153 языка «Матроса Кошки»
В годы Великой Отечественной войны Николай Гунько осуществил 156 вылазок, лично взял в плен 153 «языка». За его голову враги обещали 10 тысяч марок. Шесть раз Гунько представлялся к званию Героя Советского Союза.
Через огонь и воду
Николай Гунько родился 14 мая 1920 года в селе Красногвардейском Ставропольского края. Молодой, энергичный парень из большой крестьянской семьи попал в армию в 1940-м, а уже через год впервые встретился с врагом лицом к лицу.
В июне 1941 года в составе кадрового подразделения одним из первых встретился с напавшими на нашу землю гитлеровцами. Побывал в окружении, был ранен, но всё только начиналось. Оказался в госпитале, оправился — и снова в бой.
Уже в 1942-м в звании ефрейтора ставропольцу пришлось сражаться с фашистами под Моздоком и Владикавказом. Там он подбил вражеский танк, за что получил медаль. Позже первым перешел ледяные воды Сиваша при штурме Крыма в ноябре 43-го.
Из воспоминаний героя Советского Союза Ильи Поликахина:
«Наша часть первой форсировала Сиваш и захватила плацдарм. 1 ноября 1943 года через Сиваш прошли первыми разведчики во главе с Н.И. Гунько, а потом уже этот огромный залив перешли и полки. Завязались ожесточенные бои за плацдарм. Мы пришли сюда с винтовками, автоматами и гранатами, а у фашистов были и танки, и артиллерия. Мужественно сражались советские воины. Враг стремился сбросить нас, утопить в суровых водах Большого Сиваша. … Николай Гунько выдвинулся далеко вперед. Он забрался на стог обмолоченной соломы и разил точным огнем гитлеровцев. Противник обнаружил храбреца. Пули взвизгивали под его головой. — Гунько! — крикнул я ему. — Слезай, черт, оттуда! — Но он и ухом не повел, знал, что позиция очень выгодная, и не хотел оставлять ее.
Противник бросил в бой легкие танки. Гунько стрелял бронебойными патронами, подбил один из танков. Остальные повернули назад, но тут стог соломы вспыхнул, как спичка. — Пропал наш Гунько! — ахнули мы. Однако тревога оказалась напрасной, Гунько выскочил из пламени и перебежками добрался до второго стога соломы, чтобы вновь точным огнем уничтожать наступавших фашистов. Но вот вспыхнул и этот стог. Под прикрытием пулемета Николай кубарем свалился сверху вниз. Противник бросился в атаку, когда стих наш пулемет. Гунько, не медля ни минуты, подбежал к пулемету, отодвинул убитого бойца, дал длинную очередь. Фашисты открыли по нашим позициям артиллерийский и минометный огонь. Один снаряд разорвался рядом с пулеметом, за которым лежал Гунько. Я своими глазами видел, как его отбросило далеко в сторону. Тут мы окончательно "похоронили" нашего друга. Разведчики Дондик, Кириченко, Романенко и я во главе с Сергеевым кинулись к месту предполагаемой гибели боевого друга, но мы опоздали: нас опередили немцы, которые уже были рядом. Мы залегли. Мысленно каждый из нас простился с Николаем и не хотел, чтобы над его телом издевались фашисты. И вот чудо! В группе немцев, бросившихся к телу разведчика, разорвалась граната. Она разбросала фашистов в разные стороны. По оставшимся в живых немцам мы открыли автоматный огонь. И вдруг перед нашим взглядом предстал Николай Гунько, тащивший на плечах пленного…»
Советский супергерой
В расположение частей советских солдат за годы войны Николай Гунько не раз доставлял лично плененных фашистских офицеров и солдат. Ему жали руку маршалы Федор Толобухин и Иван Баграмян. За «голову» ловкого разведчика враги объявили невероятную сумму и участок земли на Ставрополье.
Однополчане рассказывали, что способности Николая Гунько были по-настоящему фантастическими. Сослуживцы прозвали его «Матрос Кошка — 2». Матрос, потому что служил в морской бригаде. Кошка,. потому что действовал бесшумно и хорошо видел ночью. Кроме того, обладал невероятной физической силой. А цифру «два» приставили в шутку: уж очень напоминал ставрополец Петра Марковича Кошку — знаменитого разведчика периода первой обороны Севастополя.
Прославил Николая Гунько именно этот город. Во время освобождения Севастополя герою поручили водрузить Красный флаг на самой высокой точке. Он двинулся туда вместе с товарищами майской ночью 44-го.
По пути советские солдаты отбивали атаки противника, уничтожили грузовую машину и зенитную установку. Враги пытались убить бойцов и сбросить знамя. Но захватчики потеряли 40 солдат и бежали, увидев подкрепление. Флаг остался гордо развеваться на здании Гидрометеослужбы. Сам Николай Гунько был награжден Орденом Красного Знамени.
Прошел через всю Украину, Белоруссию, Литву и Латвию. Звание Героя Советского Союза ставрополец так и не получил, но в его арсенале осталось множество наград: медали «За боевые заслуги» и «За отвагу», Ордена Славы III степени, Красного Знамени, Отечественной войны II степени и Красной Звезды. В 1965 году «простой парень» из Красногвардейского стал почетным гражданином Севастополя.
Говорят, когда ставрополец приезжал в город-герой, его едва ли не несли на руках. Но сам красноармеец об этом никогда не вспоминал: не любил рассказывать о своих подвигах.
https://www.rubaltic.ru/context/17112021-besshumen-otlichno-vidit-v-temnote-i-neveroyatno-silen-matros-koshka-vzyal-v-plen-153-yazyka/
Через огонь и воду
Николай Гунько родился 14 мая 1920 года в селе Красногвардейском Ставропольского края. Молодой, энергичный парень из большой крестьянской семьи попал в армию в 1940-м, а уже через год впервые встретился с врагом лицом к лицу.
В июне 1941 года в составе кадрового подразделения одним из первых встретился с напавшими на нашу землю гитлеровцами. Побывал в окружении, был ранен, но всё только начиналось. Оказался в госпитале, оправился — и снова в бой.
Уже в 1942-м в звании ефрейтора ставропольцу пришлось сражаться с фашистами под Моздоком и Владикавказом. Там он подбил вражеский танк, за что получил медаль. Позже первым перешел ледяные воды Сиваша при штурме Крыма в ноябре 43-го.
Из воспоминаний героя Советского Союза Ильи Поликахина:
«Наша часть первой форсировала Сиваш и захватила плацдарм. 1 ноября 1943 года через Сиваш прошли первыми разведчики во главе с Н.И. Гунько, а потом уже этот огромный залив перешли и полки. Завязались ожесточенные бои за плацдарм. Мы пришли сюда с винтовками, автоматами и гранатами, а у фашистов были и танки, и артиллерия. Мужественно сражались советские воины. Враг стремился сбросить нас, утопить в суровых водах Большого Сиваша. … Николай Гунько выдвинулся далеко вперед. Он забрался на стог обмолоченной соломы и разил точным огнем гитлеровцев. Противник обнаружил храбреца. Пули взвизгивали под его головой. — Гунько! — крикнул я ему. — Слезай, черт, оттуда! — Но он и ухом не повел, знал, что позиция очень выгодная, и не хотел оставлять ее.
Противник бросил в бой легкие танки. Гунько стрелял бронебойными патронами, подбил один из танков. Остальные повернули назад, но тут стог соломы вспыхнул, как спичка. — Пропал наш Гунько! — ахнули мы. Однако тревога оказалась напрасной, Гунько выскочил из пламени и перебежками добрался до второго стога соломы, чтобы вновь точным огнем уничтожать наступавших фашистов. Но вот вспыхнул и этот стог. Под прикрытием пулемета Николай кубарем свалился сверху вниз. Противник бросился в атаку, когда стих наш пулемет. Гунько, не медля ни минуты, подбежал к пулемету, отодвинул убитого бойца, дал длинную очередь. Фашисты открыли по нашим позициям артиллерийский и минометный огонь. Один снаряд разорвался рядом с пулеметом, за которым лежал Гунько. Я своими глазами видел, как его отбросило далеко в сторону. Тут мы окончательно "похоронили" нашего друга. Разведчики Дондик, Кириченко, Романенко и я во главе с Сергеевым кинулись к месту предполагаемой гибели боевого друга, но мы опоздали: нас опередили немцы, которые уже были рядом. Мы залегли. Мысленно каждый из нас простился с Николаем и не хотел, чтобы над его телом издевались фашисты. И вот чудо! В группе немцев, бросившихся к телу разведчика, разорвалась граната. Она разбросала фашистов в разные стороны. По оставшимся в живых немцам мы открыли автоматный огонь. И вдруг перед нашим взглядом предстал Николай Гунько, тащивший на плечах пленного…»
Советский супергерой
В расположение частей советских солдат за годы войны Николай Гунько не раз доставлял лично плененных фашистских офицеров и солдат. Ему жали руку маршалы Федор Толобухин и Иван Баграмян. За «голову» ловкого разведчика враги объявили невероятную сумму и участок земли на Ставрополье.
Однополчане рассказывали, что способности Николая Гунько были по-настоящему фантастическими. Сослуживцы прозвали его «Матрос Кошка — 2». Матрос, потому что служил в морской бригаде. Кошка,. потому что действовал бесшумно и хорошо видел ночью. Кроме того, обладал невероятной физической силой. А цифру «два» приставили в шутку: уж очень напоминал ставрополец Петра Марковича Кошку — знаменитого разведчика периода первой обороны Севастополя.
Прославил Николая Гунько именно этот город. Во время освобождения Севастополя герою поручили водрузить Красный флаг на самой высокой точке. Он двинулся туда вместе с товарищами майской ночью 44-го.
По пути советские солдаты отбивали атаки противника, уничтожили грузовую машину и зенитную установку. Враги пытались убить бойцов и сбросить знамя. Но захватчики потеряли 40 солдат и бежали, увидев подкрепление. Флаг остался гордо развеваться на здании Гидрометеослужбы. Сам Николай Гунько был награжден Орденом Красного Знамени.
Прошел через всю Украину, Белоруссию, Литву и Латвию. Звание Героя Советского Союза ставрополец так и не получил, но в его арсенале осталось множество наград: медали «За боевые заслуги» и «За отвагу», Ордена Славы III степени, Красного Знамени, Отечественной войны II степени и Красной Звезды. В 1965 году «простой парень» из Красногвардейского стал почетным гражданином Севастополя.
Говорят, когда ставрополец приезжал в город-герой, его едва ли не несли на руках. Но сам красноармеец об этом никогда не вспоминал: не любил рассказывать о своих подвигах.
https://www.rubaltic.ru/context/17112021-besshumen-otlichno-vidit-v-temnote-i-neveroyatno-silen-matros-koshka-vzyal-v-plen-153-yazyka/