Чехов и Сонька Золотая Ручка встретились на Платоновском фестивале в Воронеже

Театр, в котором ставят только те пьесы, что ранее не имели сценического воплощения, побывал на гастролях в Воронеже в рамках Платоновского фестиваля искусств. «Школа современной пьесы» сыграла для фестивальной публики два спектакля – «Все тут.» режиссера Дмитрия Крымова и «Фаина. Эшелон» Иосифа Райхельгауза. «Горком36» побывал на показе постановки Крымова, которая посвящена его знаменитым родителям.

Спектакль «Все тут.» создан по мотивам пьесы Торнтона Уайлдера «Наш городок», и режиссер использует этот текст как отправную точку для погружения в прошлое и новой встречи с ушедшими родителями – режиссером Анатолием Эфросом и театральным критиком Натальей Крымовой.

На фоне строгого пространства сцены выделяется тяжеловесная дверь с разбитыми стеклами, за которыми в мягком свете, словно видения из прошлого, возникают лица – каждое из них каким-то образом связано с личностями родителей Дмитрия Крымова. Когда двери распахнутся, режиссер пригласит зрителей в свою память, хотя чего-то глубоко личного и сокровенного он не расскажет: вся эта история про театр, который возникает подобно чуду и остается навсегда в сердце.

Поставить спектакль о родителях Дмитрию Крымову предложил художественный руководитель московского театра «Школа современной пьесы» Иосиф Райхельгауз. Как говорит он сам, просто позвонил и сказал: «Ты должен. Только не говори сразу «нет». Подумай». И на следующий день режиссер уже поделился с Райхельгаузом своими идеями.

В постановке переплетается прошлое и настоящее, и ее структура такова, будто сам Дмитрий Крымов то и дело возвращается к началу, пересматривая те или иные фрагменты жизни. Только в следующей сцене уже нет рядом папы, а еще через сцену – мамы…

Американский спектакль по пьесе «Наш городок» Дмитрий Крымов впервые посмотрел вместе со своими родителями в 1975 году, и это стало для него мощнейшим впечатлением, которое и определило его выбор профессии. А уже в 1987 году в Москве показали спектакль Резо Габриадзе по той же пьесе, который грузинский режиссер посвятил памяти ушедшего из жизни Анатолия Эфроса.

– Это спектакль про память. Ты просто руку запускаешь в воспоминания, а там их куча. Конечно, Дмитрий Крымов делает про свое, но понять из этой истории что-то важное для себя может каждый человек, – считает актриса, исполнительница роли завлита Нины Скегиной и Соньки Золотой Ручки в этом спектакле Мария Смольникова.

В спектакль вплетены и те воспоминания о жизни, которые могли стать реальными, но не состоялись. Крымов решает показать сцену из своего несостоявшегося спектакля, которая могла бы получиться интересной, дойди она до зрителя – это встреча двухметрового Антона Чехова с Сонькой Золотой Ручкой. Закованная в цепи Мария Смольникова играет фантастически (и это не ради красивого словца), в какой-то момент приходит понимание, что перед тобой и вправду преступница. А ее Нонна Михайловна в золотом пиджаке – воплощение молодой матерящейся старухи с прокуренным голосом, становится образом почти реальным, за исключением некоторых деталей. Отступления от них были намеренными, чтобы сохранить театральную условность.

– Я беру ее речевую и характерную похожесть, а от парика, который мы изначально хотели, мы отказались – было слишком похоже. Когда я расспрашивала тех, кто знал Нонну Михайловну, мне сказали, что она была талантливой матершинницей. Для нее это было как творчество, эту сторону ее личности я до конца не смогла освоить, хотя она тоже нашла отражение в спектакле, – рассказывает Мария Смольникова. – Что касается роли Соньки, то мне очень нравится это превращение. Крымов берет эту сцену из прошлой жизни, которая не состоялась, и делает ее состоявшейся. Это интересно, когда можно взять разбитое судно, бриллиант, который не был огранен, и привнести его в новый спектакль, чтобы тот все-таки обрел жизнь.

По сцене во время спектакля летают живые «декорации» – голуби, словно весточки памяти или символ настоящего, которое буквально «улетает», становясь прошлым. В начале спектакля, видимо, как метафора того, что Дмитрий Крымов впускает нас в свой дом, на сцену должен был выйти кот – но такие артисты очень капризные. На сцене актеры бьют сырые яйца и после виртуозного танцевального дуэта с рыбой (в исполнении актера Владимира Шульги) убивают рыбу (разумеется, сшитую художником) из пистолета. В финале над сценой возвышается мост – кладбищенский погост с людьми, которые ушли, но навсегда останутся в памяти. Все тут.

– Крымов долго искал тон этого спектакля. И, на мой взгляд, эта работа композиционно как-то очень неграмотно построена, но в этом заключается и парадокс, что в итоге получается стройное произведение, – говорит Владимир Шульга.

Фото Андрея Парфенова