В России просят разрешить частичное донорство в программах суррогатного материнства
Российская ассоциация репродукции человека (РАРЧ) предлагает разрешить парам, состоящим в зарегистрированном браке, использовать донорские половые клетки в программах суррогатного материнства. Соответствующее обращение РАРЧ направила первому заместителю председателя комитета Госдумы по вопросам семьи, женщин и детей Татьяне Буцкой, рассказал президент ассоциации Владислав Корсак. Буцкая сказала, что письмо не получала, но ей о нем известно.
В 2022 г. президент России Владимир Путин подписал закон, разрешающий пользоваться услугами суррогатного материнства только российским семейным парам и россиянкам, которые не могут родить сами по медицинским показаниям. Теперь, если пара решила воспользоваться услугами суррогатной матери, яйцеклетки должны быть получены от генетической матери будущего ребенка, а сперматозоиды – от генетического отца. Случаи, когда один из супругов не может предоставить собственные половые клетки, законом не рассматриваются.
В своем письме репродуктологи пишут, что изменения в закон фактически ввели «запрет на использование в программах суррогатного материнства донорских половых клеток для лиц, состоящих в зарегистрированном браке». Это, по их мнению, противоречит политике государства, в основе которой лежит защита интересов семьи и поддержка рождения детей. В частности, это является «прямым нарушением ст. 5 п. 3 закона об охране здоровья, в котором говорится о том, что «государство гарантирует гражданам защиту от любых форм дискриминации, обусловленной наличием у них каких-либо заболеваний», сказано в письме.
Согласно соответствующему приказу Минздрава, показанием для донорства половых клеток является отсутствие или неполноценность яйцеклеток у женщины или сперматозоидов у мужчины, а также риск передачи генетических заболеваний потомству, говорится в письме. Но возможности использования суррогатного материнства ограничены наличием среди показаний невозможности родить самостоятельно.
Запрет лишил пары с тяжелой формой бесплодия (например, если женщина в результате болезни лишилась матки и яичников) шанса на создание полноценной семьи, говорит юрист адвокатского бюро Asterisk Софья Волкова. По ее мнению, он является чрезмерно жестким и дискриминирует семьи, которые хотят иметь ребенка и даже готовы платить за дорогостоящие услуги репродуктологов и суррогатных матерей. Запрет также противоречит демографической политике РФ, которая направлена на увеличение рождаемости, добавляет юрист.
С проблемой юридической неопределенности одновременного использования донорства клеток и суррогатного материнства акушер-гинеколог Юрий Сорокин сталкивался на практике. Например, супруги 53 лет, у которых погиб единственный сын, пожелавшие вновь родить, не смогли воспользоваться услугами суррогатной матери в России, имея только половые клетки мужа, в связи с поправками в закон. Врачи были вынуждены посоветовать пациентам направиться в сопредельное государство, где закон более лоялен к таким парам, рассказал он.
В июле 27 семей из разных регионов страны направили письмо президенту с просьбой внести изменения в закон, разрешив использование донорских половых клеток для одного из супругов в программе суррогатного материнства при наличии медицинских показаний. Пары также предоставили копии отказов медицинских организаций от проведения услуг одновременного частичного донорства и суррогатного материнства с отсылкой на принятый закон. «Чтобы стать родителями (следуя абсурдности формулировок закона), нам надо разрушить свою семью – расторгнуть брак для поиска другого, полноценного в репродуктивной сфере партнера или стать матерью-одиночкой. Почему одинокой женщине разрешено воспользоваться донорским материалом, а семье – нет?» – пишут семьи в своем обращении к президенту. Они добавляют, что в клиниках на криохранении находится около тысячи готовых эмбрионов, созданных до появления закона и генетически родных по одному из родителей. «Это дети, родиться которым в России отныне запрещено», – сказано в письме.
Точный подсчет таких пациентов в России не ведется. Руководитель отделения вспомогательных репродуктивных технологий одной из крупных частных московских клиник оценивает долю подобных случаев как «менее 15%» от общего количества программ суррогатного материнства. Данная правовая неопределенность существенно ограничила рынок суррогатного материнства, считает Владислав Радов. В 2021 г. число российских медцентров, применяющих суррогатное материнство и сообщивших РАРЧ об итогах проведенных процедур, сократилось на 6% (114) к предыдущему году до 125 клиник. За этот же год количество циклов переноса эмбрионов суррогатным матерям снизилось более чем на 5% в годовом выражении до 2089. Из них почти треть (32%) завершились родами, следует из отчета ассоциации за 2021 г.
Радов напомнил, что вопрос подлежал проверке на конституционность в Конституционном суде, куда обратилась пара иностранных граждан, прибегнувшая к суррогатному материнству как раз в такой комбинации, когда в итоге у ребенка была генетическая связь только с отцом. Но наличие уголовного дела в отношении лиц, организовавших эти процедуры, стало препятствием для рассмотрения этого вопроса в КС.
Чтобы законодательно урегулировать вопрос, по мнению Волковой, достаточно установить перечень показаний, при которых допустимо использование суррогатных технологий одновременно с донорским материалом. При клиниках могут быть образованы специальные комиссии, выдающие заключение о наличии таких показаний, говорит она. Такой подход, по ее мнению, не допустит развития черного суррогатного рынка и люди не будут искать способы обойти законодательный запрет.