Онкофобия. Как боязнь заболеть раком приводит к смерти

Рак и смерть – не синонимы. Многие виды страшной болезни поддаются лечению, если онкологию выявили рано. Правда, тут далеко не все зависит от медицины. Тульская область, по данным ОНФ, несколько лет назад оказалась в лидерах антирейтинга первичной диагностики рака на поздних стадиях.

В сознании людей живет страх перед смертельным диагнозом, а значит и перед врачами, которые могут его поставить.

Онкофобия или канцерофобия — боязнь рака. Родные героев этого материала однажды столкнулись с таким психологическим состоянием.

                                                                               Знахарь вместо "химии"

- Опухоль в районе паха он обнаружил сам, - рассказывает Елена, наливая в прозрачную чашку чай, - никаких других симптомов у него не было. Я сразу забила тревогу, но муж был человеком очень занятым, занимал руководящую должность, поэтому времени ходить по врачам у него просто не было.

Елена любит готовить. Мы сидим за столом в просторной дорогой кухне, которую в качестве новогоднего подарка, несколько лет назад обустроил для нашей героини покойный ныне супруг Александр.

В холодильнике стоят бутылочки с "волшебной" водой, на этикетках которых говорится, что продукт помогает восстанавливаться онкологическим больным при лечении. Александра не стало полгода назад, воду надо бы выбросить, но руки не доходят.

Елена рассказывает о болезни мужа с траурным спокойствием. Первые слезы уже выплаканы, однако говорить о случившемся ей все еще тяжело.

Александр, конечно, был человеком важным, но истиной причиной откладывания визита в больницу была не занятость, а страх. 12 лет назад от рака почки умерла его мать. Мужчина хорошо помнил, какими тяжелыми были последние недели ее жизни.

Елена продолжает рассказ, грея руки о чашку с чаем.

-Когда мы дошли до больницы ситуация была уже кричной. Появились боли. Он кричал ночами. Мы нашли специалиста в Москве за огромные деньги, начали заново сдавать анализы. Стыдно рассказать, но я в Узловой отыскала бабку-целительницу. Ездили к ней. Она сказала, что у него есть всего одна "живая точка", и что работать с такой зоной тяжело, сделать она ничего не может. Через неделю Саша умер дома. До московского врача мы не доехали.

-Поход к целителю дался проще, чем обращение к врачам?

-Психологически, да, проще. Знаете, мы запуганы медициной. Мы боимся не самого лечения. Просто чтобы врач говорил с тобой нормально, чтобы ты мог принять болезнь и начать борьбу, я такое вижу редко. И, наверное, только в платных клиниках.

-Вы сначала пошли в платную клинику?

-Да. Но когда шли, мы уже знали, в глубине души, что это будет что-то страшное. А когда появился диагноз, бояться уже не было времени. Была истерика по поводу того, что надо срочно что-то делать, а не по поводу диагноза.

- У вас в семье было несколько случаев смерти от рака?

-Да, Саша, его мама, мой отец. Но знаете, если со мной такое случится, я не уверена, что сразу побегу в больницу. Иногда, лучше не знать.

Лена встает из-за стола и отходит к окну, видимо, чтобы не расплакаться. Чай на столе в новой дизайнерской кухне так и остается стоять нетронутым.

                                                                 Между игнором и смертью

Отец Сережи проходит 12 курс химиотерапии. Но анализы все еще плохие, делать операцию нельзя. До диагноза  мужчины практически не общались. Сейчас Сережа возит родителя на процедуры и ухаживает за ним после изнуряющих капельниц.

Мы сидим на лавочке, в руках у моего собеседника пакет с вещами для больницы. Их он собрал на случай, если папе потребуется госпитализация, но пока его просто снова забрали "прокапать". Процедура не быстрая. Сережа успеет не только поговорить со мной, но и несколько часов погулять по городу.

- Горло у него заболело около года назад. Как раз в период всей этой истории с коронавирусом, когда все сидели дома и боялись. Естественно, идти к терапевту было страшно. Не из-за того, что поставят диагноз рак, он об этом и не думал тогда, он корону подхватить боялся, - Сережа крепко сжимает ручку пакета. – А потом, когда стало понятно, что дело не в ангине, идти стало страшно уже потому, что понимал, что сейчас будет.

Врачи долго не могли определиться с лечением. Да и сейчас никаких гарантий на выздоровление не обещают. Обратились поздно.

- Что ты чувствуешь?

-Я нормально. Расстроен, конечно, но не паникую. Мы ведь почти не общались. У меня было непростое, скажем так, детство из-за него. То, что он обратился ко мне за помощью, вообще удивительно, на самом деле.

-Если бы он пошел в больницу раньше, что-то бы изменилось?

-Возможно, он бы справился без меня, и мы бы так и не возобновили общение. Но, все-таки, между его игнором и его возможной смертью, я предпочел бы игнор.

                                                                           Без веры в "хэппи энды"

Психолог Евгения Мишина работает с людьми, которым поставлен сложный диагноз. Она уверена, что проблема не только в медицине и не столько в ней, а в отношении общества к болезни.

- Константин Хабенский как-то сказал очень правильную вещь: "Вместо того чтобы постоянно ужасаться, лучше сходить в больницу и проверить, действительно ли есть повод для страха". По большому счету, все зависит от нашей головы. Ученым до сих пор непонятна природа онкологии, мы не раз слышали теории, что болезнь провоцирует стресс, а значит и сам страх сможет стать причиной болезни.

- В России восприятие рака – это всегда, как восприятие смертного приговора. У нас в культуре не заложена вера в "хэппи энды".

- Разве возможно просто запретить себе бояться?

-Невозможно. Я вам скажу больше, даже работа с психологом, это не панацея. Психолог просто может дать вам направление, но работать со страхом вам придется самостоятельно. И нужно учиться заглядывать ему в лицо. Это, правда, в случае с онкологией, может спасти жизнь.

Справка ТСН24

Ежегодно в Тульской области регистрируется около 7000  случаев онкозаболеваний. Для сравнения,  заболеваемость коронавирусом в регионе за прошлый год меньше почти в два раза.

Недавно в Туле состоялась символическая закладка камня в честь начала строительства современного онкологического центра.

Основная его задача – вовремя диагностировать рак, чтобы не опоздать с лечением. Центр достроят к 2024 году, но и сейчас в больницах региона врачи готовы принять пациентов для диагностики. Дело остается за пациентами.

Авторы фотографий: ImageSupply, tashatuvango/Фотобанк Фотодженика, ООО ТСН24