«Господа инкассаторы, вы – слабое звено!» Красноярским инкассаторам, ставшим жертвами разбойного налёта, повезло: они остались живы. В Новгороде всё закончилось куда трагичней!
В начале месяца все уважающие себя федеральные ТВ-каналы показали сюжеты из Красноярска: о дерзком нападении на инкассаторов двух вооружённых людей. Выпустив в «хранителей денег» несколько пуль, они забрали сумку с наличностью (около 2,3 миллиона рублей). Спустя неделю появилась информация о том, что налётчики – некие Чанчиков и Рубцов – задержаны. Задержан и организатор нападения местный предприниматель Алексей Истягин.
Оба инкассатора всё ещё находятся в больнице, но их здоровью ничто не угрожает: спас бронежилет, пули попали только в конечности.
В Новгороде подобная история закончилась куда трагичней.
…А УДИВЛЯЛИСЬ ТОГДА ДЕРЗОСТИ
В ночь с 7 на 8 апреля 2002 года в милицию первыми позвонили сотрудники областного управления инкассации с сообщением, озадачившим своей алогичностью: из тщательнейшим образом охраняемого помещения управления инкассации похищена огромная сумма денег (изначально говорилось о 8 миллионах рублей), убиты двое инкассаторов – Виктор Н. и Валерий Г. При этом – никаких следов взлома, никаких признаков незаконного проникновения в помещение.
Прибывшей на место происшествия опергруппе оставалось констатировать лишь то, что тела обоих инкассаторов изрешечены пулями, выпущенными из их же оружия.
Кроме того, что пропали деньги, пропала и инкассаторская «Волга», которая обычно стояла во дворе здания, за могучим забором.
Первое, что сразу насторожило сыщиков, это как раз отсутствие каких бы то ни было следов взлома. Никто из дежурных инкассаторов никогда бы не впустил в помещение, да ещё и в ночное время, чужого человека.
Вывод напрашивался сам собой. Значит, убийцей стал «свой». Человек, которого хорошо знали оба. Только такому открыли бы дверь.
Подозрение могло пасть на любого из сотрудников управления инкассации. Или на бывших его сотрудников. Но их – десятки.
Тем не менее сыщики, одного за другим, стали опрашивать каждого. Лёд тронулся, когда один из сотрудников Василий Л. на вопрос, кого он мог бы подозревать, назвал-таки имя: Алексей Савельев, ныне – предприниматель, в прошлом – сотрудник управления инкассации. Как пояснял свидетель, некоторое время назад Савельев занимал крупную сумму (около 5 тысяч долларов) у представителей одной серьёзной охранной фирмы, а сам Василий выступал в качестве «поручителя». А за день до убийства, пояснял мужчина, Савельев звонил, по его словам, из Петербурга и говорил, что деньги, чтобы вернуть долг, у него есть.
Вот это был уже след! А тут в милицию поступило и ещё одно сообщение, непосредственно связанное с ночным убийством. Один из жителей города рассказал, что его внимание привлекла «Волга» с опознавательными знаками службы инкассации, брошенная в центре города.
«Волга» оказалась той самой. Сотрудников милиции, прибывших для её осмотра, поджидал и ещё один сюрприз: внутри салона, даже не распечатанный, валялся один из мешков с деньгами. Лишний? Лишними деньги не бывают! Напрашивался и ещё один вывод: преступник работал в одиночку и просто физически не смог унести всё похищенное.
Тем временем поиски Савельева продолжались. Ни дома, ни у друзей его не было. А кое-кто добавлял: не только вы его ищете, он многим деньги должен.
Однако на второй после убийства день Савельев сам вышел на связь. Позвонил всё тому же Василию Л. и подтвердил, что он уже на пути в Новгород. С деньгами.
НУ, НЕ ПОШЁЛ БИЗНЕС! БЫВАЛО ТАКОЕ…
В управление инкассации Алексей Савельев пришёл за десять лет до этих событий. Туда его привёл друг, знавший Савельева как умного, физически сильного, всесторонне подготовленного для такой службы специалиста с безупречным армейским прошлым.
Савельев пришёлся ко двору, и первые пять лет успешно делал карьеру. Его характеризовали только с исключительной стороны: инициативен, ответственен, неподкупен. И что ещё особо отмечали окружающие, насколько легко ему удавалось сходиться с людьми.
Он был душой коллектива, капитаном футбольной команды управления. Безоговорочным расположением пользовался и у непосредственного начальства.
Позднее, в конце 90-х, Савельев занялся коммерцией. И хотя совмещать две ипостаси – работу в инкассации и бизнес – было запрещено, ему это сходило с рук. Никто о таком в те годы и мечтать не мог.
Не всем, разумеется, нравилось «особое положение» Савельева. И в конце концов, решая вопрос «или-или», он выбрал коммерцию. В 2001 году уволился из управления инкассации.
Тогда же зарегистрировал ИЧП «Савельев» и стал заниматься обычной торгово-закупочной деятельностью. Зная его характер, друзья не сомневались: «У Лёшки дело пойдёт!».
Между тем, не истекли ещё и полгода после увольнения, то к одному, то к другому из бывших коллег Алексей стал обращаться с просьбами дать ему в долг. Причём любую сумму Савельев был готов занять под высокие проценты.
Большинству из займодавцев Савельев деньги возвращал. Но как? Чтобы отдать долг одному, он занимал у другого. И так – по кругу.
Одним из тех, к кому обращался Савельев, был и тот Василий Л. Когда Савельев сказал ему, что деньги нужны под реализацию очередного коммерческого проекта, и посулил «процент с продаж», Василий задумался всерьёз. Но свободных 5 тысяч долларов (а именно такую сумму просил Савельев) у него не было. Зато были хорошие друзья в одной процветающей охранной фирме. К ним и обратился Савельев. И те, нисколько не сомневаясь, что при любом раскладе вернут и деньги, и проценты, согласились стать спонсорами ИЧП «Савельев».
Но к первому из обозначенных сроков ни долг, ни проценты возвращены не были.
В жизни и самого Савельева, и посредника Василия начались чёрные дни. Первый практически перестал появляться в городе, второй, чтобы расплатиться с долгом, был вынужден продать квартиру.
Только благодаря этому интересы охранной фирмы были, в целом, соблюдены. Но не интересы Василия. И это, считали его друзья из ЧОПа, - неправильно.
ОБРАТНЫЙ ПУТЬ
Получив сообщение о звонке Савельева на телефон Василия о том, что тот «уже в пути и с деньгами», оперативники устроили засаду неподалёку от дома Василия. И около 21.00 увидели, как к подъезду движется человек, очень похожий на Савельева по описанию.
Сопротивления при задержании он не оказал.
Мужчину препроводили в один от отделов милиции. И именно там свершился акт передачи заветной суммы. Ещё ни в чём не признаваясь, делая вид, что «это – недоразумение», в присутствии милиционеров Савельев передал Василию деньги.
Вернув таким образом «долг чести», под давлением предъявленных следствием улик в ту же ночь Савельев начал рассказывать.
По его первоначальным показаниям, никакого умысла на совершение разбойного нападения у него не было. Он зашёл в управление инкассации лишь для того, чтобы сделать телефонный звонок: тогда «мобильники» были ещё далеко не у каждого. И ничего из ряда вон выходящего в его визите не было: и раньше вот так, вечерком, он не раз заходил в ставшее за 10 лет работы родным учреждение. И никогда не было такого, чтобы его, проверенного, отказались впустить. Хотя он и понимал, что делать это – запрещено.
В тот раз на его звонок в дверь ответил инкассатор Валерий Г. Подошёл к двери, пригляделся.
– Лёшка, ты, что ли?
Проблема для Савельева была решена. Дверь распахнулась настежь. Как объяснял на следствии Савельев, он вошёл внутрь, болтал с бывшими коллегами обо всём – как обычно. Но инкассаторам нужно было работать. Они проводили Савельева в дежурную комнату.
Минут пять он в одиночестве смотрел телевизор. А потом встал и снова пошёл в денежное хранилище. По его словам, для того чтобы попросить инкассаторов открыть ему дверь на выход.
И вот тут-то, в своеобразном «предбаннике» перед денежным хранилищем, он и увидел автомат, оставленный одним из инкассаторов. Только в этот момент, говорил Савельев, у него и возник конкретный план. Он вспомнил о долге, о том, как «кинул» друга, и понял: если не воспользоваться этим шансом, считай – всё! Второго – не будет!
Он взял в руки автомат, открыл дверь в хранилище. И, не говоря никаких лишних слов, начал пальбу. Позднее, эксперты придут к выводу, что оба погибших были расстреляны практически в упор. Причём, когда тела уже лежали на полу, он дал по ним ещё одну очередь – контрольный выстрел.
Остальное для Савельева было уже делом техники. Он прекрасно ориентировался в помещении, знал, где находятся мешки с деньгами, где висят ключи и от дверей, и от машины. Он сделал всё грамотно: перетащив в «Волгу» мешки с деньгами, на всякий случай натянул на себя инкассаторскую куртку, закрыл на ключ дверь во двор управления инкассации.
На «меченой» «Волге» проехал совсем немного: всего лишь до центра города. Переложил деньги из мешков в предусмотрительно прихваченные у расстрелянных товарищей гражданские сумки. Экая незадача: часть денег туда, действительно, не поместилась – ничего не поделаешь, пришлось оставить. И всё…
Потом вышел на Большую Санкт-Петербургскую. Несмотря на поздний час без особых проблем поймал «частника», который согласился довезти его до Питера.
И уже оттуда позвонил своему «кредитору» Василию, рассчитывая таким образом обеспечить себе алиби.
«ОСОЗНАНИЕ И РАСКАЯНИЕ»
В суде Савельев говорил, что «осознание содеянного» пришло к нему в Санкт-Петербурге. Однако именно там «осознавший» Савельев посетил ряд магазинов, купил себе, в частности, такую совершенно необходимую для жизни вещь как мобильный телефон. При пересчёте денег выяснилось, что не хватает около 100 тысяч рублей: столько, по-видимому, Савельев потратил на питерский «шопинг».
Что же до «спонтанно возникшего умысла», нельзя было не обратить внимание на одно обстоятельство. Свой первый звонок Василию-«кредитору» Савельев сделал накануне преступления. И уже тогда говорил, что деньги у него есть. Значит, не сомневался: будут!
По совокупности преступлений суд приговорил Алексея Савельева к 20 годам лишения свободы в колонии строгого режима.
В своём последнем слове он просил прощения у родственников убитых им людей. И выражал надежду, что «пусть не сейчас, но когда-нибудь» они найдут в себе силы, чтобы простить убийцу.
Фото с места обнаружения инкассаторской «Волги», угнанной преступником.