Впервые за многие годы крупнейший лесной пожар в Тюменской области
И эту информацию скрывают… Пожара нет и в данных учёта статистики тушения.
Ситуация с пожарами как в регионе, так и по стране наглядно показывает, почему государство не может справиться с ландшафтными пожарами, и почему повторение крупных лесопожарных катастроф в Сибири и на Дальнем Востоке в 2021 году практически неизбежно.
Во-первых, из-за лжи. Государство просто не признает катастрофические ландшафтные пожары, а если пожар не признан, значит, у отвечающих за пожарную безопасность ведомств и служб просто нет оснований привлекать к его тушению сколько-нибудь значительные силы (тем более, что и желания, и самих этих сил, обычно тоже нет). Крупнейший лесной пожар, о котором идет речь выше, горит уже третьи сутки — с 15 апреля. По данным дистанционного мониторинга системы ИСДМ-Рослесхоз, площадь действовавших в Тюменской области лесных пожаров по состоянию на 00:00 по московскому времени 17 апреля 2021 года составила 58 тысяч гектаров, а суточный прирост пройденной огнем площади за 16 апреля — 35,6 тысяч гектаров. При этом в официальной сводке ФБУ «Авиалесоохрана», основывающейся на данных региональных диспетчерских служб, говорится, что «на 00:00 мск 17.04.2021 года на территории Российской Федерации действовало 17 лесных пожаров на площади, пройденной огнем, 288 га, по которым проводились работы по активному тушению, в том числе, 2 пожара на землях лесного фонда на площади, пройденной огнем, 55 га (Тюменская область)». Пожаров-отказников в так называемых «зонах контроля» — где правила разрешают лесные пожары не тушить — в сводке не отмечено ни одного ни в одном субъекте РФ. То есть в официальную сводку попало меньше одного процента от реальной площади действующих в Тюменской области лесных пожаров!
Во-вторых, из-за так называемых «профвыжиганий». Профвыжигания, они же контролируемые профилактические выжигания хвороста, лесной подстилки, сухой травы и других лесных горючих материалов, теоретически относятся к мерам пожарной безопасности — они должны обеспечить препятствия для распространения огня в виде выжженной земли на самых опасных направлениях и участках. Но чтобы огонь не убежал, и чтобы профвыжигание оказалось действительно безопасным, нужны примерно такие же силы и средства, как для тушения реального пожара такой же площади. Этих сил и средств почти никогда нет, просто из-за хронической нищеты и кадрового голода в лесном хозяйстве. Поэтому по факту «профвыжигания» обычно ничем не отличаются от простых хулиганских поджогов сухой травы. Более того — они служат мощнейшей рекламой таких поджогов: когда траву жгут те, кто теоретически должен охранять леса и другие природные территории от огня, никакие увещевания насчет осторожного обращения с огнем на остальных людей уже не действуют. В последние годы некоторые регионы отказались от проведения профвыжиганий — но не Тюменская область: она их по-прежнему и планирует, и проводит.
В-третьих, из-за системы штрафов, стимулирующей поджоги. В частности, за неиспользование сельхозземель по целевому назначению, одним из критериев которого является наличие на земельных участков лесной растительности, полагаются штрафы до 50 тыс. руб. с граждан и до 700 тыс. руб. с организаций, а через три года изъятие земли — и чтобы избежать штрафов, люди жгут сухую траву вместе с самовольно растущими молодыми деревьями. За нарушение требований пожарной безопасности, одним из критериев которого является наличие на земельном участке сухой нескошенной травы, полагаются штрафы до 4 тыс. руб. с граждан и до 400 тыс. руб. с организаций (в условиях особого противопожарного режима) — и чтобы избежать штрафов, люди тоже жгут сухую траву. Риск быть наказанным за лес или за сухую траву на своем участке многократно выше, чем риск попасться и быть наказанным за ее поджог, поэтому небольшие штрафы за выжигание сухой травы (1,5-4 тыс. руб. с граждан) мало кого останавливают.
В-четвертых, из-за неуклонно растущей вследствие травяных палов пожарной опасности. Регулярно горящие полуоткрытые (например, лесостепные, сельскохозяйственные) ландшафты с каждым годом становятся все более и более пожароопасными, независимо от того, горят они в результате хулиганских поджогов или профвыжиганий. Связано это с тем, что травяные палы убивают почти всю молодую древесную поросль и какое-то количество взрослых деревьев, делая территорию с каждым годом все более и более открытой, безлесной. А чем она становится более безлесной, тем большая доля солнечного света достается именно травянистой растительности, тем больше накапливается самого легкогорючего материала — сухой травы, тем быстрее и равномернее эта трава просыхает весной, и тем легче огонь разносится по ней ветром на огромные расстояния.
Все эти причины неудовлетворительной и в целом безуспешной борьбы с весенними ландшафтными пожарами вполне очевидны, но, к сожалению, здравый смысл сейчас очень не в почете у наших лесных законодателей и управленцев, поэтому ситуация из года в год почти не меняется.
На нижнем фото мы отчётливо видим зарево под Ишимом, однако администрация города даёт ответ, который мы приводим ниже.
Вот что пишет администрация Ишима: «Смог, который сегодня наблюдается на территории города, возник в результате дымового шлейфа. При этом возгораний на территории муниципалитета нет, пояснили в управлении по делам ГО и ЧС г. Ишима. Ситуация возникла из-за ветреной погоды и возможных возгораний на соседних территориях».
Вид на Подгору Тобольска 22 апреля
Напомним, в связи с пожароопасным периодом на территории Тюменской области с 23 апреля 2021 года постановлением губернатора введён режим повышенной готовности в Ишимском, Аромашевском, Сорокинском, Викуловском, Сладковском, Абатском, Казанском муниципальных районах и Голышмановском городском округе за исключением территорий населенных пунктов данных муниципальных образований.