Обреченные на смерть

Как говорят врачи, работающие с коронавирусными больными, 99% - смертельных случаев от COVID-19 - это случаи, которые несут за собой пациенты с тяжелым фоном какого-то другого заболевания, например, сахарный диабет, онкология, цирроз печени, ожирение, ишемическая болезнь сердца, а также инкурабельные больные паллиативного характера. Им сложно бывает справиться с коронавирусом. Под этой формулировкой может скрываться все, что угодно, даже непродуманная организация медицинской помощи. Корреспонденту «Udm-Info» стало известно о двух летальных случаях пациентов с почечной недостаточностью, заболевших коронавирусом, которые скончались в Республиканской инфекционной клинической больнице не от COVID-19, а элементарно от того, что не получали адекватную гемодиализную терапию, необходимую при почечной недостаточности. Об этом изданию сообщил руководитель общественной организации «НЕФРО-ЛИГА» Александр Золотарев, и подтвердили родственники одного из скончавшихся пациентов и пациенты на гемодиализе, которые возмущены и напуганы случившимся. Как это случилось Рассказывает Юлия Косачева, дочь скончавшейся пациентки Ляпуновой Веры Аркадьевны, 56 лет: «Мама была пациенткой диализного центра с диагнозом хроническая почечная недостаточность. 9 июля 2020г. у мамы поднялась температура, а 10 июля ее не допустили до процедуры гемодиализа во избежание заражения других пациентов диализного центра. 11июля процедуру провели и поставили антибиотики, при этом сказали: «Если за выходные температура не спадет, то нужно вызвать врача на дом». 13 июля она так и сделала. Врачи приехали, осмотрели и сказали, что у нее обычная простуда, и уехали, выписав очередной рецепт антибиотиков. Температура так и не снизилась, и 16 июля она приняла решение самостоятельно пойти в поликлинику. Оттуда ее на скорой отправили в стационар 2-й городской больницы г.Ижевска с диагнозом двухстороннее воспаление легких. В стационаре у нее взяли тест на короновирусную инфекцию. 18 июля маму на скорой возили на процедуру гемодиализа в диализный центр в третью смену, когда меньше всего посетителей. 20 июля пришел результат теста на коронавирусную инфекцию, он был положительным. В этот же день ее перевели в Республиканскую инфекционную больницу Ижевска. Поступив туда, она поинтересовалась, сможет ли получать процедуры гемодиализа. Ей ответили: «Не переживайте, у нас есть аппарат, мы вам будем делать». 21 июля она позвонила и сказала: «Ты меня не теряй, меня повели в реанимацию для процедуры гемодиализа, это займет сутки». Я удивилась: «А почему не 4 часа?» Она ответила: «У них такой аппарат». 22 июля примерно в 18:30 по местному времени я до нее дозвонилась, она сообщила, что ей очень тяжело и плохо, диализ ей так и не смогли сделать, у врачей что-то не получилось. Ей сказали что пригласили врача из 1-й РКБ Ижевска, чтобы он посмотрел, что не так, и почему не получается сделать диализ. 23 июля еле живым голосом она пробормотала (слова были еле разборчивы), что ей вшили новую фистулу и сейчас будут снова пытаться делать диализ. Это был последний раз, когда я слышала мамин голос. 24, 25 июля я общалась только с врачами реанимационного отделения. Они мне говорили, что состоянии мамы тяжелое. Утром 25 июля мне сказали, что мама в крайне тяжелом состоянии и на грани подключения к ИВЛ. Вечером 25 июля примерно в 22:00 мне сообщили, что у мамы произошла остановка сердца, и она впала в кому. Но сердце удалось запустить, ее подключили к ИВЛ и продолжили диализ. Ровно через полчаса, в 23:29 мне сообщили о том, что наступила смерть». Юлия требует провести служебную проверку по факту смерти своей мамы, выяснить по чьей вине произошла смерть. «При посещении диализного центра в течении пяти лет, мама чувствовала себя нормально, она радовалась жизни. Оказавшись в РКИБ, ее не стало за неделю. Смерть наступила не от коронавирусной инфекции, а от почечной недостаточности», - объясняет она. Смерти этой не должно было случиться при условии правильной организации оказания медицинской помощи. Этот случай обозначил проблему – неготовность ковид-центров Удмуртии лечить почечных больных, зараженных ковид-19, обрекая их на смерть. Изолированный пациент Профильной комиссией по нефрологии министерства здравоохранения РФ утверждены методические рекомендации «Об организации мероприятий по предупреждению распространения коронавирусной инфекции (2019-nCov) в нефрологических (гемодиализных) центрах». В них четко сказано, что пациенты, находящиеся на программном гемодиализе, относятся к категории высокого риска, так как среди них преобладают мультиморбидные, ослабленные и маломобильные больные. Изменение режима диализа и пропуск процедур для данной категории пациентов угрожает стремительным развитием осложнений с летальным исходом. Субъектам предложено организовать региональный план маршрутизации «Порядок оказания диализной помощи пациентам, инфицированным COVID-19». На сегодняшний день остается непонятно, есть ли в Удмуртии четкая маршрутизация таких пациентов при подозрении на ковид. 30 июля «Udm-Info» и общественная организация «НЕФРО-ЛИГА» написали по этому поводу запрос в минздрав УР, но ответа пока не получили. Хотя по законодательству о СМИ ведомство должно было ответить нашему изданию в течение семи дней. По словам руководителя «НЕФРО-ЛИГИ» Александра Золотарева, при выявлении пневмонии, ОРВИ и др. признаков инфекционных заболеваний, пациент, получающий процедуру гемодиализа, госпитализируется в ГКБ №2. Далее, при положительном результате, его госпитализируют в РКИБ. При отрицательном - он остается в ГКБ №2. «Ни в ГКБ №2, ни в РКИБ нет соответствующей аппаратуры для проведения процедуры гемодиализа (аппараты ИП, система водоподготовки и водоочистки). В случае отрицательного результата на ковид пациент без проблем получает процедуру гемодиализа в том диализном центре, где он получал процедуру до инфекционной болезни. В случае, если пациент госпитализируется в РКИБ, то его изолируют. И в таком случае получить процедуру в других диализных центрах он уже не может. Почему маршрутизация прописана таким образом, остается только гадать. Почему пациенты с ковидом не госпитализируются в 1 РКБ, где есть отделение гемодиализа, почему, наконец, не отлажены механизмы взаимодействия с другими диализными центрами, которые готовы принять таких пациентов в 3-ю смену - большой вопрос. Предполагаю, что количество умерших таких пациентов на самом деле значительно больше. Все это может свидетельствовать лишь об одном – низком профессионализме и компетентности региональных чиновников, которые отвечают за организацию медицинской помощи в период распространения коронавирусной инфекции. Наплевательский подход к таким пациентам, попытка сэкономить на жизни таких людей – все это уже становится нормой. Остается открытым вопрос: «Понесет ли кто-нибудь ответственность из чиновников за такие действия, повлекшие к летальному исходу?» - комментирует ситуацию Золотарев По поводу аппарата, который стоит в республиканской инфекционной больнице он говорит: «В РКИБ установлен аппарат гемофильтрации, он не выполняет в полной мере функцию очистки крови от уремических токсинов и других вредных веществ, в отличие от аппарата "искусственная почка" для проведения гемодиализа, которого в РКИБ нет. Также нет системы водоподготовки и водоочистки, необходимых для проведения процедуры гемодиализа». Обращения В конце июля сразу после смерти Веры Аркадьевны Ляпуновой пациенты гемодиализных центров Ижевска и их родственники, обеспокоенные ситуацией, написали коллективное обращение главе Удмуртии Александру Бречалову и в республиканский минздрав с просьбой в максимально сжатые сроки организовать хотя бы палату для оказания полноценного гемодиализа на аппаратах высокопоточной очистки пациентам, зараженным COVID-19. Их обращение мы приводим полностью: «Мы, пациенты гемодиализного отделения, хотим донести до вас острую проблему, назревшую в связи с пандемией COVID-19. В нашей республике организовано два центра помощи больным COVID-19. Это Республиканская клиническая инфекционная больница и Завьяловская ЦРБ. Ни в одной из них нет аппаратов «искусственная почка», позволяющих провести терапию диализным больным. Аппарат , установленный в РКИБ, низкопоточный, предназначенный для лечения острой почечной патологии. Эффективность проведения диализа на нем в разы меньше, чем у обычных аппаратов, находящихся в диализных центрах Удмуртии. Для приведения показателя мочевины в норму на обычных аппаратах гемодиализа в диализных центрах требуется 4 часа, для достижения того же на аппарате в РКИБ – 12-24 часа. Недавно одна из пациенток гемодиализного центра Ляпунова Вера Аркадьевна, заразилась COVID-19 и была переведена в РКИБ. К сожалению, она умерла. По нашим данным, у нее был небольшой очаг пневмонии. По сути, она умерла от того, что не получала адекватную гемодиализную терапии. Сейчас в случае заражения пациента гемодиализного центра COVID-19 больной при получении кислородной поддержки и искусственной вентиляции легких остается без диализа. Отсутствие двух и более сеансов диализа приводит к накоплению жидкости, зашлаковыванию организма, повышению показателей мочевины, креатинина, калия в крови и смерти пациента. Транспортировка гемодиализного больного, зараженного ковид-19, из одной больницы в другую не всегда возможна. Принимается во внимание состояние больного. Транспортировка – это ухудшение состояния больного, риск заражения врачей скорой помощи, врачей диализного центра, других пациентов, получающих диализ. Гемодиализные центры – это учреждения амбулаторного оказания помощи. В них затруднена организация постоянного наблюдения за больными. Поэтому мы просим, организовать отдельный центр или палату для оказания полноценного гемодиализа на аппаратах высокопоточной очистки пациентам, зараженным COVID-19. Сделать это необходимо в максимально сжатые сроки, так как риск заражения высок, а пациент гемодиализного центра, не получающий поддерживающую терапию на аппарате «искусственная почка», оказывается обреченным». «Пациенты напуганы, они нервничают, я вижу это по своей маме», - говорит Виктория Голубева, дочь одной из пациенток – Ольги Николаевны Курбановой. Сама Ольга Николаевна называет все происходящее нехорошей историей. «Мы пришли к выводу, что нас по одному тихо будут убивать, - говорит она. - Понимаете, если нам не делать гемодиализ, мы умрем за две недели, а некоторые, может, и за неделю. Потому что у нас в организме нет естественного оттока воды. Аппарат, который установлен в инфекционной больнице, нам не подходит. Об этом мы написали в обращении главе Удмуртии. Но нам сказали, что наше обращение могут рассматривать 30 дней. У нас нет этого времени! Три дня нам не делают диализ, и процесс уже необратим. А они рассматривают наши обращения, месяц, и это для них в порядке вещей». Всё под контролем? После того, как стало известно о том, что обращение Бречалову спустили в минздрав и оно легло на стол заместителю министра здравоохранения УР Никите Свирину, дочь одной из пациенток на гемодиализе Светлана, обратилась к нему в соцсетях. «Он мне ответил, что держит ситуацию под контролем, что данный аппарат у него находится под контролем», - говорит она. Сразу после этого, 5 августа, в РКИБ умирает вторая пациентка на гемодиализе, а третья, по словам пациентов диализных центров и их родственников, находится при смерти. Сегодня стало известно о том, что еще одна пациентка с почечной недостаточностью отправлена во 2-ю городскую больницу с подозрением на пневмонию. Есть опасение, что в случае подтвержденной коронавирусной инфекции, она попадет по тому же маршруту в Республиканскую клиническую инфекционную больницу на Труда, где нет необходимого оборудования для полноценных процедур гемодиализа.