Место, где решилась судьба всей войны

В послевоенных мемуарах маршал артиллерии Николай Воронов назвал поездку Верховного Главнокомандующего на Калининский фронт «странной, ненужной». Маленький русский город Ржев был освобожден еще 3 марта 1943 года. «Зачем надо было ехать столько километров по дороге, развороченной танками и тракторами, местами ставшей непроезжей, и остановиться в городке, далеко отстоящем от фронта? Видеть он отсюда ничего не мог». Но Сталин, 3–5 августа 1943 года проехавший по территории ржевско-вяземского выступа, своими глазами увидел то, что хотел увидеть: место, где решилась судьба всей войны. Непрерывные полуторагодичные бои у Ржева он ставил в один ряд с самыми значительными сражениями Великой Отечественной. Ожесточенные сражения — броня в броню, кость в кость — шли не за сам город, а за то, чтобы немцы с этого плацдарма не попытались вновь пойти на Москву. Германское командование стянуло подо Ржев две трети сил группы армий «Центр» и поставило эти мощные дивизии под начало лучшего боевого генерала вермахта Вальтера Моделя. Советскими фронтами командовали тоже лучшие — Георгий Жуков и Иван Конев. Четыре наступательные операции наших войск обошлись для обеих сторон катастрофическими человеческими потерями. Когда-то я брал интервью у поисковика, нашедшего для перезахоронения наших павших, и из его рассказа в мою память врезалась десятикилометровая траншея, доверху заполненная скелетами в истлевших шинелях. Лежали слоями. Летом прошлого года президент РФ Владимир Путин и его белорусский коллега Александр Лукашенко открыли Ржевский мемориал в честь Советского солдата. Это памятник не только героям битвы, а всем погибшим в смутные военные 1942–1943 годы. Смутные потому, что на всех фронтах тогда было настолько шаткое положение, что его могли нарушить две-три дивизии вермахта, переброшенные из-под Ржева к Ленинграду или Сталинграду… Но этого не случилось, потому что они нужнее были тут. Ржев стоял насмерть.