Сердце большого человека: жизнь нашего главного редактора Кирилла Толстова оказалась до обидного короткой

21 апреля исполняется 100 лет со дня рождения Кирилла Толстова (1926-1967), главного редактора «Вечерней Москвы» в 1959-1963 годах. Период его руководства газетой пришелся на очень интересную и динамичную эпоху — разгар хрущевской оттепели. Мы публикуем уникальные материалы из архива наследников Кирилла Александровича: эти документы должны были погибнуть, но оказались чудом спасены и дошли до нас благодаря неравнодушному прохожему.

Все, кто вспоминал о Кирилле Толстове, не могли удержаться от шутки: фамилия-то говорящая. Избыточная полнота Кирилла Александровича всем бросалась в глаза и прибавляла ему возраст. На фотографиях «вечеркинского» периода он выглядит как минимум на 50 — а ему там лишь чуть за 30. Толстов умер вскоре после своего 41-го дня рождения. Поехал в командировку, в гостинице прихватило сердце — а он был в номере один… Его друг Юрий Нагибин в книге «Время жить» (1987) вспоминал: «Он […] очень любил пельмени, чарку, шумный разговор за полночь, знал, как хорошо без женщин в доброй мужской компании, но женщин тоже ценил. Он был огромен, толст и красив, а в его большом теле билось слабое, больное сердце […]. Кирилл все понимал про себя и спокойно, бесстрашно выбрал пельмени, полночный спор и смех, жизнь без оглядки».

Подарок с балкона

Жаль, что Кирилл Толстов не дожил до написания мемуаров: ведь на период его руководства «Вечерней Москвы» пришлись двукратное увеличение территории Москвы, полет в космос животных, а затем людей, XXII съезд КПСС и вынос тела Сталина из мавзолея... Но мы могли бы знать о Кирилле Александровиче и его работе еще меньше, если бы не наш читатель Станислав Сафонов. В конце 1980-х годов ему курьезным образом попали в руки некоторые документы, связанные с Толстовым.

— Я шел по Голиковскому переулку, — вспоминал Станислав Алексеевич. — Вдруг в одном из домов на втором этаже кто-то вышел на балкон и скинул на землю большой пакет. Я свернул с дороги, подошел — там были фотографии, письма, газетные вырезки. Все это относилось к некоему Кириллу Толстову, чье имя мне тогда ничего не говорило. Люди во дворе рассказали, что он когда-то жил в той квартире.

На наше счастье, Станислав Сафонов на долгие годы оставил у себя находку и дал нам с нею ознакомиться. Также нам помогли стенограммы редакционных партсобраний, хранящиеся в Центральном государственном архиве Москвы, и воспоминания троюродной сестры Кирилла Толстова, Татьяны Ивановой.

Карьерная ракета

В редакторское кресло Кирилла Толстова вознесла… ракета. 12 сентября 1959 года Советский Союз запустил спутник «Луна-2». Это была суббота, «Вечерняя Москва» в тот день выходила. Однако новость ТАСС появилась к обеду, и решили не переделывать уже готовый номер. Главного редактора Андрея Фомичева (1903-1975), возглавлявшего газету девять лет, в одночасье сняли — «за политическую беспечность и незрелость, за формальное отношение к своим обязанностям». Его сменил 33-летний Кирилл Толстов, опытный журналист, в предыдущие годы работавший в аппарате ЦК КПСС.

Когда такой большой начальник приходит со стороны, это всегда вызывает в коллективе напряжение. Но Кирилл Александрович расположил к себе подчиненных своим дружелюбным характером. Даже в некрологах отмечалось: «скромный и отзывчивый», «человек светлой души».

— Там, где он был — там был свет! — говорит о брате Татьяна Иванова. — Там был мир, там было тепло, там было внимание.

Кирилл Толстов сразу затеял перемены, чтобы сделать газету более информативной. 2 декабря 1960 года в отчете редакционного партбюро прозвучало: год назад в номере размещалось 40-45 заметок, а теперь — 60-65. А «Вечерняя Москва» тогда выходила на 4 полосах формата А2, причем последняя полностью отводилась под рекламу и объявления…

Подвальные разводы

В папке, найденной Станиславом Сафоновым, есть записка Кириллу Толстову, датированная 12 мая 1961 года. Некоему профессору А. З. Александрову было «срочно нужно оформить свой развод», и он просил редактора «ускорить опубликование […] объявления».

Да, многие пожилые москвичи и сейчас помнят, что «Вечерняя Москва» публиковала объявления о разводах. Это делалось на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 16 апреля 1945 года «Об изменениях Кодекса законов о браке, семье и опеке...». Согласно статье 19 Кодекса, развод проводился только через суд. А для этого была нужна «публикация в местной газете объявления о возбуждении судебного производства о разводе», оплачивал его супруг, подавший заявление (пункт «в»).

Предполагалось, что боязнь огласки кого-то заставит одуматься. Необходимость публиковать эти объявления раздражала «вечерочников». Это съедало газетную площадь, да и неприятно было становиться соучастниками такого попрания чужой личной жизни.

Виталий Сырокомский (1929-2006), который стал преемником Толстова на посту главного редактора, считал отмену этого закона своей заслугой. По его словам, в конце 1965 года у него состоялся разговор с членом Политбюро ЦК КПСС, первым заместителем председателя Совета Министров СССР Дмитрием Полянским. И Сырокомский ввернул: мол, по адресам, указанным в объявлениях, западные спецслужбы рассылают подрывную литературу. 18 января 1966 года вышел Указ Президиума Верховного Совета РСФСР, который исключил из статьи 19 Кодекса пункт о публикации. Но при Кирилле Толстове еще приходилось заполнять объявлениями о разводе целые подвалы на четвертой полосе.

Братские темы

Наша газета сотрудничала с изданиями социалистических стран. 17 декабря 1960 года «Вечерняя Москва» напечатала статью «Подземное логово Германа Геринга». В лесу под польским городом Спала (Лодзинское воеводство) у нацистского лидера был бункер. В конце войны его затопили, а теперь не могут осушить — вода снова прибывает, видимо, убежище как-то сообщается с ближайшей рекой. Пришлось устроить там рыбный склад. Несколько читателей предложили свои проекты осушения. «Вечерняя Москва» переслала их письма в Варшаву, коллегам из газеты «Трибуна люду», и весной 1961 года еще несколько раз возвращалась к этой теме, даже с репортажами из Польши. 16 мая 1961 года Кириллу Толстову написал главный редактор «Трибуна люду» Леон Касман:

«Спасибо вам за присланные письма ваших читателей по вопросу откачки воды из Спальского подземелья. Эти письма мы передали в редакцию газеты «Глос роботничы» […] в гор. Лодзь […]. Для редакции «Вечерняя Москва» Рабочее агентство (имеется в виду Польское агентство печати. — «ВМ») готовит специальный материал о последних поисках водолазов в подземельях…».

Не всегда перспектива такого сотрудничества вызывала у нашей редакции энтузиазм. 28 июля 1962 года Кириллу Толстову пришло письмо из отдела печати МИД. К Борис у Шевыкину, третьему секретарю посольства СССР в Венгрии, приходил Габор Пайх, главный редактор вечерней газеты «Эшти Хирлап». Пожаловался: Кирилл Толстов был в Будапеште с визитом, они вроде бы договорились, что в «Вечерней Москве» будут печататься материалы, подготовленные сотрудниками «Эшти Хирлап», а у них — наши. И вот «Эшти Хирлап» направила в Москву статьи, а в «Вечерней Москве» отвечают, что ничего не получали! И вообще налаживать контакты она явно не стремится.

Борис Шевыкин советовал Кириллу Толстову поскорее исправить ситуацию: «Было бы желательно, чтобы на сей раз предложение о формах сотрудничества исходило от редакции [газеты] «Вечерняя Москва»». Шевыкин даже подсказал пару возможных информационных поводов: День Конституции Венгерской Народной Республики, VIII съезд Венгерской социалистической рабочей партии…

Однако усиления венгерской темы на страницах «Вечерней Москвы» после лета 1962 года мы не заметили, а упоминания «Эшти Хирлап» и вовсе не встретилось. То ли к этой стране у руководства «Вечерней Москвы» не лежала душа, то ли материалы у венгров были плохие, то ли на трех полосах и московским-то темам было тесно.

Добрая память

На посту главного редактора Кирилл Толстов пережил много тяжелых стрессов. Возможно, они приблизили его кончину — вкупе с нездоровыми привычками и семейными неурядицами. Юрий Нагибин в дневнике весьма нелестно изобразил супругу Кирилла Александровича. В какой-то момент Толстов встретил другую женщину, с которой мог бы обрести гармонию. Но его мать, известный радиодиктор Наталия Толстова (1902-1981), запретила сыну разводиться. Да и сообщать о разводе пришлось бы в собственной газете...

В июне 1963 года Кирилл Толстов покинул свой пост. Почему — неизвестно.

— Он повторял: «Будь моя воля, я бы ни за что из «Вечерней Москвы» не ушел!» — рассказывает Татьяна Иванова. — До конца дней он вспоминал о ней очень хорошо и всегда называл только «моя «Вечерняя Москва»».

ДОСЬЕ

Кирилл Толстов родился 21 апреля 1926 года. Окончил МГИМО (1948) и его аспирантуру.

Работал в прессе с 1951 года: заведовал отделами в «Московском комсомольце» и «Московской правде», в 1955-1957 годах — заместитель главного редактора «Московской правды». В 1957-1959 годах — инструктор отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС по союзным республикам. С октября 1959 по июнь 1963-го — главный редактор «Вечерней Москвы».

Затем заведовал культурно-массовым отделом Всесоюзного центрального совета профсоюзов. С августа 1964 года был заместителем главного редактора газеты «Труд». Скончался 2 июня 1967 года от инфаркта, будучи в командировке в Новосибирске. Похоронен на Введенском кладбище.

В ТЕМУ

В советское время возглавить в 33 года крупную газету было удачей: высокие посты старались доверять людям постарше. Но если сравнить, в каком возрасте главные редакторы «Вечерней Москвы» вступали в должность, то Толстов окажется в этом списке вторым. Рекорд — у Григория Цыпина (1891-1938), главного (или, как тогда говорили, ответственного) редактора в 1931-1932 годах: он к тому моменту был на год моложе.

ДОСЛОВНО

«Глубокоуважаемый Петр Нилович!* […]

Характер работы комиссии МГК КПСС по проверке деятельности редакции** не оставляет у меня никаких иллюзий в отношении моего будущего. В самом деле, разве можно подготовить объективный отчет за 1-2 дня?

А ведь комиссия находилась в редакции всего один день 11 мая, взбудоражив своим одновременным появлением — сразу 12 человек — наш коллектив до крайности. Судя по характеру бесед, которые вели отдельные члены комиссии с сотрудниками редакции, главная задача проверяющих заключалась в сборе «жареных фактов» […]. В связи с тем, что у меня не сложились отношения с тов. Степаковым В. И.***, а также с некоторыми работниками нашего агитпропа, несколько месяцев назад я решил просить, чтобы меня отпустили из редакции […].

За те недостатки, которые есть в работе редакции, […] я готов получить любое партийное взыскание. Однако прошу Вас, Петр Нилович, дать мне возможность самому месяца за три исправить положение дел в редакции и улучшить содержание газеты.

[…] За это время можно будет без спешки подобрать другого редактора — какого-нибудь мужественного человека, отдающего себе отчет в том, что по крайней мере три его предшественника «умерли в результате насильственной смерти»****. И еще, Петр Нилович, мне хотелось, чтобы вы знали, что среди московских редакторов существует мнение о «Вечерней Москве» как о самой опасной газете в плане уязвимости от критики как сверху, так и снизу […].

С уважением,

К. Толстов,

14/ V 62 г.»*****

* Демичев Петр Нилович (1918-2010), в то время — первый секретарь Московского горкома КПСС, секретарь ЦККПСС.

** Причины неизвестны. В газете «Новое русское слово», выходившей в Нью-Йорке (1973, 4 февраля), встретилась статья Леонарда Гендлина — советского журналиста, который в 1971 году эмигрировал. Там, в частности, сказано: «Хрущев произнес очередную речь. Все московские газеты напечатали ее на первых страницах […] Кирилл Толстов ограничился сокращенным изложением. На другой день его вызвал секретарь ЦК КПСС Суслов. Ночью главный редактор газеты «Вечерняя Москва» покончил жизнь самоубийством». Толстов умер своей смертью через 4 года после ухода из «Вечерней Москвы». Но у слухов бывает фактическая подоплека — и это подсказало направление поисков. Выяснилось, что 10 мая 1962 года «Известия» и «Правда» поместили речь Хрущева на совещании железнодорожников, «Вечерняя Москва» в тот день лишь дала репортаж о событии. 11 мая «Вечерняя Москва» упомянула, что речь вчера опубликовали утренние газеты — видимо, это было следствие дневной взбучки.

*** Степаков Владимир Ильич (1912-1987) — сотрудник аппарата ЦККПСС.

**** Кавычки наводят на мысль, что имеется в виду грубое увольнение.

***** Текст письма найден в архиве Станислава Сафонова, было ли оно отправлено, неизвестно.