РИА Калмыкия: Интервью министра культуры Бурятии Соелмы Дагаевой
–Сайнбайнуу, Соёлма Баяртуевна! Вы были почетным гостем из братской республики на праздновании 100-летия Автономии Калмыкии и 155-летия столицы Калмыкии, г. Элиста. Вы в первый раз посетили Калмыкию, расскажите о ваших впечатлениях?
Сайнбайна! Прежде всего, я хочу поблагодарить народ братской республики за приглашение на эти праздники. Благодаря этому, я исполнила свою давнюю мечту – побывать в Калмыкии. Об ее истории и культуре выходил большой цикл статей бурятского журналиста Октябрины Дамдинжаповой.
Когда я стала министром культуры к нам впервые приехал на гастроли калмыцкий театр драмы. Помню, как волнительно было встречать ваших артистов. И мне очень хотелось съездить в Элисту, куда с ответными гастролями ездил бурятский театр драмы. К сожалению, плотный график не позволил мне присоединиться к нашим артистам. Зато я попала на такой юбилейный праздник как 100-летие республики Калмыкия. Впечатлений настолько много. Поэтому скажу о самом главном, что я поняла после поездки – как же мы похожи при всех различиях.
– Вы опередили мой второй вопрос. Бурятская и калмыцкая культура и языки очень близки. Они возникли из одного источника столетия назад. Именно они делают нас братскими народами. Скажите, много ли сходства вы увидели, посетив праздничные мероприятия?
Прежде всего, наши культура и язык не просто возникли из одного источника. По древней бурятской легенде у нас общий первопредок Барга-баатар. У него было три сына Илюдэр, Буряадай и Хореодой. От первого произошли олеты (ойраты), от второго – буряты (эхирит-булагаты), от третьего – хори. Это мои предки, до вхождения в Россию они называли себя хори-монголы. Сейчас хори-буряты это самое крупное бурятское племя и одной из отличительных черт его племенного костюма считается красная кисть на шапках. Так что, улан залаатай можно сказать и про калмыков и про хори-бурят. В «Сокровенном сказании монголов» моих предков называли хори туматами и считали лесным народом – ойнарад. И это неудивительно. Земли вокруг Байкала, населенные бурятами и сейчас богаты лесами в отличие от степей нынешней Монголии.
– Вот как интересно! Правда ли, что среди бурятских племен много ойратских по происхождению?
Я не историк по образованию, поэтому могу рассказать лишь основную версию бурятских ученых. Самое крупное бурятское племя ойратского происхождения – хонгодоры. Я сама хонгодорская невестка и мои сыновья, и внуки соответственно хонгодоры. Насколько я помню рассказы старейшин, основная волна джунгаров в Предбайкалье, это территория нынешней Иркутской области пришла во времена братоубийственной ойрат-халхасской войны 1688 года. Спасаясь от геноцида, устроенного маньчжурами, на север ушли многие рода как халхов, так и джунгаров.
– Халха-монгольские племена тоже уходили на бурятские земли?
Да, большинство таких пришедших осели на территории нынешней Южной Бурятии. Сейчас это сонголы и сартуулы. Ойраты как западные монголы ушли на земли западных бурят.
– Помнят ли они о том, что ойраты по происхождению?
Они давно ассимилировались с бурятами. В том числе по языку. Могу это утверждать как хонгодорская невестка. Хонгодоры говорят на диалекте близком литературному, основанному на хори-бурятском диалекте. Но еще в конце XIX века, когда среди западных бурят начали работать первые этнографы и фольклористы, ойратские рода хранили общую память о том, откуда и почему они пришли. Неслучайно у нас есть общая ойрат-бурятская эпическая поэма.
– Как интересно. Расскажите подробнее об этом совместном литературном памятнике наших народов.
Это эпическая поэма под названием «Шонобаатар». Ее герой Шоно младший брат Галдан Цырена - правителя Джунгарии до 1745 года. Их мать, Налхан-хатан, была дочерью Аюка-хана.
– О, это реальные исторические личности калмыцкой истории. Как здорово, что они вошли в бурятскую легенду.
Причем, эту легенду о ШоноБаторе в устном виде буряты сохраняли вплоть до 30-х годов XX века. Хотя, как любая легенда она внесла художественный вымысел в исторические события. И поэтому герои в этой эпической поэме не всегда соответствуют их реальным прототипам. Гораздо интереснее другое. Наша первая бурятская национальная опера «Энхэ Булат Батор» основана на этой самой эпической ойрат-бурятской поэме «Шонобаатар». В этом году мы объявляем конкурс на создание второй национальной бурятской оперы к 100-летию республики. И я приглашаю всех творческих людей Калмыкии принять участие в этом конкурсе. Кому как не братскому народу не понимать близкую по языку и вере культуру?
– Когда пройдет вековой юбилей Бурятской автономии?
В 2023 году. Но готовимся мы уже давно. И то, что мы увидели празднование 100-летия Калмыкии, поможет нам в организации своего юбилея. Еще раз благодарю за приглашение на ваш праздник.
– Откуда целых три года разницы между юбилеями наших республик? Ведь известно знаменитое высказывание Ленина о предоставлении автономий народам Советской России, в первую очередь калмыкам и бурят-монголам. Постановление об этом вышло в 1920 году и тогда же образовалась советская калмыцкая автономия.
Гражданская война на калмыцких землях закончилась раньше. У нас же в 1920 году Бурятская народная Дума оказалась во власти знаменитого атамана Григория Семенова. Естественно, что такую думу Советы не признавали. К тому же, не было единства среди самих бурятских политиков. Одни во главе с Элбэг-Доржи Ринчино выступали за создание национально-территориальной автономии, другие большевики были против. Поэтому за образование нашей республики мы должны благодарить Элбэг-Доржи Ринчино и цанид-хамбо Агвана Доржиева. Они вместе с калмыком Амарсананом были в Баку на съезде народов Востока. После него 27 делегатов съезда принял Ленин, которого Ринчино убедил в необходимости бурятской автономии. Но она прошла более сложный путь чем калмыцкая, потому что гражданская война в Сибири длилась дольше. Бурятские земли оказались в составе двух государств – РСФСР и буферной Дальневосточной республики. Когда необходимость в буфере отпала две бурят-монгольские автономные области объединили в республику в 1923 году.
– Вы назвали почитаемое в Калмыкии имя Агвана Доржиева, который бывал у нас и оставил большой след в калмыцкой истории. Как представитель Далай-ламы он руководил строительством у калмыков двух высших духовных академий, в которых основным направлением стала буддийская философия. Эти школы Чойра, основанные Агваном Доржиевым, должны были стать центром подготовки ученых монахов, знающих европейскую и национальную культуру, тибетский и монгольский языки, историю, астрологию, медицину и т.д.
Великий Агван Доржиев почитаем и у нас. В Бурятии есть своя госнаграда - медаль Агвана Доржиева. Ею награждают за выдающиеся заслуги перед Республикой Бурятия по укреплению мира и дружественных отношений между народами, активную общественную и благотворительную деятельность. Безусловно, нас объединяет общая религия – буддизм школы Гелуг. И самое зримое доказательство – Санкт-петербургский дацан, построенный на средства калмыков и бурят.
– Даже не все в Калмыкии знают, что последний правитель Джунгарии, знаменитый князь Амарсана похоронен на бурятской земле. И это тоже наша общая история. Как думаете, можно ли там установить субурган?
Есть предположение, что Амарсана похоронен у нашей старой Селенгинской крепости. Ее комендант тех времен по фамилии Якоби внимательно следил за новостями в монгольских землях и докладывал о них губернатору Сибири. В том числе Якоби подробно писал об Амарсане. Селенгинскому коменданту потом пришлось похоронить у себя забальзамированное тело умершего в Тобольске Амарсаны. Вы знаете, что маньчжуры, на тот момент правившие Китаем долго не верили в смерть Амарсаны и требовали выдачи его тела даже после второго опознания.
- Можно ли найти могилу Амарсаны сейчас?
Попытки уже были. Предположительно князя похоронили там, где раньше стоял старый Селенгинск, рядом со Спасским собором, в районе ранее существовавшего кладбища. Здание этой церкви и сейчас хорошо видно, когда едешь на другом берегу Селенги. На место старого Селенгинскав конце 90-х годов ездил наш известный ученый Анатолий Жалсараев и алтайский поэт Бронтой Янгович Бедюров. Они взяли с собой геосенсографа Геннадия Витальевича Червякова. Зная о том, что некрещённых погребали за чертой кладбища, они установили границы бывшего староселенгинского кладбища и попытались найти могилу Амарсаны. Им удалось найти одиночное могильное захоронение, но без разрешения раскопки не проводили. Прошло почти 20 лет и надо снова искать то место. Но дело даже не в этом. Ставить субурган там будет очень затруднительно, поскольку нет моста для перехода на тот берег Селенги.
– Для многих калмыков Бурятия – это место паломничества к святым местам. Есть они и в Калмыкии. Как вы думаете, могли бы мы организовывать паломнические туры в Бурятию, а вы в Калмыкию?
Безусловно. Тем более, что в Калмыкии министерство не только культуры, но и туризма. У нас же под туризм в 2017 году создано отдельное министерство. Ваш известный блогер Лари Илишкин дал большой цикл интервью на радио Буряад ФМ, где рассказал о том, что святыня Зандан Жуу когда была в Китае, находилась в храме Сандан Сы, где служили ойратские ламы. Эта сандаловая статуя считается прижизненным изображением Будды Шакьямуни. Наши буддисты мечтают помолиться в вашем Центральном Хуруле и попасть на фестиваль тюльпанов.
– В 2019 году мы видели вас на открытии бюста наших великих поэтов Давида Кугультинова и Намжила Нимбуева в Болгарии. Еще тогда нас приятно поразило как ваша делегация подготовилась к этому событию. Все в национальных костюмах, бюст открывали под бурятскую песню. И на праздновании 100-летия Калмыкии все любовались вашими стилизованными бурятскими нарядами.
Да, мне посчастливилось увидеть - как бюст Давида Никитича встал рядом с бюстом Намжила Нимбуева. Его старшая сестра Любовь Ширабовна ездила с нами и вспоминала, что в 2003 году у нас проходил первый международный турнир поэтов имени Намжила Нимбуева. В интернет-жюри тогда вошли Евгений Евтушенко и Давид Кугультинов. Как видите культурные связи у нас никогда не прерывались. Тот же Буряад театр был в Калмыкии трижды. Ветераны театра и сейчас вспоминают как летом 1969 года за полтора месяца бурятские артисты выступили на 69 сценах республики. Во второй раз Бурятский Театр был в Калмыкии в 1983 году. У нас уже был опыт успешного сотрудничества. В 1973 году Бурятский Театр на своей сцене ставил спектакль по пьесе калмыцкого драматурга Алексея Балакаева «Сердце матери». Уверена, что и калмыцкий театр драмы найдет бурятские пьесы для постановок.
Ну а что касается ношения национальных костюмов или стилизованных нарядов, то это надо просто популяризировать. В Бурятии в советское время национальные костюмы тоже казались устаревшей одеждой для пожилых людей. Но с возрождением религии и традиций постепенно начала возвращаться национальная одежда. Когда я стала министром, то в празднование Цаган Сар предложила ввести конкурс национальной зимней одежды народов Бурятии. Такое своеобразное дэгэл шоу. И сейчас мы проводим его каждую зиму.
– В феврале этого года Бурятия впервые отметила Цаган Сар в Кремле. Это было грандиозное зрелище и мы испытывали гордость за братскую республику. Тем более, что вы пригласили выступить на этом празднике ансамбль Тюльпан. Спасибо вам отдельное!
Я тоже благодарю калмыков за участие в нашем концерте. В том числе в качестве зрителей. Помню Ваш артист Лиджи Горяев выступал в Бурятии в составе проекта «Хамаг монгол» и в том числе порадовал калмыцкими песнями моих земляков. В моем родном районе мы проводили благотворительный концерт на восстановление первого буддийского храма хори бурят. Мои земляки помнят как в советские годы ваш прославленный ансамбль Тюльпан приезжал с гастролями. Надо их повторить.
– Соелма Баяртуевна, вы владеете родным языком. А находясь в Калмыкии, вы наверняка слышали калмыцкую речь. Скажите, на ваш взгляд, наши языки сильно изменились за 400 лет раздельного существования?
Я, конечно, закончила филфак, но отделение журналистики. Я не лингвист и поэтому не могу точно сказать насколько близки были наши языки 400 лет назад. По моему восприятию буряту калмыцкий язык понять сложно, но можно. Надеюсь, что и мое поздравление на родном языке калмыцкие телезрители поняли.
– В настоящее время в Бурятии наблюдается всплеск национального самосознания и реабилитации родного языка. В том есть и ваша заслуга. Поделитесь, пожалуйста, своим опытом, расскажите, как начинались ваши программы поддержки бурятского языка, с какими трудностями вы столкнулись, а что было легко сделать?
Спасибо за высокую оценку. На самом деле, всплеск начался давно. С тех пор как в постсоветской России все республики, в том числе Бурятия, узаконили два государственных языка. Другой вопрос, что этот закон не имел под собой базы в виде учебников и методик обучения бурятскому языку не его носителями. И таких становится все больше, это общая проблема для всех республик. И заслуга не лично моя, а наших СМИ, которые все годы ставили эти проблемы. Более того, одна из наших острых публикаций в Информ Полисе вызвала переполох в нашем парламенте. Он как и в Калмыкии называется у нас Народный Хурал. Там срочно созвали пресс-конференцию по нашей статье.
Хамбо Лама вот уже несколько лет проводит конкурс для школьников со всей этнической Бурятии. Конкурс неслучайно назвали Эхэхэлэн – манай баялиг – материнский язык – наше богатство. Ведь мама первая вкладывает в ребенка родной язык и традиции. Поэтому в командах большинство девочек. Дети состязаются не только в знании языка и традиций, но и в умениях шить национальную одежду, мальчики мастерят игрушки, лепят из пластилина фигурки животных. Лучшие работы затем отливают в литейной мастерской Иволгинского дацана. Первые два конкурса провела сама Сангха. Третий предложили проводить бизнес структурам и я горжусь тем, что первыми позвали взять на себя организацию конкурса Информ Полису, тогда я им руководила. Для нас это была большая честь и новый опыт организации такого уникального мероприятия. Тогда заявки подали рекордное количество команд – более 50. Вместе с их учителями и членами жюри надо было накормить почти 800 человек.
Но мы справились и, кроме денежных призов, постарались каждому ребенку дать еще и сладкий подарок. После нас к проведению этих конкурсов подключились большие торговые компании.
Когда я перешла на работу министра культуры, то и наше министерство начало ежегодно брать на себя организацию одного из таких конкурсов. Администрация главы и правительство республики тоже проводит это мероприятие. Из-за пандемии конкурс проводится он-лайн, поэтому жители Калмыкии могут посмотреть на его организацию.
Что касается программ поддержки бурятского языка, то начинались они задолго до моего прихода в министерство культуры. Большая часть средств направляется министерству образования и это понятно, ведь оно курирует школы и вузы. Министерство культуры получает деньги на издание книг на бурятском языке и его популяризацию на наших сайтах. У нас их два и оба двуязычные, стараемся привлекать для этого специалистов.
Каждый Цаган Сар проводим праздники Дангина-батор, юмористический конкурс Хухюу буряад, поддерживаем КВН на бурятском языке. Снимаем фильмы о наших деятелях культуры и искусства на бурятском языке, музыкальные клипы.
– Сегодня в школах России вводят второй иностранный язык. Как вы думаете, не лучше ли калмыкам, бурятам и тувинцам вместо французского или немецкого ввести монгольский язык? Ведь это будет полезно для нас как в плане возрождения национальной культуры, так и в плане возрождения родных языков?
Это вопрос скорее к министрам образования. Могу лишь сказать свое мнение. Насколько я понимаю это требование о втором иностранном языке директорам школ трудно выполнить. Учителей иностранного не хватает даже в городах, не говоря о селах. Приглашать учителей монгольского из Монголии сможет не каждая школа. Ведь надо обеспечить приглашенного жильем и достойной зарплатой. Как это делают частные школы Монголии, приглашая туда наших учителей. А вот то, что касается культуры, то наше министерство заключило договор об обучении наших студентов в монгольских вузах на бюджетной основе. В начале этого года я лично съездила в Улан-Батор, чтобы встретиться с руководителями всех вузов, где учатся бурятские студенты.
– И калмыки, и буряты считают Монголию «эхэорон». Было бы для нас полезно устраивать этнокультурные лагеря в Монголии, чтобы наши дети смогли проникнуться духом кочевников Великой Степи в тех условиях, в которых жили наши предки?
Безусловно. В Бурятии давно мечтают об открытии таких лагерей. Предпринимателей останавливает то, что трудно соответствовать всем нормам санпина. Ведь для детских учреждений они достаточно жесткие и это правильно. Безопасность детей превыше всего.
Источник: РИА Калмыкия.
Сайнбайна! Прежде всего, я хочу поблагодарить народ братской республики за приглашение на эти праздники. Благодаря этому, я исполнила свою давнюю мечту – побывать в Калмыкии. Об ее истории и культуре выходил большой цикл статей бурятского журналиста Октябрины Дамдинжаповой.
Когда я стала министром культуры к нам впервые приехал на гастроли калмыцкий театр драмы. Помню, как волнительно было встречать ваших артистов. И мне очень хотелось съездить в Элисту, куда с ответными гастролями ездил бурятский театр драмы. К сожалению, плотный график не позволил мне присоединиться к нашим артистам. Зато я попала на такой юбилейный праздник как 100-летие республики Калмыкия. Впечатлений настолько много. Поэтому скажу о самом главном, что я поняла после поездки – как же мы похожи при всех различиях.
– Вы опередили мой второй вопрос. Бурятская и калмыцкая культура и языки очень близки. Они возникли из одного источника столетия назад. Именно они делают нас братскими народами. Скажите, много ли сходства вы увидели, посетив праздничные мероприятия?
Прежде всего, наши культура и язык не просто возникли из одного источника. По древней бурятской легенде у нас общий первопредок Барга-баатар. У него было три сына Илюдэр, Буряадай и Хореодой. От первого произошли олеты (ойраты), от второго – буряты (эхирит-булагаты), от третьего – хори. Это мои предки, до вхождения в Россию они называли себя хори-монголы. Сейчас хори-буряты это самое крупное бурятское племя и одной из отличительных черт его племенного костюма считается красная кисть на шапках. Так что, улан залаатай можно сказать и про калмыков и про хори-бурят. В «Сокровенном сказании монголов» моих предков называли хори туматами и считали лесным народом – ойнарад. И это неудивительно. Земли вокруг Байкала, населенные бурятами и сейчас богаты лесами в отличие от степей нынешней Монголии.
– Вот как интересно! Правда ли, что среди бурятских племен много ойратских по происхождению?
Я не историк по образованию, поэтому могу рассказать лишь основную версию бурятских ученых. Самое крупное бурятское племя ойратского происхождения – хонгодоры. Я сама хонгодорская невестка и мои сыновья, и внуки соответственно хонгодоры. Насколько я помню рассказы старейшин, основная волна джунгаров в Предбайкалье, это территория нынешней Иркутской области пришла во времена братоубийственной ойрат-халхасской войны 1688 года. Спасаясь от геноцида, устроенного маньчжурами, на север ушли многие рода как халхов, так и джунгаров.
– Халха-монгольские племена тоже уходили на бурятские земли?
Да, большинство таких пришедших осели на территории нынешней Южной Бурятии. Сейчас это сонголы и сартуулы. Ойраты как западные монголы ушли на земли западных бурят.
– Помнят ли они о том, что ойраты по происхождению?
Они давно ассимилировались с бурятами. В том числе по языку. Могу это утверждать как хонгодорская невестка. Хонгодоры говорят на диалекте близком литературному, основанному на хори-бурятском диалекте. Но еще в конце XIX века, когда среди западных бурят начали работать первые этнографы и фольклористы, ойратские рода хранили общую память о том, откуда и почему они пришли. Неслучайно у нас есть общая ойрат-бурятская эпическая поэма.
– Как интересно. Расскажите подробнее об этом совместном литературном памятнике наших народов.
Это эпическая поэма под названием «Шонобаатар». Ее герой Шоно младший брат Галдан Цырена - правителя Джунгарии до 1745 года. Их мать, Налхан-хатан, была дочерью Аюка-хана.
– О, это реальные исторические личности калмыцкой истории. Как здорово, что они вошли в бурятскую легенду.
Причем, эту легенду о ШоноБаторе в устном виде буряты сохраняли вплоть до 30-х годов XX века. Хотя, как любая легенда она внесла художественный вымысел в исторические события. И поэтому герои в этой эпической поэме не всегда соответствуют их реальным прототипам. Гораздо интереснее другое. Наша первая бурятская национальная опера «Энхэ Булат Батор» основана на этой самой эпической ойрат-бурятской поэме «Шонобаатар». В этом году мы объявляем конкурс на создание второй национальной бурятской оперы к 100-летию республики. И я приглашаю всех творческих людей Калмыкии принять участие в этом конкурсе. Кому как не братскому народу не понимать близкую по языку и вере культуру?
– Когда пройдет вековой юбилей Бурятской автономии?
В 2023 году. Но готовимся мы уже давно. И то, что мы увидели празднование 100-летия Калмыкии, поможет нам в организации своего юбилея. Еще раз благодарю за приглашение на ваш праздник.
– Откуда целых три года разницы между юбилеями наших республик? Ведь известно знаменитое высказывание Ленина о предоставлении автономий народам Советской России, в первую очередь калмыкам и бурят-монголам. Постановление об этом вышло в 1920 году и тогда же образовалась советская калмыцкая автономия.
Гражданская война на калмыцких землях закончилась раньше. У нас же в 1920 году Бурятская народная Дума оказалась во власти знаменитого атамана Григория Семенова. Естественно, что такую думу Советы не признавали. К тому же, не было единства среди самих бурятских политиков. Одни во главе с Элбэг-Доржи Ринчино выступали за создание национально-территориальной автономии, другие большевики были против. Поэтому за образование нашей республики мы должны благодарить Элбэг-Доржи Ринчино и цанид-хамбо Агвана Доржиева. Они вместе с калмыком Амарсананом были в Баку на съезде народов Востока. После него 27 делегатов съезда принял Ленин, которого Ринчино убедил в необходимости бурятской автономии. Но она прошла более сложный путь чем калмыцкая, потому что гражданская война в Сибири длилась дольше. Бурятские земли оказались в составе двух государств – РСФСР и буферной Дальневосточной республики. Когда необходимость в буфере отпала две бурят-монгольские автономные области объединили в республику в 1923 году.
– Вы назвали почитаемое в Калмыкии имя Агвана Доржиева, который бывал у нас и оставил большой след в калмыцкой истории. Как представитель Далай-ламы он руководил строительством у калмыков двух высших духовных академий, в которых основным направлением стала буддийская философия. Эти школы Чойра, основанные Агваном Доржиевым, должны были стать центром подготовки ученых монахов, знающих европейскую и национальную культуру, тибетский и монгольский языки, историю, астрологию, медицину и т.д.
Великий Агван Доржиев почитаем и у нас. В Бурятии есть своя госнаграда - медаль Агвана Доржиева. Ею награждают за выдающиеся заслуги перед Республикой Бурятия по укреплению мира и дружественных отношений между народами, активную общественную и благотворительную деятельность. Безусловно, нас объединяет общая религия – буддизм школы Гелуг. И самое зримое доказательство – Санкт-петербургский дацан, построенный на средства калмыков и бурят.
– Даже не все в Калмыкии знают, что последний правитель Джунгарии, знаменитый князь Амарсана похоронен на бурятской земле. И это тоже наша общая история. Как думаете, можно ли там установить субурган?
Есть предположение, что Амарсана похоронен у нашей старой Селенгинской крепости. Ее комендант тех времен по фамилии Якоби внимательно следил за новостями в монгольских землях и докладывал о них губернатору Сибири. В том числе Якоби подробно писал об Амарсане. Селенгинскому коменданту потом пришлось похоронить у себя забальзамированное тело умершего в Тобольске Амарсаны. Вы знаете, что маньчжуры, на тот момент правившие Китаем долго не верили в смерть Амарсаны и требовали выдачи его тела даже после второго опознания.
- Можно ли найти могилу Амарсаны сейчас?
Попытки уже были. Предположительно князя похоронили там, где раньше стоял старый Селенгинск, рядом со Спасским собором, в районе ранее существовавшего кладбища. Здание этой церкви и сейчас хорошо видно, когда едешь на другом берегу Селенги. На место старого Селенгинскав конце 90-х годов ездил наш известный ученый Анатолий Жалсараев и алтайский поэт Бронтой Янгович Бедюров. Они взяли с собой геосенсографа Геннадия Витальевича Червякова. Зная о том, что некрещённых погребали за чертой кладбища, они установили границы бывшего староселенгинского кладбища и попытались найти могилу Амарсаны. Им удалось найти одиночное могильное захоронение, но без разрешения раскопки не проводили. Прошло почти 20 лет и надо снова искать то место. Но дело даже не в этом. Ставить субурган там будет очень затруднительно, поскольку нет моста для перехода на тот берег Селенги.
– Для многих калмыков Бурятия – это место паломничества к святым местам. Есть они и в Калмыкии. Как вы думаете, могли бы мы организовывать паломнические туры в Бурятию, а вы в Калмыкию?
Безусловно. Тем более, что в Калмыкии министерство не только культуры, но и туризма. У нас же под туризм в 2017 году создано отдельное министерство. Ваш известный блогер Лари Илишкин дал большой цикл интервью на радио Буряад ФМ, где рассказал о том, что святыня Зандан Жуу когда была в Китае, находилась в храме Сандан Сы, где служили ойратские ламы. Эта сандаловая статуя считается прижизненным изображением Будды Шакьямуни. Наши буддисты мечтают помолиться в вашем Центральном Хуруле и попасть на фестиваль тюльпанов.
– В 2019 году мы видели вас на открытии бюста наших великих поэтов Давида Кугультинова и Намжила Нимбуева в Болгарии. Еще тогда нас приятно поразило как ваша делегация подготовилась к этому событию. Все в национальных костюмах, бюст открывали под бурятскую песню. И на праздновании 100-летия Калмыкии все любовались вашими стилизованными бурятскими нарядами.
Да, мне посчастливилось увидеть - как бюст Давида Никитича встал рядом с бюстом Намжила Нимбуева. Его старшая сестра Любовь Ширабовна ездила с нами и вспоминала, что в 2003 году у нас проходил первый международный турнир поэтов имени Намжила Нимбуева. В интернет-жюри тогда вошли Евгений Евтушенко и Давид Кугультинов. Как видите культурные связи у нас никогда не прерывались. Тот же Буряад театр был в Калмыкии трижды. Ветераны театра и сейчас вспоминают как летом 1969 года за полтора месяца бурятские артисты выступили на 69 сценах республики. Во второй раз Бурятский Театр был в Калмыкии в 1983 году. У нас уже был опыт успешного сотрудничества. В 1973 году Бурятский Театр на своей сцене ставил спектакль по пьесе калмыцкого драматурга Алексея Балакаева «Сердце матери». Уверена, что и калмыцкий театр драмы найдет бурятские пьесы для постановок.
Ну а что касается ношения национальных костюмов или стилизованных нарядов, то это надо просто популяризировать. В Бурятии в советское время национальные костюмы тоже казались устаревшей одеждой для пожилых людей. Но с возрождением религии и традиций постепенно начала возвращаться национальная одежда. Когда я стала министром, то в празднование Цаган Сар предложила ввести конкурс национальной зимней одежды народов Бурятии. Такое своеобразное дэгэл шоу. И сейчас мы проводим его каждую зиму.
– В феврале этого года Бурятия впервые отметила Цаган Сар в Кремле. Это было грандиозное зрелище и мы испытывали гордость за братскую республику. Тем более, что вы пригласили выступить на этом празднике ансамбль Тюльпан. Спасибо вам отдельное!
Я тоже благодарю калмыков за участие в нашем концерте. В том числе в качестве зрителей. Помню Ваш артист Лиджи Горяев выступал в Бурятии в составе проекта «Хамаг монгол» и в том числе порадовал калмыцкими песнями моих земляков. В моем родном районе мы проводили благотворительный концерт на восстановление первого буддийского храма хори бурят. Мои земляки помнят как в советские годы ваш прославленный ансамбль Тюльпан приезжал с гастролями. Надо их повторить.
– Соелма Баяртуевна, вы владеете родным языком. А находясь в Калмыкии, вы наверняка слышали калмыцкую речь. Скажите, на ваш взгляд, наши языки сильно изменились за 400 лет раздельного существования?
Я, конечно, закончила филфак, но отделение журналистики. Я не лингвист и поэтому не могу точно сказать насколько близки были наши языки 400 лет назад. По моему восприятию буряту калмыцкий язык понять сложно, но можно. Надеюсь, что и мое поздравление на родном языке калмыцкие телезрители поняли.
– В настоящее время в Бурятии наблюдается всплеск национального самосознания и реабилитации родного языка. В том есть и ваша заслуга. Поделитесь, пожалуйста, своим опытом, расскажите, как начинались ваши программы поддержки бурятского языка, с какими трудностями вы столкнулись, а что было легко сделать?
Спасибо за высокую оценку. На самом деле, всплеск начался давно. С тех пор как в постсоветской России все республики, в том числе Бурятия, узаконили два государственных языка. Другой вопрос, что этот закон не имел под собой базы в виде учебников и методик обучения бурятскому языку не его носителями. И таких становится все больше, это общая проблема для всех республик. И заслуга не лично моя, а наших СМИ, которые все годы ставили эти проблемы. Более того, одна из наших острых публикаций в Информ Полисе вызвала переполох в нашем парламенте. Он как и в Калмыкии называется у нас Народный Хурал. Там срочно созвали пресс-конференцию по нашей статье.
Хамбо Лама вот уже несколько лет проводит конкурс для школьников со всей этнической Бурятии. Конкурс неслучайно назвали Эхэхэлэн – манай баялиг – материнский язык – наше богатство. Ведь мама первая вкладывает в ребенка родной язык и традиции. Поэтому в командах большинство девочек. Дети состязаются не только в знании языка и традиций, но и в умениях шить национальную одежду, мальчики мастерят игрушки, лепят из пластилина фигурки животных. Лучшие работы затем отливают в литейной мастерской Иволгинского дацана. Первые два конкурса провела сама Сангха. Третий предложили проводить бизнес структурам и я горжусь тем, что первыми позвали взять на себя организацию конкурса Информ Полису, тогда я им руководила. Для нас это была большая честь и новый опыт организации такого уникального мероприятия. Тогда заявки подали рекордное количество команд – более 50. Вместе с их учителями и членами жюри надо было накормить почти 800 человек.
Но мы справились и, кроме денежных призов, постарались каждому ребенку дать еще и сладкий подарок. После нас к проведению этих конкурсов подключились большие торговые компании.
Когда я перешла на работу министра культуры, то и наше министерство начало ежегодно брать на себя организацию одного из таких конкурсов. Администрация главы и правительство республики тоже проводит это мероприятие. Из-за пандемии конкурс проводится он-лайн, поэтому жители Калмыкии могут посмотреть на его организацию.
Что касается программ поддержки бурятского языка, то начинались они задолго до моего прихода в министерство культуры. Большая часть средств направляется министерству образования и это понятно, ведь оно курирует школы и вузы. Министерство культуры получает деньги на издание книг на бурятском языке и его популяризацию на наших сайтах. У нас их два и оба двуязычные, стараемся привлекать для этого специалистов.
Каждый Цаган Сар проводим праздники Дангина-батор, юмористический конкурс Хухюу буряад, поддерживаем КВН на бурятском языке. Снимаем фильмы о наших деятелях культуры и искусства на бурятском языке, музыкальные клипы.
– Сегодня в школах России вводят второй иностранный язык. Как вы думаете, не лучше ли калмыкам, бурятам и тувинцам вместо французского или немецкого ввести монгольский язык? Ведь это будет полезно для нас как в плане возрождения национальной культуры, так и в плане возрождения родных языков?
Это вопрос скорее к министрам образования. Могу лишь сказать свое мнение. Насколько я понимаю это требование о втором иностранном языке директорам школ трудно выполнить. Учителей иностранного не хватает даже в городах, не говоря о селах. Приглашать учителей монгольского из Монголии сможет не каждая школа. Ведь надо обеспечить приглашенного жильем и достойной зарплатой. Как это делают частные школы Монголии, приглашая туда наших учителей. А вот то, что касается культуры, то наше министерство заключило договор об обучении наших студентов в монгольских вузах на бюджетной основе. В начале этого года я лично съездила в Улан-Батор, чтобы встретиться с руководителями всех вузов, где учатся бурятские студенты.
– И калмыки, и буряты считают Монголию «эхэорон». Было бы для нас полезно устраивать этнокультурные лагеря в Монголии, чтобы наши дети смогли проникнуться духом кочевников Великой Степи в тех условиях, в которых жили наши предки?
Безусловно. В Бурятии давно мечтают об открытии таких лагерей. Предпринимателей останавливает то, что трудно соответствовать всем нормам санпина. Ведь для детских учреждений они достаточно жесткие и это правильно. Безопасность детей превыше всего.
Источник: РИА Калмыкия.