«Денег мне не надо, просто хочу встретиться с людьми»

В этом году исполняется ровно полвека уникальному событию в истории Владивостока – незапланированному, но весьма плодотворному визиту в наш город культовой фигуры советской эпохи, знаменитого актера и барда Владимира Высоцкого. Вообще, тема «Высоцкий и Дальний Восток» мало исследована, но крайне интересна. Несмотря на отдаленность региона от Европейской России, история путешествий Владимира Семеновича на далекую окраину тесно связана с его актерской биографией, хотя связь эта не всегда явная. Специально для «В» о том, что привело Высоцкого на Дальний Восток в город нашенский, рассказывает историк, действительный член Русского географического общества Сергей Корнилов. 

Известные и неизвестные подробности визитов Владимира Высоцкого на Дальний Восток

Первое, виртуальное, путешествие на тихоокеанскую окраину Высоцкий совершил еще в начале 1960-х, когда в его репертуаре появилась песня блатного цикла «Мы прибыли этапом в порт Находка…». Позже в одной из песен он упоминает Хабаровск, но ни в Хабаровск, ни в Находку он так и не доехал. На Дальнем Востоке Высоцкому суждено было гостить в двух городах – во Владивостоке и Магадане.

Магадан: «Лечу туда, где принимают»

Весной 1968 года у Высоцкого заканчивались съемки в фильме «Служили два товарища». Картина снималась осенью 1967-го, но из-за форс-мажора съемки не удалось окончить. Причина – запои киногруппы, в которых участвовали Янковский, Высоцкий и режиссер фильма Евгений Карелов. В результате ночных загулов Высоцкий во время съемок упал с лошади, Янковский попал в вытрезвитель, а режиссер оказался в реанимации. Экспедицию пришлось свернуть и отложить съемки до следующей весны.

23 марта 1968 года Высоцкий должен был лететь в Одессу, но Одесса не принимала по причине непогоды. Устав сидеть в аэропорту, Высоцкий отправился в справочную, чтобы узнать, какие аэропорты принимают. Там ему ответили, что ближайший рейс отправляется в Магадан. Недолго думая, Владимир Семенович поменял билет и полетел на Колыму. Произошло точно как в песне «Москва–Одесса»: «Мне это надоело, черт возьми, и я лечу туда, где принимают», хотя по сюжету песни Магадан тоже был закрыт. Казалось бы, поступок безумный, но в нем была своя логика.

Дело в том, что в это время в Магадане жил и работал его друг поэт Игорь Кохановский, тот самый, что в молодости учил его играть на гитаре. Как рассказывал Игорь Кохановский, ему в то время захотелось поменять профессию (он работал инженером-строителем). Он писал стихи, песни и хотел поступить в Литинститут. В начале 1960-х он написал знаменитую песню «Бабье лето», ее исполняли Клавдия Шульженко, затем Высоцкий и другие. Но поступить в Литинститут, а тем более напечатать собственную книжку было нереально. В газете «Московский комсомолец», где он публиковался, ему посоветовали: «Если менять профессию, надо начинать не с московского, а с «Магаданского комсомольца». Мол, езжай в Магадан – сразу выпустишь книжку. Вернешься – вступишь в Союз писателей (впоследствии так и произошло)…

Прилетев в Колымский край, Высоцкий пришел в редакцию «Магаданского комсомольца», но Кохановского там не было, телефона его никто не знал. Зато дали телефон Нины Кошелевой, с которой Высоцкий познакомился в Москве и знал, что она из Магадана. Она разыскала Кохановского и накрыла стол у себя в квартире. Высоцкий пел всю ночь, а утром друзья отправились бродить по Магадану. Они пробовали найти в городе хоть какой-нибудь зал для выступления Высоцкого, но никто не рискнул взять на себя ответственность.
В тот же день в магаданский театр имени Горького пришла телеграмма из Одессы: на киностудии разыскивали Высоцкого и требовали срочно прибыть на съемочную площадку. 26 марта он вылетел в Одессу, и съемки «Двух товарищей» наконец завершились. Роль поручика Брусенцова в этом фильме Высоцкий считал своей лучшей работой в кино. 

О Магадане Высоцкий упоминает в нескольких песнях: двух, посвященных Игорю Кохановскому – «Мой друг уехал в Магадан», «У меня приехал друг из Магадана», и других – «Ты думаешь, что мне не по годам», «Москва – Одесса». В этом смысле городу повезло. О Владивостоке он спел только в одной. А косвенно еще и в песне «Про речку Вачу», где речь идет о китобоях: «Под собою ног не чую, и качается земля, третий месяц я бичую, так как списан подчистую с китобоя-корабля…»

С другой стороны, Владивостоку повезло больше, ведь у нас Высоцкий побывал два раза (а по некоторым версиям, три). Кроме того, здесь Высоцкому удалось сделать то, что не получилось в Магадане, – найти зал для выступлений и дать серию концертов, легенды о которых в городе у моря передаются из поколения в поколение. Почему легенды? Дело в том, что визит во Владивосток, как и в Магадан, был незапланированным и случился волею обстоятельств, в некотором роде мистических.

Владивосток: первый заход

Известно, что во Владивосток Высоцкий попал благодаря китобоям. Произошло это зимой 1971 года, а привез его сюда Борис Чурилин – электромеханик с китобойного судна «Дружный».

Высоцкий и Чурилин познакомились в Москве зимой 1971 года. По одной из версий, Борис Чурилин кутил в московском ресторане «Арагви», куда он попал на спор из одноименного ресторана во Владивостоке, где забился, что сможет напиться за один день в двух «Арагви» – владивостокском и московском. По другой версии, прогуляв в столице все деньги, Чурилин попал в безвыходное положение и нашел только один способ достать деньги на обратный билет. Он взял свои джинсы, приобретенные в Сингапуре, и отправился на барахолку. Там их и купил у него Высоцкий. Потом они решили обмыть сделку и в конце концов очутились во Владивостоке. Произошло это в феврале 1971 года.

Об этом визите известно мало, поскольку был он кратковременным и неудачным. Высоцкий запил, почувствовал себя плохо и провалялся в квартире Чурилина на Колхозной, 30 (ныне Семеновская). Пришлось даже вызывать «скорую».

В дневнике Валерия Золотухина, партнера Высоцкого по театру на Таганке, об этом есть запись: «19 февраля 1971 года. Володя во Владивостоке, улетел к китобоям. Сказал Митте (кинорежиссер. – Прим. авт.) – на 5 дней. Объяснил так: «Принимая депрессант, я не могу репетировать…» 27 февраля 1971 года. Володя вернулся из своих странствий, во всю силу вкалывает. Вчера, говорят, была хорошая, даже гениальная репетиция».

 Эту запись надо расшифровать. Дело в том, что 1971-й – год премьеры знаменитого спектакля «Гамлет» на Таганке. 11 января состоялась первая, неудачная репетиция. У Высоцкого был нервный срыв. Что было причиной, не совсем ясно, возможно, переволновался, ведь роль Гамлета считается вершиной карьеры любого артиста, и не каждому удается ее сыграть. Кроме того, наложился кризис среднего возраста – в январе 1971-го ему исполнилось 33 года. Возраст Христа Высоцкий встретил в больнице. В феврале репетиций не было, он был на реабилитации, но, как теперь выяснилось, не отлеживался дома, а оказался во Владивостоке. 

Весной репетиции «Гамлета» продолжились, а 22 мая, во время очередной репетиции, на сцену упала металлическая конструкция. По счастливой случайности никто не пострадал, но премьеру спектакля, намеченную на июнь, отложили до осени. Это ЧП сыграло решающую роль в том, что летом 1971 года у Высоцкого появилось свободное время и он снова нанес визит в город у Тихого океана.

«Здравствуйте, я – Высоцкий»

Владимир Семенович прилетел во Владивосток утром в среду, 30 июня 1971-го. Вопрос с въездом в закрытый город решился просто. Чурилин встретил Высоцкого в аэропорту и на такси привез на свою квартиру на Колхозной. Никаких приглашений и разрешений на концерты у Высоцкого не было, и то, что этот визит и выступления состоялись, было невероятной удачей – как для Высоцкого, так и для владивостокцев.

В этот раз Чурилин, помня о неудачном визите в феврале, не стал устраивать застолья, а сразу повез гостя во Дворец культуры моряков, что находился в нынешнем Пушкинском театре (ДКМ на Эгершельде построили позже).

Директор старого ДКМ Анатолий Белый вспоминал: «Борис еще раньше говорил мне, что хочет пригласить Высоцкого, хорошо бы ему устроить концерты. У ДКМ была определенная свобода – мы были на хозрасчете: бюджет выделял зарплату, а там сами крутитесь как знаете. И вот ко мне в кабинет заходит парень – в светлой куртке, в кепке – и говорит: «Здравствуйте, я – Высоцкий». А я в лицо его не знал, только по записям. «Какой Высоцкий? Тот самый?» – «Да. Я сейчас в отпуске, приехал в гости, хотелось бы встретиться с моряками». Я говорю: «Отлично, будем работать, только как это сделать? Надо подготовиться, рекламу… Народ кто на дачах, кто где…» Он говорит: «А вы просто напишите на листе: «Встреча с актером театра и кино Владимиром Высоцким» и повесьте. Я сюда не зарабатывать приехал, а в гости, денег мне не надо, просто хочу встретиться с моряками». Он ушел. А я подумал, что надо бы все-таки и ему заработать, и самим как-то поправить положение. Вызвал кассира, велел открывать кассу. Дал задание художнику, тот на листе ватмана написал текст и вывесил афишу на Ленинской напротив остановки «ДВПИ» – там, где и сейчас стенд Пушкинского театра. Вот и вся реклама… Мы вернулись в ДКМ, а попали туда уже с трудом: на улице у окошка кассы было столпотворение! Мы еле пробились внутрь».

В этот вечер, 1 июля, состоялся первый концерт. 

Если что, партбилеты к вам не вернутся…

Большую помощь Высоцкому с концертами оказали профсоюзный босс моряков Вячеслав Романюк и секретарь парткома ДВМП Анатолий Пилипенко. Они пошли в крайком партии и добились встречи с первым секретарем Виктором Ломакиным. Тот сказал: «Значит, так. Считайте оба, что свои партбилеты вы положили мне на стол. Если на концертах Высоцкого будет какое-нибудь ЧП, какая-нибудь антисоветчина, партбилеты к вам не вернутся». Они пообещали, что все будет нормально, и крайком концерты разрешил.

Хотя все же первый концерт Высоцкого был не в ДКМ, а на теплоходе «Феликс Дзержинский». Капитан теплохода Николай Свитенко вспоминал об этом: «Позвонили из пароходства: «Николай Иванович, по плану культурно-массовой работы мы направляем к вам артиста, организуйте встречу с экипажем». Сохранилась фонограмма этого концерта. Песни были из обычной программы, но кое-что было особое. Дело в том, что, пока Высоцкий летел во Владивосток, ночью произошло ЧП. При спуске на Землю погиб экипаж космической станции «Салют» в составе космонавтов Добровольского, Волкова и Пацаева. В начале концерта Высоцкий сказал: «Почти всегда лучше всего начинать с песен военных. Во-первых, чтобы отдать дань воинам, которые погибли, и потом – сегодня еще у всех такое настроение… в память о погибших космонавтах. Я с ними со всеми дружил, их знаю и поэтому… Сегодня я в первый раз узнал об этом во Владивостоке. Я же летел и не знал ничего…»

 В память о погибших космонавтах Высоцкий исполнил песню о летчиках «Як-истребитель», а на следующий день сочинил стихотворение «Я б тоже согласился на полет». На других концертах он тоже говорил о космонавтах и читал это стихотворение. Возможно, эти слова и стихи вызвали особые эмоции у владивостокцев, в том числе работников горисполкома, которые в том же 1971-м приняли решение назвать улицы именами Добровольского, Волкова и Пацаева в новом микрорайоне на Тихой…

2 июля Высоцкий пришел в крайисполком для разговора о дальнейших концертах. Его просили подождать в приемной, пока подойдет Майя Афиногенова, завсектором культуры.

Позже она вспоминала: «В приемной сидел паренек в кепочке. Я прошла мимо в кабинет, спросила: «А где Высоцкий?» – «Он сидит в приемной». Мы его позвали в кабинет. Начальник спрашивает: «Как же так, Владимир Семенович, у вас нет гастрольного удостоверения, утвержденного репертуара? Как нам быть?» Но я понимала, что концерты надо разрешать. Запрещать глупо – все моряки уже знали, что он в городе, неизвестно, что могло произойти. Я спрашиваю: «Какова ваша программа, какие песни вы поете?» Он стал перечислять. Я говорю: «Очень хорошо. Вот это все и напишите, а мы утвердим в качестве репертуарного списка, и работайте». Мы пожали друг другу руки, и я ушла.

Вечером 2 июля в ДКМ было два концерта – в 19 часов и в 21 час. Мы с Белым больше всего боялись за балкон, я говорила, чтобы он следил, чтоб не набивалось туда много людей, а то балкон рухнет. Высоцкий отработал отлично! Было много цветов… На сцене был совершенно другой человек, артист. Энергетика мощная! А тогда, в кабинете, – обычный мужичок. Он и по городу ходил – его и не узнавал никто. Надвинул кепочку – и пошел…»

А деньги достались Фонду мира…

Помимо ДКМ и теплохода Высоцкий дал во Владивостоке несколько квартирников. Один из них прошел в гостях у капитана «Феликса Дзержинского» Николая Свитенко на Бестужева, 20. Там праздновали день рождения жены капитана Светланы.

Николай Свитенко вспоминает: «Я хорошо помню, что Володя пришел ко мне с хорошим настроением. Стол был уже накрыт. 2 июля у моей жены день рождения. Высоцкий был у меня дома часов в 14-15, много пел. При этом не выпил ни единой рюмки. Вообще, во время этого визита во Владивосток он не пил совершенно. На мой вопрос ответил: «Коля, я или пью, или работаю. Сейчас мне надо поработать». Во время застолья пришли Чурилин, Белый и кто-то еще. Пока сидели, шел разговор о предстоящем вечернем выступлении Высоцкого в ДКМ. Белый говорил о трудностях, связанных с получением разрешения на выступления. Были проблемы и по оплате. Но в конце концов все утряслось». 

3 июля в типографии отпечатали пригласительные билеты для работников пароходства. Очевидцы вспоминают, что 2, 3 и 4 июля в ДКМ было не протолкнуться: толпы жаждущих увидеть и услышать Высоцкого осаждали Дворец культуры, у входа спрашивали лишние билетики, которых, конечно, не было. Дело осложнялось тем, что часть зрителей, побывавших на концерте в 19 часов, пыталась остаться в зале на девятичасовой концерт. Их пришлось выводить с милицией.

Анатолий Белый вспоминал: «Концерты разрешили с условием, что все вырученные деньги будут перечислены в Фонд мира. Стало понятно, что заработать нам не дадут, и тогда мы с Володей составили договор, по которому передаем деньги в Фонд мира, чтобы начальство их не забрало себе. На следующий день после всех концертов, в понедельник, меня вызвали на ковер. Мы с кассиром пересчитали выручку, я отнес деньги на почту, отправил и пошел к начальству. Там мне говорят: «Денежки вырученные будьте любезны нам отдать!» Я говорю: «Вот договор и квитанция – деньги перечислены в Фонд мира».

В общей сложности с 1 по 4 июля в ДКМ Высоцкий дал шесть концертов. 1-го и 4-го – по одному, а 2 и 3 июля – по два концерта, в 17 и 19 часов.

«Конечно, я понимал, что он прилетел и улетел за свой счет и работал плотно, поэтому надо что-то сделать, – вспоминал Анатолий Белый. – Я ему сказал: «Володя, мы постараемся как-нибудь тебе переслать деньги». А он говорит: «Да не надо ничего, мне просто интересно было встретиться с людьми».

Память с нами

В 2001 году, к 30-летию приезда Владимира Высоцкого во Владивосток, в Пушкинском театре, в зале, где он выступал, состоялся в честь этого юбилея концерт, а на здании театра открыли мемориальную доску. Она была с ошибками – неправильно написали даты концертов. И через пять лет ее заменили. 29 июня 2006-го была открыта новая мемориальная доска. Открывал ее сын поэта Никита Высоцкий. 

В 2013-м по инициативе работавшего тогда главой Владивостока Игоря Пушкарева в сквере рядом с театром имени Горького был открыт памятник Владимиру Высоцкому работы скульптора Петра Чегодаева. Высоцкий сидит с гитарой на ступенях амфитеатра, на одной из них выбита надпись: «Открыт закрытый порт Владивосток…» Рядом была скрытно установлена звуковая аппаратура, по которой первые несколько лет круглосуточно транслировали песни Высоцкого. Сейчас их включают в особых случаях и в памятные дни: 
25 января и 25 июля, в день рождения и день смерти артиста, над Владивостоком плывут его пронзительные песни – так же, как это было в далеком 1971-м. 

Сергей КОРНИЛОВ, ведущий проекта «Объяснения» Владивостокской централизованной библиотечной сети

В материале использованы воспоминания участников событий, собранные бардом Андреем Земсковым, а также фотографии корреспондента газеты «Красное знамя» Бориса Подалева и оператора Дальтелефильма Петра Якимова