"Вести" побывали в единственном в Башкирии отделении детской челюстно-лицевой хирургии

В России ежегодно появляется на свет порядка 20 тысяч новорождённых с врождёнными пороками губы и нёба. В единственном детском отделении челюстно-лицевой хирургии в Башкирии, всего 7 врачей занимается лечением около 1300 детей в год. Здесь же и проводят операции по исправлению, так называемых, дефектов заячьей губы и волчьей пасти. Наш корреспондент Павел Проломов побывал в Республиканской детской клинической больнице, чтобы своими глазами увидеть ювелирную работу челюстно-лицевых хирургов.

Больничное утро 15-летний Саша встречает вместе с мамой. День ответственный, поэтому поддержка близкого человека как никогда важна – предстоит операция по закрытию дефекта - расщелины на нёбе. Хирургическое вмешательство не первое, поэтому юноша спокойно проходит на премедикацию в процедурный кабинет, и, кажется, оператора с камерой боится больше, чем врача. Мама тоже держится стойко, но по глазам видно – всё же переживает.

Надежда Рощина, мама Александра Рощина:


“- Третья операция на нёбо. То, что ткани не совмещаются. Из-за этого. У нас это – наследственное, получается. От первого брака.

- У мужа тоже было?

- Да.

- А муж, в конечном итоге как?

- В младенческом возрасте ему сделали операцию в Москве”.


После введения подростка в состояние наркоза, хирургическая бригада приступает к операции по пересадке лоскута с языка. Он и закроет пустоту на нёбе. У скальпеля – профессор Наиль Давлетшин, хирург с 40-летним врачебным стажем. Несколько часов кропотливой работы и вот, пациенту уже накладывают швы.

Анна Билак, челюстно-лицевой хирург РДКБ:


“Реабилитация будет проходить примерно около двух недель. Далее – ребёнок будет спокойно кушать уже сам. И в дальнейшем мы планируем ортодонтическую реабилитацию. После этого уже целостность зубочелюстной системы верхней челюсти будет восстановлена полностью”.


Подобные вмешательства – редкость, одна-две в год. Однако операций, связанных с устранением расщелин нёба и губы, немало - здесь их делают около 300 за тот же период. Что неудивительно - по статистике в Башкортостане 1 из 750 детей рождается с подобной проблемой.

Павел Проломов, корреспондент:


“Целью проведения операции на расщелине нёба является не только реконструкция анатомической целостности, но и восстановление жизненно необходимых функций, чтобы ребёнок элементарно есть и внятно разговаривать”.


Маленький Самир пока восстанавливается, операцию сделали только два дня назад. При рождении у него была расщелина как на губе, так и на нёбе. Врачи основную часть дефектов устранили, далее восстанавливали архитектуру носа и губы.

Эльвира Мустафина, мама Самира Мустафина:


“Всё нормально, тфу-тфу-тфу. У докторов – золотые руки, спасибо им большое. У нас ещё на нёбе остаётся расщелина немножко. И вот следующая операция будет, когда сами доктора скажут. Наверное, не раньше года, через год”.


Ещё одна частая проблема уже не имеет врождённый характер. Бывает, поступают пациенты с укусами. Причём нападают на детей не только бродячие, но и домашние собаки.

Исмаил Исмаилов, челюстно-лицевой хирург РДКБ:


“В среднем, через отделение челюстно-лицевой хирургии проходит около двухсот случаев укушенных ран. Это необязательно большие укушенные раны. В основном, это мелкие. Но так как укушенные раны они не очень чистыми являются – они подлежат обязательной госпитализации. Башкирия является эндемичной зоной по бешенству, поэтому им обязательно ставят прививки от бешенства”.


Служба челюстно-лицевой хирургии оказывает самую разную помощь не только детям из Башкирии, но и малышам из других регионов России, которые специально приезжают в Уфу на лечение.

Хадья Аюбов, заведующий отделением челюстно-лицевой хирургии РДКБ:


“В год примерно в отделении челюстно-лицевой хирургии получают лечение дети до 18 лет. Около 1200-1300 человек. Примерно тысяча детей получает оперативное лечение, остальные – медикаментозное консервативное лечение”.


Такая хирургическая служба, где дети могут получить специализированную помощь, единственная в республике. Несмотря на возникающие трудности и значительный поток пациентов, семеро врачей отделения со всем справляются. И видят в своей работе исключительное призвание - говорят: “Кто, если не мы?”.