Посуда, из которой пил султан: как турок открыл в Томске кофейню и перевез в нее семейные реликвии
Однажды зимним утром Шах Ибодов сидел у большого окна кофейни, которую только-только открыл в Томске. Искрился снег, играла турецкая музыка, яркое солнце отражалось в посуде. Шах пил кофе, сваренный на песке, как принято на его родине. И вдруг подумал: «А ведь я дома!». Момент стал поворотным: Шах уже почти собрался уезжать обратно в Турцию, устав от холода… О том, как наш герой задержался в Сибири на 12 лет и откуда в кофейне взялся сервиз последнего османского султана, рассказываем в специальном проекте Томск.ру «Новая Родина».
Историю Шаха можно послушать в подкасте:
14 лет назад Шах Ибодов впервые приехал в Россию. Год отработав по контракту в московском ресторане, буквально бежал на родину с мыслью «Да никогда больше!..». Так и не смог сжиться со столичными жителями - напряжёнными, вечно бегущими, недружелюбными…
«Так получилось, что за время пребывания в России я потерял миграционную карту, и при вылете в аэропорту возникли некоторые проблемы. Я тогда сказал пограничникам: «Умоляю, депортируйте меня, чтобы я не смог вернуться в Россию!». По прилёту в Турцию натурально упал на колени и поцеловал землю», — с улыбкой вспоминает Шах.
Спустя два года в родной Анталии Шах, уже будучи студентом местного университета, случайно встретил человека, который рассказал о колледже в Томске, куда можно было поехать поучиться. Там была программа, где за три месяца учили кулинарному искусству, и в том числе карвингу (резьбе по фруктам и овощам), которым Шах увлекался. «Пройду курсы - и вернусь!» - решил Шах и поехал в загадочную Сибирь (на всякий случай - в большой компании).
«Ничего специально не читал про Томск, никак не готовился. Но здесь меня сразу покорили люди! Они другие - по сравнению с Москвой. Добрые, открытые, очень тепло нас приняли. Постоянно помогали, приглашали на разные мероприятия, чтобы мы включились в местную жизнь. Я нашёл друзей, которые стали моей второй семьей (и с которыми позже мы открыли свои проекты). Благодаря такому отношению решил остаться на полноценное обучение на несколько лет - был азарт изучить русскую кухню», - рассказывает Шах.
Шах Ибодов живет в Томске с 2010 года. В первую же зиму шарахнуло -40 на три дня, но испугаться он не успел: перед морозами занятия в колледже отменили, ребята запаслись продуктами и не выходили из общежития. Сейчас к погоде полностью адаптировался и даже в -30 иногда ходит без шапки.
Параллельно Шах продолжал обучение в институте в Анталии — заочно. В июне 2015 года должен был защищать диплом, для этого надо было ехать домой. Но за несколько месяцев до этого он с партнёрами открыл в Томске свой первый проект — кафе «Прованс».
«Мы вложили в него все имевшиеся деньги. А тогда как раз резко поднялся доллар, и средств оплачивать учёбу не осталось. Плюс совершенно не было времени: мы не могли позволить себе сотрудников, все делали сами. В шесть утра я заходил на работу, в 2-3 часа ночи выходил — нужно было создавать репутацию! Не бросишь же на полпути, нужно довести до конца, — рассказывает Шах. - В общем, в Анталию не поехал, и меня отчислили с пятого курса».
Чтобы закрыть, так сказать, гештальт с высшим образованием, Шах Ибодов поступил в 2017 году в Томский политех в Школу инженерного предпринимательства. И, таким образом, снова привязал себя к Томску минимум на четыре года. В июне этого года защитил диплом бакалавра по теме «Тайм-менеджмент персонала организации». Теперь собирается поступать в магистратуру…
«Мама в конце концов возмутилась: мол, каждый год собираешься возвращаться и все никак не вернёшься! Тогда сама к тебе еду! - улыбается Шах. - А когда два года назад перебралась сюда, то сказала: «Я в раю!». Она всю жизнь ненавидела жару, каждый день ела лёд из морозилки. Сейчас уехала в гости к родне, так звонит и жалуется: «Тут +50 градусов, зачем вообще поехала, жду-не дождусь возвращения в мой Томск». А год назад приехала сестра — просто повидаться, да так пока и осталась».
Открыв свой первый проект, Шах мечтал о полноценной турецкой кофейне. Даже писал на эту тему курсовую работу. Но, оказалось, мечтал непозволительно долго: к удивлению Шаха, ровно такую кофейню - под названием «Джезва» — открыл его одногруппник. Правда, через три месяца выставил ее на продажу. Шах увидел объявление через 30 секунд после публикации. В тот же вечер уладил дела о покупке.
Заполучив кофейню, Шах постарался обустроить там уголок настоящей Турции: музыка, меню, предметы интерьера… Но, пожалуй, главной фишкой стала посуда — семейные реликвии от мамы, которая была… правнучкой старшего брата последнего османского султана Мехмеда VI. В 1923 году перестала существовать Османская империя — ее сменила Турецкая республика. Большой семье султана новые власти жизнь сохранили — но страну вынудили покинуть. Предки Шаха Ибодова попали в Бухару и Самарканд, частично вернулись на родину после 1961 года.
«В наследство от деда маме досталась посуда, например, джезва, которой 112 лет, или серебряный сервиз, сделанный в Сараево в конце XIX века специально для дворца Топкапы (центральной резиденции султанов в Стамбуле; сейчас — популярный туристский объект). Вот, на донышке есть печать ЮНЕСКО — сервиз «жил» во дворце и из него пил султан, — рассказывает Шах. — Мы не стали прятать эти сокровища — они стоят в нашей кофейне и мы угощаем из них гостей. Турки верят, что посуда сохраняет энергетику хозяев, и мы даем людям возможность прикоснуться к этой мощи! Новая, современная посуда не дарит таких ощущений. Ведь в ней нет Истории».
В России джезву называют туркой. Традиционный турецкий кофе готовится на песке — джезву по горлышко опускают в раскалённый до 300 градусов песок, 40 секунд — и готово!
Сейчас большая часть родни Шаха Ибодова живет в Стамбуле. Он сам последний раз был в Турции в прошлом году. Приехал уже как турист — на две недели. В Анталии первым делом пошёл не на море, а по местным заведениям. Одно, второе, третье…
«Искал, чего бы интересного привезти в кофейню. Подсмотрел и потом реализовал у нас в меню две новинки: лахмаджун (жидкое тесто, сверху мясной фарш и свежие овощи) и кебаб-лаваш. Также наконец-то получилось сделать настоящее турецкое мороженое на козьем молоке: точный рецепт все владельцы заведений держат в секрете», — говорит Шах.
«Скучаешь по родине?» — самый, наверное, частый вопрос к Шаху. Он обычно отвечает: «Скучаю по земле». Но, уточняет, достаточно двух недель, чтобы впитать энергию родной земли. Из Турции его всегда тянет в Томск. «12 лет назад я приехал сюда и у меня не было ничего. Но этот город дал мне всё», — говорит Шах Ибодов.