"Где таких еще дают?" Приемные дети из Онеги снялись в сериале "Эпидемия"
В семье Лаврентьевых из Онеги Архангельской области восемь детей, шестеро из них – приемные. Трое из них осенью 2018 году снимались в сериале "Эпидемия" у режиссера Павла Костомарова.
"Эпидемия" – сериал по бестселлеру Яны Вагнер "Вонгозеро", в котором рассказывается об эпидемии неизвестного вируса в современной Москве. В пятом эпизоде сериала, премьера которого состоялась 12 декабря, присутствовали сцены протестов, беспорядков и расстрелов мирных жителей. Спустя сутки после выхода он был удален из онлайн-кинотеатра, а показ остальных серий перенесли. Режиссер Павел Костомаров назвал это цензурой.
Корреспондент сайта Север.Реалии пообщался с удивительной семьей Лаврентьевых и выяснил, как приемные девочки снимались в фильме и почему эти съемки их мама считает "терапией".
Семья Лаврентьевых живет в 200 километрах от Архангельска – в небольшом городке Онега с населением в 20 тысяч человек. Анне – 46, есть муж Владимир, свой дом, хозяйство, две машины, на которых семья часто ездит на пикники к озеру и путешествовать. Сама она работает кассиром в Онежском Доме культуры. Анна всегда мечтала жить в деревне. Поэтому после учебы в Архангельске вернулась в родной город. А еще она всегда мечтала о большой семье.
Мне всегда нравилась большая семья. Это ощущение какой-то общности, силы
– В глубоком детстве я смотрела фильм "Крестный отец". Эта большая сильная семья меня очень впечатлила, я хотела такую же. Возможно, я даже не понимала смысла фильма, но мне нравилось, что их много. Особенно на меня произвела впечатление сцена свадьбы. Мне всегда нравилась большая семья. Это ощущение какой-то общности, силы, – рассказывает Анна Лаврентьева. В ее мечтах, через много лет вся семья будет собираться вместе в большом доме. У Лаврентьевых восемь детей: двое родных и шестеро приемных.
"Где таких еще дают?"
В 2000 году в семье Лаврентьевых родился первенец – сын Игорь. По словам Анны, муж с сыном так "прикипели друг к другу", что она почувствовала себя ненужной, лишней в семье – и начала выпивать.
– Я очень хотела быть кому-то нужной, – объясняет Анна. В какой-то момент она поняла, что нужно завязывать. Сейчас их семья образцовая – не пьют, не курят.
Сама Анна была единственным ребенком в семье, и когда выросла, то была уверена, что ее детям обязательно нужны братья и сестры. Когда Игорю исполнилось 4 года, она задумалась о расширении семьи.
– Я засматривалась на платьишки, ходила, гладила, рассматривала их, и так мне хотелось девочку, – рассказывает Анна.
В этот же год 12 марта у семьи Лаврентьевых появилась первая девочка – Таня. Правда, до этого Анне пришлось пережить одно расставание.
– Я работала на дискотеке, когда мне рассказали, что из детского дома ребенка можно взять в гости. В то время это было просто, не было таких строгих правил, как сейчас. Мы взяли девочку шести лет, вместе проводили выходные. В один прекрасный день девочка зашла в дом культуры, где я работала, и говорит: "Здравствуйте, тетя Аня, а это моя новая мама". Девочка пришла не одна, а за ручку с другой женщиной.
Астма, на теле ожоги от сигарет, голодная, запуганная, она не знала, что такое конфеты, залезала под кровать и пряталась
Для Анны это стало шоком – она уже долгое время думала над тем, как взять ее к себе насовсем. В этот же день в опеке ей предложили самой сходить в детский дом и взять ребенка.
– Мне сказали иди, и я пошла. Тогда мне вывели мою Таню (трех лет), светоч мой. Астма, на теле ожоги от сигарет, голодная, запуганная, она не знала, что такое конфеты, залезала под кровать и пряталась, – вспоминает Анна.
Через три дня Таню уже записали в детский сад, а муж Анны был так счастлив, что потом спрашивал: "Где таких еще дают?".
Они вот так вот "прилипают" ко мне
Анна вспоминает, что с детства она брала домой раненых и больных животных. Ей даже могли позвонить и попросить приютить кошку или собаку. А однажды в их дом попала сова: птицу отогрели, накормили и отпустили в лес.
– Как так получалось? У меня дома пять кошек подобранных, пять собак подобранных. Я привыкла как-то, что они вот так вот "прилипают" ко мне, – смеется Анна. – После Тани меня не оставляла эта мысль о детях, и я приходила в детский дом еще и еще.
Вскоре на каникулы в семью отдали сразу трех девочек: одну четырехлетнюю лет и двух постарше. С подростками Анна общаться еще не умела, поэтому две старшие после каникул вернулись в детский дом.
– Муж спросил меня: "Когда ребенка будешь в сад определять? Это означало, что мне разрешили оставить Анжелу (четырех лет), и я была счастлива как 155 китайцев! – вспоминает Лаврентьева.
Примерно через пять лет Анне снова позвонили из опеки: попросили взять девочку на один день перед отправкой в детский лагерь, чтобы не определять ее в детский дом. Лаврентьевы собрали и отправили ребенка в лагерь, а когда она приехала обратно, забрали насовсем.
"Приходилось бороться за свои права и права детей"
– В то время, знаете, не так было развито это [брать приемных детей]. Тема была очень сложная и воспринималась в штыки. Общество не понимало. Мне приходилось доказывать, бороться за свои права и права детей, – рассказывает Анна.
Во дворе она разговаривала с родителями, чьи дети дразнили ее детей: "Как счастливы ваши дети, у них есть вы, а у этих детей нет никого, и не надо обижать их лишний раз", – объясняла им Анна.
Ее дети всегда знали, кто они и откуда. Но она старалась уберечь их от сплетен и лишних обсуждений:
– Их один раз уже бросили, а если еще и я предам...Я говорю им: "Я не знаю, почему вы оказались в детском доме, и по какой причине вас бросили, но сейчас вы живете со мной".
В 2010 году у Лаврентьевых родилась дочь Настя. А в 2016 году Анне снова позвонили: их соседка отказалась от опеки над двумя девочками и вернула их в детский дом. Так в семье Лаврентьевых появились Лина и Влада.
Терапия для девочек
Весной 2019 года вышел сериал "Эпидемия" о неизвестном вирусе. Для съемок пятой серии режиссер Павел Костомаров в октябре 2018 года приезжал в Онегу, где для эпизодических ролей искал актрис среди местных девочек. Анна работала в местном ДК и узнала о кастинге.
– Когда-то давно я прочитала статью о том, что мама Миллы Йовович водила ее на все кастинги. А мне она так нравится по первым старым фильмам. Я сидела и думала: блин, какой шанс для девочек! Ведь я работаю в ДК, я знаю где что включается и как работает. Они должны туда пойти. Я бы себе не простила, – рассказывает Анна.
Когда на глазах у тебя убивают мать – это остается навсегда. А у них и такой опыт был.
Ее слово в их доме – закон. Поэтому трое дочерей: Таня, Лина и Влада первыми пришли на кастинг.
– Я была так рада, что девчонки увидят что-то еще. Одно дело смотреть телевизор, другое – своими глазами увидеть, как делают кино, – вспоминает Анна.
"Давай! Я с тобой! Ты можешь, ты лучше всех!" – повторяла Анна, сидя перед сценой. Режиссер спросил, почему все дети, пришедшие с одной мамой, такие разные. И Анна рассказала ему свою историю. Поздним вечером после кастинга Таня, Лина и Влада ворвались в спальню с криками, что их взяли сниматься в кино. Роли были со словами, и девочки, сперва не верившие в свои силы, пропадали на съемках с раннего утра и до позднего вечера.
– Я устроила им такую терапию. Когда на глазах у тебя убивают мать – это остается навсегда. А у них и такой опыт был. Они видели много лишнего, чего бы не надо. Тяжелое у них начало жизни. Небольшие, а опыт жизненный – не приведи господи, – рассказывает Анна.
Для некоторых сцен в сериале девочек пригласили в Москву за счет проекта. Как рассказал режиссер "Эпидемии" Павел Костомаров в интервью изданию Сноб, его помощник Ася Афанасьева устроила для девочек Лаврентьевых "рай с Макдональдсом", а также прогулки по Москве.
На этих девчонок накатил огромный ком добра и любви от людей, которых самих-то надо пожалеть и утешить
"Она со всей Москвы, от всех подруг, собирала для них одежду, косметику и украшения. Все выходные Ася гуляла с девчонками по Москве. А исполнительные продюсеры Даша Перуновская и Миша Мохов скинулись и купили им по смартфону. И потом еще разные добрые люди посылали им посылки в Онегу. В общем, на этих девчонок накатил огромный ком добра и любви от людей, которых самих-то надо было пожалеть и утешить, от людей, глубоко замученных работой на тяжелом трудном проекте. И эта доброта к детям, которая лилась от самых разных, смертельно уставших и часто насмерть переругавшихся между собой людей, была мне очень радостна. Ну, и заодно девчонки в кино снялись, сфотографировались с Михалковой", – рассказал Костомаров.
Правила семьи Лаврентьевых
– Я очень строгая и не умею обнимать и целовать, у меня нет уси-пуси – характер нордический. Я дома диктатор. Муж балует, муж играет, когда они возятся, то писк и визг стоит, – признается она.
С мужем у них есть свое правило: на все родительские собрания они ходят вместе.
Если снова позвонят из опеки, наверное, поведусь. Пойду, посмотрю, буду сидеть, смотреть печальными глазами на мужа. И он сдастся!
– У нас все дела общие: отдыхаем вместе и работаем вместе. А вопросы мы решаем так: собираемся и обсуждаем, – говорит Анна Лаврентьева.
По словам Анны, единственный минус жизни в Онеге – это то, что каток и бассейн для детей – сезонные удовольствия, а в кино приходится ездить за 200 км в Архангельск. Но зато есть озеро, река, а в семи километрах – Белое море.
– Если снова позвонят из опеки, наверное, поведусь. Пойду, посмотрю, буду сидеть, смотреть печальными глазами на мужа. И он сдастся, – говорит Анна.
"Эпидемия" – сериал по бестселлеру Яны Вагнер "Вонгозеро", в котором рассказывается об эпидемии неизвестного вируса в современной Москве. В пятом эпизоде сериала, премьера которого состоялась 12 декабря, присутствовали сцены протестов, беспорядков и расстрелов мирных жителей. Спустя сутки после выхода он был удален из онлайн-кинотеатра, а показ остальных серий перенесли. Режиссер Павел Костомаров назвал это цензурой.
Корреспондент сайта Север.Реалии пообщался с удивительной семьей Лаврентьевых и выяснил, как приемные девочки снимались в фильме и почему эти съемки их мама считает "терапией".
Семья Лаврентьевых живет в 200 километрах от Архангельска – в небольшом городке Онега с населением в 20 тысяч человек. Анне – 46, есть муж Владимир, свой дом, хозяйство, две машины, на которых семья часто ездит на пикники к озеру и путешествовать. Сама она работает кассиром в Онежском Доме культуры. Анна всегда мечтала жить в деревне. Поэтому после учебы в Архангельске вернулась в родной город. А еще она всегда мечтала о большой семье.
Мне всегда нравилась большая семья. Это ощущение какой-то общности, силы
– В глубоком детстве я смотрела фильм "Крестный отец". Эта большая сильная семья меня очень впечатлила, я хотела такую же. Возможно, я даже не понимала смысла фильма, но мне нравилось, что их много. Особенно на меня произвела впечатление сцена свадьбы. Мне всегда нравилась большая семья. Это ощущение какой-то общности, силы, – рассказывает Анна Лаврентьева. В ее мечтах, через много лет вся семья будет собираться вместе в большом доме. У Лаврентьевых восемь детей: двое родных и шестеро приемных.
"Где таких еще дают?"
В 2000 году в семье Лаврентьевых родился первенец – сын Игорь. По словам Анны, муж с сыном так "прикипели друг к другу", что она почувствовала себя ненужной, лишней в семье – и начала выпивать.
– Я очень хотела быть кому-то нужной, – объясняет Анна. В какой-то момент она поняла, что нужно завязывать. Сейчас их семья образцовая – не пьют, не курят.
Сама Анна была единственным ребенком в семье, и когда выросла, то была уверена, что ее детям обязательно нужны братья и сестры. Когда Игорю исполнилось 4 года, она задумалась о расширении семьи.
– Я засматривалась на платьишки, ходила, гладила, рассматривала их, и так мне хотелось девочку, – рассказывает Анна.
В этот же год 12 марта у семьи Лаврентьевых появилась первая девочка – Таня. Правда, до этого Анне пришлось пережить одно расставание.
– Я работала на дискотеке, когда мне рассказали, что из детского дома ребенка можно взять в гости. В то время это было просто, не было таких строгих правил, как сейчас. Мы взяли девочку шести лет, вместе проводили выходные. В один прекрасный день девочка зашла в дом культуры, где я работала, и говорит: "Здравствуйте, тетя Аня, а это моя новая мама". Девочка пришла не одна, а за ручку с другой женщиной.
Астма, на теле ожоги от сигарет, голодная, запуганная, она не знала, что такое конфеты, залезала под кровать и пряталась
Для Анны это стало шоком – она уже долгое время думала над тем, как взять ее к себе насовсем. В этот же день в опеке ей предложили самой сходить в детский дом и взять ребенка.
– Мне сказали иди, и я пошла. Тогда мне вывели мою Таню (трех лет), светоч мой. Астма, на теле ожоги от сигарет, голодная, запуганная, она не знала, что такое конфеты, залезала под кровать и пряталась, – вспоминает Анна.
Через три дня Таню уже записали в детский сад, а муж Анны был так счастлив, что потом спрашивал: "Где таких еще дают?".
Они вот так вот "прилипают" ко мне
Анна вспоминает, что с детства она брала домой раненых и больных животных. Ей даже могли позвонить и попросить приютить кошку или собаку. А однажды в их дом попала сова: птицу отогрели, накормили и отпустили в лес.
– Как так получалось? У меня дома пять кошек подобранных, пять собак подобранных. Я привыкла как-то, что они вот так вот "прилипают" ко мне, – смеется Анна. – После Тани меня не оставляла эта мысль о детях, и я приходила в детский дом еще и еще.
Вскоре на каникулы в семью отдали сразу трех девочек: одну четырехлетнюю лет и двух постарше. С подростками Анна общаться еще не умела, поэтому две старшие после каникул вернулись в детский дом.
– Муж спросил меня: "Когда ребенка будешь в сад определять? Это означало, что мне разрешили оставить Анжелу (четырех лет), и я была счастлива как 155 китайцев! – вспоминает Лаврентьева.
Примерно через пять лет Анне снова позвонили из опеки: попросили взять девочку на один день перед отправкой в детский лагерь, чтобы не определять ее в детский дом. Лаврентьевы собрали и отправили ребенка в лагерь, а когда она приехала обратно, забрали насовсем.
"Приходилось бороться за свои права и права детей"
– В то время, знаете, не так было развито это [брать приемных детей]. Тема была очень сложная и воспринималась в штыки. Общество не понимало. Мне приходилось доказывать, бороться за свои права и права детей, – рассказывает Анна.
Во дворе она разговаривала с родителями, чьи дети дразнили ее детей: "Как счастливы ваши дети, у них есть вы, а у этих детей нет никого, и не надо обижать их лишний раз", – объясняла им Анна.
Ее дети всегда знали, кто они и откуда. Но она старалась уберечь их от сплетен и лишних обсуждений:
– Их один раз уже бросили, а если еще и я предам...Я говорю им: "Я не знаю, почему вы оказались в детском доме, и по какой причине вас бросили, но сейчас вы живете со мной".
В 2010 году у Лаврентьевых родилась дочь Настя. А в 2016 году Анне снова позвонили: их соседка отказалась от опеки над двумя девочками и вернула их в детский дом. Так в семье Лаврентьевых появились Лина и Влада.
Терапия для девочек
Весной 2019 года вышел сериал "Эпидемия" о неизвестном вирусе. Для съемок пятой серии режиссер Павел Костомаров в октябре 2018 года приезжал в Онегу, где для эпизодических ролей искал актрис среди местных девочек. Анна работала в местном ДК и узнала о кастинге.
– Когда-то давно я прочитала статью о том, что мама Миллы Йовович водила ее на все кастинги. А мне она так нравится по первым старым фильмам. Я сидела и думала: блин, какой шанс для девочек! Ведь я работаю в ДК, я знаю где что включается и как работает. Они должны туда пойти. Я бы себе не простила, – рассказывает Анна.
Когда на глазах у тебя убивают мать – это остается навсегда. А у них и такой опыт был.
Ее слово в их доме – закон. Поэтому трое дочерей: Таня, Лина и Влада первыми пришли на кастинг.
– Я была так рада, что девчонки увидят что-то еще. Одно дело смотреть телевизор, другое – своими глазами увидеть, как делают кино, – вспоминает Анна.
"Давай! Я с тобой! Ты можешь, ты лучше всех!" – повторяла Анна, сидя перед сценой. Режиссер спросил, почему все дети, пришедшие с одной мамой, такие разные. И Анна рассказала ему свою историю. Поздним вечером после кастинга Таня, Лина и Влада ворвались в спальню с криками, что их взяли сниматься в кино. Роли были со словами, и девочки, сперва не верившие в свои силы, пропадали на съемках с раннего утра и до позднего вечера.
– Я устроила им такую терапию. Когда на глазах у тебя убивают мать – это остается навсегда. А у них и такой опыт был. Они видели много лишнего, чего бы не надо. Тяжелое у них начало жизни. Небольшие, а опыт жизненный – не приведи господи, – рассказывает Анна.
Для некоторых сцен в сериале девочек пригласили в Москву за счет проекта. Как рассказал режиссер "Эпидемии" Павел Костомаров в интервью изданию Сноб, его помощник Ася Афанасьева устроила для девочек Лаврентьевых "рай с Макдональдсом", а также прогулки по Москве.
На этих девчонок накатил огромный ком добра и любви от людей, которых самих-то надо пожалеть и утешить
"Она со всей Москвы, от всех подруг, собирала для них одежду, косметику и украшения. Все выходные Ася гуляла с девчонками по Москве. А исполнительные продюсеры Даша Перуновская и Миша Мохов скинулись и купили им по смартфону. И потом еще разные добрые люди посылали им посылки в Онегу. В общем, на этих девчонок накатил огромный ком добра и любви от людей, которых самих-то надо было пожалеть и утешить, от людей, глубоко замученных работой на тяжелом трудном проекте. И эта доброта к детям, которая лилась от самых разных, смертельно уставших и часто насмерть переругавшихся между собой людей, была мне очень радостна. Ну, и заодно девчонки в кино снялись, сфотографировались с Михалковой", – рассказал Костомаров.
Правила семьи Лаврентьевых
– Я очень строгая и не умею обнимать и целовать, у меня нет уси-пуси – характер нордический. Я дома диктатор. Муж балует, муж играет, когда они возятся, то писк и визг стоит, – признается она.
С мужем у них есть свое правило: на все родительские собрания они ходят вместе.
Если снова позвонят из опеки, наверное, поведусь. Пойду, посмотрю, буду сидеть, смотреть печальными глазами на мужа. И он сдастся!
– У нас все дела общие: отдыхаем вместе и работаем вместе. А вопросы мы решаем так: собираемся и обсуждаем, – говорит Анна Лаврентьева.
По словам Анны, единственный минус жизни в Онеге – это то, что каток и бассейн для детей – сезонные удовольствия, а в кино приходится ездить за 200 км в Архангельск. Но зато есть озеро, река, а в семи километрах – Белое море.
– Если снова позвонят из опеки, наверное, поведусь. Пойду, посмотрю, буду сидеть, смотреть печальными глазами на мужа. И он сдастся, – говорит Анна.