru.
Зачем экономистам знать об эвенках
Родился я на юге Казахстана. Это родина многих студентов и преподавателей, которые позже оказались в Томске. Мои школьные учителя оказались детьми профессоров, которые были сосланы в Болотное. И по их рассказам и воспоминаниям, одними из самых желанных городов для учебы были Томск, а также Ленинград, откуда сослали их родителей. Поэтому между вузами этих городов у меня и стоял выбор к окончанию школы. Увлекался историей, но «ближе к карману» показалась экономика. Моя мама написала в два государственных университета – Ленинградский и Томский на экономические факультеты. В Томске предоставляли общежитие, это и стало решающим фактором выбора университета.
В то время действовала особая система для медалистов: если первый экзамен сдал на «отлично», тебя зачисляли автоматически. У меня была медаль. И спустя пять минут с начала экзамена я уже знал, что я – студент. В нашей группе из 25 человек оказался 21 медалист. Это очень серьезный отбор: возможность поступить в университет, удержаться и учиться в такой сильной группе.
Наши профессора стремились всячески расширить кругозор студентов. Александр Петрович Бычков был ректором университета, долгое время возглавлял кафедру и был первым доктором экономических наук в Сибири вообще. Он мог пригласить нас и сказать: «Сегодня к нам на лекцию приходит моя хорошая знакомая, которая съездила в Салехард к эвенкам по экспедиции. Она доцент и прочитает вам, как живут эвенки и почему они пьют живую кровь оленей». Или мог предложить нам послушать курс логики, которого нет в стандарте государственного образования. Такого же подхода придерживались и другие преподаватели: Михаил Павлович Евсеев, Зинаида Егоровна Сахарова. Эти «вольности» профессоров и негласное разрешение декана приводили к значительному расширению нашего кругозора, что, несомненно, важно для выпускника университета.
В России вуз дает тебе друзей, в Европе – бизнес-партнеров
Студенчество – это действительно хорошее время, чтобы получить знакомства и друзей. Например, я учился со своей будущей женой, жил с ней 5 лет в соседних комнатах общежития, а теперь уже 25 лет живу в одной квартире. В нашей группе человек 5-6 познакомились со своими женами в общежитии, это были люди с различных факультетов либо с разных курсов.
В общежитии было все: и шалости, и праздники, и дискотеки в коридорах. В «шестерку», где жил наш экономический факультет, внизу есть холл, в котором собиралась разношерстная толпа с разных факультетов и даже вузов Томска, мог прийти абсолютно любой. Даже потасовки заканчивались свадьбами. Сегодня же все труднее. Вчера на лекции студент мне ответил: мне легче подойти к пустой кассе с автоматизированной системой оплаты, чем к живому кассиру. И 30% группы его поддержали.
Я был старостой, получал в кассе университета стипендию на всю группу и потом выдавал по ведомости. У меня была специальная сумка: при инфляции в 90-е годы таскал килограммов пять бумажных денег. Правда, жить на стипендию можно было недолго: на недельку хватало.
Мы встречаемся охотно с теми, с кем учились и жили, каждые пять лет по традиции многие одногруппники приезжают, в том числе из-за границы: Австралии, Германии, Англии. После студенческой учебы заводить дружеские контакты очень трудно. Коллега, партнер – но не друг. Такой подход ближе к европейским университетам, где во время обучения обычно приобретаются будущие компаньоны, партнеры, инвесторы.
Поехал за знаниями, новыми для России
В конце моего третьего курса открылись границы. И в 1992 году у нас на экономический факультет поступило предложение: один профессор в Германии интересовался студентами из Восточной Европы. Так как я тогда входил в совет факультета и знал немецкий, мне предложили поехать учиться в Технический университет города Дортмунда на год. Заработал на билет, потом отстоял очередь в Московский МИД за загранпаспортом и визой в посольстве Германии, поменял остатки рублей на немецкие марки и из Шереметьево улетел за границу.
В Томске моим руководителем был Александр Петрович Бычков. А в Германии я обучался под руководством Хартмута Дитериха, причем не совсем по экономической тематике. Он был профессором пространственного развития – науки на стыке экономики, инженерной мысли и юриспруденции. Это трудно воспринять в России: в Германии земли мало, и каждый участок должен использоваться эффективно. Одним из направлений этой науки была оценка недвижимости, этим я и занялся.
Таких студентов, которые учились в Германии, к тому моменту было очень мало. Нас на весь университет Дортмунда было двое русских. Я сколотил первоначальный капитал в Германии: месячная стипендия там в рублях была равна бюджету всего факультета. Валютный курс настолько отличался, что я в Германии, когда покупал русскую газету, плакал, потому что тратил на нее сумму, равную томской стипендии.
Остаться в Германии возможность была: во время учебы ко мне поступило первое предложение стать гостевым профессором - приезжать и проводить там занятия, читать лекции. Моему руководителю было интересно, что в России творится и как я это расскажу здесь. Дома ждали друзья и родной вуз.
Когда на 4-м курсе я вернулся, меня к себе вызвал мэр Томска и спросил, что я изучал. Рассказ ему понравился, и я получил приглашение на работу в администрацию города. Мои знания оказались здесь востребованы: в России началась приватизация, мы помогали понять, какое здание сколько может стоить. Это была попытка (моя первая и единственная) работы в госструктуре: с окончанием вуза закончилась и моя работа в мэрии.
Я открыл бизнес в 90-е. Понимание как - пришло через 10 лет
Молодые выпускники-экономисты искали применения своим знаниям и начали активно продвигаться в бизнес: многие с нашего курса сразу открыли свои предприятия, я в том числе. Уже на 5-м курсе я работал на частный бизнес по вопросам оценки недвижимости. Рассказывал предпринимателям, например, как изменилась стоимость их недвижимости за год (тогда ее оценивал я же во время работы в мэрии). Все механизмы и методики были известны, и это подняло меня на волне знаний, которые я получил в Европе, которых здесь никто не имел.
В 90-е начать бизнес было очень просто. Первую свою фирму я открывал в мэрии: достаточно было в заявительном порядке принести свой устав, и тебя регистрировали. Я открыл консалтинг. Такие фирмы только начинались, так же, как и услуги оценки, аудита. Поэтому попытки открыть любой консалтинг – это был стартап, который воспринимался на ура.
Принцип, которого я придерживаюсь: ты не должен заработать сверхприбыль сиюминутно. Важно остаться с клиентом на постоянной волне. Именно тогда сиюминутная выгода превращается в репутацию, особенно необходимую в консалтинге. Нам удалось ее заработать и пойти в развитие: постепенно продавать начали не только недвижимость, но и другие активы: бизнес, товарные знаки, которые тоже требуют оценки стоимости.
Университет – это не про навыки
Параллельно я всегда оставался на кафедре. Мне было интересно рассказывать студентам основы, теоретическое осмысление западной экономики и практику воплощения в России. Позже это вылилось в защиту кандидатской диссертации, а затем и докторской. С точки зрения содержания было легко, а вот бюрократические моменты до сих пор остаются проблемными. Уже готовая диссертация должна пройти 7 кругов ада, чтобы быть защищенной, многие сегодня отказываются. К тому же в России она не приносит того же дохода, что в любой другой стране. И поэтому сейчас многие серьезные ученые уходят в практику и зарабатывают больше, чем в науке. Это серьезный минус, который меня удерживает на стыке бизнеса и образования.
Я считаю, что университет в первую очередь должен дать мировоззрение, культуру общения, а не навыки. Их дают техникумы и колледжи, а на более высоком уровне – технические вузы. Университетский выпускник – выпускник прежде всего с широкой культурой понимания общества, кругом мировоззрения, который может в каждую профессию проникнуть. Наши выпускники – экономисты могут работать в разных сферах: главными бухгалтерами, директорами фирм по управлению маркетингом, финдиректорами, замгубернатора или спикерами Думы. Университет мне дал возможность в любой сфере проявить понимание, культуру общения и знания. И это позволило мне стать не рядовым оценщиком или хорошим сотрудником, а руководителем. Конкретные навыки ограничили бы мое восприятие мира.
Сейчас стараются, чтобы выпускник университета, придя на работу, мог выполнить конкретный алгоритм. С точки зрения профессии это – идеальный рядовой сотрудник, но не управленец. Я вижу студентов, которые в массе своей четко выполняют какую-то индивидуальную задачу. Но как только ты им даешь более широкий круг – они теряются, не способны охватить картину целиком, что очень важно для университетского выпускника.
Я учу прежде всего взглянуть на любую ситуацию со стороны. Это очень важно – не оказаться внутри процесса и не иметь возможности из него выйти. Если у тебя есть эта возможность, ты видишь иную картину, способы ее изменить, получить что-то большее.