Аншлаг на мастер-классе Дмитрия Глуховского в Якутске

Свои люди

Страна ещё готовится к Тотальному диктанту в Якутске, но автор текста Дмитрий Глуховский уже провёл мастер-класс в Школе драматургов Арктики, собрав полный аншлаг. На встречу с мастером в Точку кипения пришли победители Муниципального конкурса инсталляции и косплея Вселенная Дмитрия Глуховского» и конкурса «Задай вопрос Дмитрию Глуховскому», библиотекари, учителя, пресса и просто поклонники его творчества, а модератором мероприятия выступил первый заместитель министра культуры и духовного развития Владислав Лёвочкин. О нём, кстати, Глуховский сказал: «чиновник с человеческим лицом» — они, примерно одного возраста молодые люди, увлечённые литературой, нашли общий язык и определили точки соприкосновения.

Забегая вперёд, отметим, что одним из победителей вопросов к писателю стал Евгений Вычугжанин, старшеклассник СОШ N10, обладатель диплома I степени: он очень внимательно следит за творчеством писателя и даже сделал своими руками инсталляцию к его аудиосериалу «Пост», что и продемонстрировал на мастер-классе и сфотографировался со своим кумиром.

Глуховский, правда, разнообразен и интересен, у него очень хороший выразительный язык, и сам он знает, о чём говорит, — он уже накопил достаточный жизненный опыт, и это сразу же можно было понять хотя б из театральной читки петербургскими актерами, которые по полям озвучили фрагмент рассказа «From Hell». Ну а затем мастер-класс, заданный на тему «Автор. Герой. Читатель. Расставить в правильном порядке», действительно, расставил всё по своим местам: именно в таком порядке и следует работать автору, проживая со своим персонажем его обстоятельства, ситуацию, чувствуя вместе с ним его эмоции. Нельзя позволить читателю заскучать, но и нельзя идти у него на поводу. Не нужно от него отталкиваться, тем более в литературе, у которой нулевой бюджет, и она ни от кого не зависит и обладает достаточной степенью свободы. Отвязный творческий эксперимент непозволителен, к примеру, в киносценарии или в государственном театре. А литература допускает себе гораздо большую степень радикальности в отличие от них. Ну и малые театры тоже, которые играют на голом энтузиазме.

А ведь, действительно, есть писатели, которые пишут на определенную целевую аудиторию: взрослые дяди, пишущие для подростков (к примеру). Но, по Глуховскому, это бездушный подход: зачем браться писать для подростков, если давно вырос из этих штанишек?! Зачем браться за то, что сам не можешь понять и прочувствовать. «Я писал «Метро2033», находясь в том потоке, в то время, когда меня волновало, кем я стану, каково мое предназначение…». Сам герой у него появляется из сочетания факторов, складывающихся как мозаика, потому становится созвучным времени. Так, кстати же, и его «Текст» вырос из реальности, которую он тоже прочувствовал и знает: его мама родом из небольшого российского городка, куда его часто в детстве возили в гости к родственникам. Так что он знаком с жизнью таких городов, а той учительницей из книги вполне могла бы быть и его тетя. И в подмосковную Лобню он ездил специально, смотрел, где «жил» его персонаж, его девушка, какими тропами они ходили. А написанный Текст, прежде чем увидел свет, вычитали и заключённые, и сотрудники наркоконтроля, которые рассказывали писателю, как это бывает… Писателя часто упрекают в политизированности, но уйти от политики, как журналист, он не имеет права, — говорили и об этом. Власть и народ, считает он, находятся не в самых простых отношениях, и от этого трудно уйти, но тем не менее, определенная степень свободы у писателя есть. «Сколько бы я не критиковал власть, никто не закрывает для меня площадки, и вот сейчас я приехал в Якутск…».

Глуховский называет себя патриотом России, но при этом считает, что молодежь надо отправлять учиться за границу: «Такие «подключенные» люди будут своей родине гораздо полезнее». Сам он жил в разных условиях: в Израиле, который по сравнению с Россией, по его словам, инопланетная страна, постоянно находящаяся в войне с соседями, и там, входя в автобус, никогда не знаешь, выйдешь из него или нет. В Германии — к немцам у нас отношение разное, а ему интересно было понять их ментальность. Во Франции — Глуховский не был бы самим собой, если бы не погружался в миры этих людей, не изучал их менталитет и языки.

Женщины — тоже люди, — смеётся писатель, ему не сложно представить себя женщиной — ведь в современном мире круто поменялось представление о гендерах. И сейчас отцы стали более ответственны по отношению к своим детям, чем, допустим, поколение родителей.

Он был в Якутске девять лет назад, а думает ли он, что есть определенный северный типаж, отличный от какого-то другого? «Я б не взялся утверждать, что северный человек — какой-то иной. В большинстве своем это люди очень открытые, радушные, у них нет необходимости одевать маски, но является ли это признаком северного города или маленького, где все на виду друг у друга, — большой вопрос». Ему импонирует «нежелание северян изображать из себя что-то», и поэтому он «топил» за то, чтобы Тотальный диктант проходил здесь, в Якутске. У него был позитивный опыт пребывания в этом городе. Привлекают писателя также и проявления мистицизма, и то, что люди здесь «круто» говорят по-русски, без акцента (ну разве что небольшой уральский говорок), и ощущения, типа, ты прилетаешь на Марс, а там уже свои люди.

Говорили на мастер-классе о том, какую литературу читать, чтобы вырасти хорошим человеком и жить хорошо (а это, скорее, взаимоисключающие вещи, потому что иногда плохие живут хорошо, а не хорошие); про маму,  рассказавшему своему ребенку, ещё не достигшему трехлетнего возраста, про дуэль Пушкина и Дантеса, и читающей теперь произведения, которые выходят из-под пера её взрослого сына-писателя; про веб-сериал «Топи» и братьев Стругацких. О том, что такое сильное произведение и можно ли «исправить» государство путем реформ. О протестных настроениях в США, творческом кризисе, просвещении и лени («я не верю во вдохновение», «лень — нормальное состояние писателя»), то бессмертии литературы и мобильном телефоне как о чудовищном изобретении, которое подпадает способность к фокусировке на длинных текстах. А также о любимых знаках препинания: двоеточии и точке с запятой — Глуховский считает их своими, авторскими, правил он «не помнит» и из-за того, что много читал, пишет правильно «на автомате».

Стоит отдельно сказать, что много вопросов прозвучало не только от тех, кто побывал в якутской Точке кипения. Прямые включения были, конечно, в Санкт-Петербурге, где свои вопросы задала писателю автор проекта Школа драматургов Арктики Мила Кудряшова, а также к разговору подключились

Центральная городская библиотека имени Толстого в г. Севастополе, признавшая, что Крыму «есть чему поучиться у Якутии, как самого читающего региона», а ещё и Московская Губернская универсальная библиотека, как и 950 библиотек Московской области.

Между прочем, одна книга Глуховского «Сумерки» с его автографом отправится в Севастополь и будет вручена победителю одного из самых интересных вопросов писателю.

Ну а полную запись мастер-класса можно увидеть на сайте Школы драматургов Арктики https://yakutdramaschool.ru.